Чтение онлайн

Компания в составе дебютанток, мамы Божены Софьи Николаевны, Василия и примкнувших к ним исполнителей ролей Черта и двух девушек, поехала отмечать премьеру. Встречу с Яковом пришлось перенести.

На побережье рано пришли холода. Мокрый снег с дождем наутро превратился в лед. Из-за наледи оборвались провода – многие районы Владивостока, в том числе Светланская,

остались без света и тепла. На улицах разместились полевые кухни. Божена на время переехала к Надежде – при двадцати градусах мороза выжить в квартире без света и отопления не представлялось возможным.

– Боженочка, я в шоке. Таких зим в Петербурге что-то не припомню, – Надя радушно приняла подругу в студии на Фастовской.

– Дальний Восток, Надюша! – для Божены эта погодная аномалия не была из ряда вон выходящей.

– О-о-очень дальний! Летом поеду в отпуск в свои дожди! Давай вместе, а? – Надя присела рядом с подругой на раздвижной диванчик. Обе в спортивных штанах, свитерах, теплых носках. Перед ними на столике стояли кружки с чаем из пакетиков, банка меда. На белой, какой-то общепитовской, с облезлым ободком тарелке горкой возвышались любимые обеими девушками пышки из кулинарии, которые тут, во Владике, называли пончиками.

– Я подумаю! – улыбнулась Божена. Ей иногда очень хотелось поехать, чтобы своими глазами посмотреть на Леню. А вдруг – это только злая шутка? Хотя она прекрасно понимала, что такими вещами не шутят.

– Вместе проведем отпуск! Мои обрадуются!

– Знаешь, Надя, ведь там остался Леня.

– Так тем более! Будет повод увидеться! – Надя прекрасно помнила это имя и терпеливо ждала обещанный подругой рассказ.

– Рассказывать особенно нечего – нашел другую, пока я училась. Сама понимаешь – сплошные репетиции, занятия… – Божена кратко рассказала об измене, женитьбе и несчастье, которое с произошло с Леонидом.

– Инсульт?! Теперь понятно! Ты в Хабаровске об этом узнала? От Фаины? – Надя обняла подругу.

– Фаня – его сестра по отцу. Она нас познакомила. Мы вместе с ним приехали в Питер – я в Консерваторию, а он в институт МВД – перевелся из Хабаровска.

– Как же ты не заметила, что у него другая? Прости, если не хочешь, не отвечай! – Надя деликатно замолчала.

– Заметила, но было уже поздно. Его подруга ждала ребенка. Он мне всегда ставил в вину, что для меня карьера на первом месте.

– Ты целеустремленная, это хорошо. Но разве ребенок стал бы помехой? – Надя вопросительно посмотрела на Божену.

– У меня не будет детей, Надюша! После аборта так сказали врачи.

– Леня знал про аборт? – слова подруги ввергли Надю в шок.

– Он сам меня отвез в больницу. Я стала нервная, раздражительная.

Изводила его своими истериками. Он предложил – я, дура, согласилась. Про то, что детей не будет, не стала ему говорить.

– Может, и правильно, что не сказала, – Надя встала и подлила в кружку Божены кипяточку. Хотелось что-то сделать для нее, но что – она не знала.

– Какое теперь это имеет значение?.. – Божена сидела, как каменное изваяние. Разговор давался ей нелегко.

– Инсульт у такого молодого! – Надя покачала головой, как старушка.

– Во всем виню себя! – Божена снова вспомнила о горгонионах: десятки одинаковых изображений горгулий на щитах с ограды зловещего Михайловского замка, как клоны, перешли на решетку Летнего сада и сделали свое черное дело.

– Ты не в чем не виновата!

– Нет, Надя, мне хотелось отомстить ему, понимаешь? За то, что он ушел. Бросил! Предал! Завел отношения на стороне! А тут еще ребенок! – Божену затрясло, как от холода.

– Понимаю! – Надя закутала подругу в оранжевый флисовый плед и села рядом.

– Знаешь, что я ему сказала напоследок? – эта мысль не давала Божене покоя.

– Что? – Надя напряглась.

– «Рада, что у тебя останется на память мое изображение. В камне!» Это когда он сравнил мое лицо с лицом Горгоны на решетке Шарлеманя. И нашли ведь его именно там, около этой злополучной решетки!

– Около Летнего сада?.. – Надя минуту раздумывала. Ну, это мистика какая-то – выброси из головы!

– Мистика – не мистика, но именно там его парализовало. Там, где мы с ним поругались, когда я узнала об измене. И горгульи эти… Я тогда ничем не отличалась от Медузы Горгоны – такая же злая и страшная! И черные волосы, как змеи! Я же блондинкой стала только перед выпускным, для большей достоверности. Снегурочку пела.

– Помню, ты рассказывала. Успокойся, Боженочка! – Надя видела, что Божена от нахлынувших воспоминаний немного не в себе. Принять за чистую монету то, что она говорила, было невозможно.

– Зачем он туда потащился?.. Если бы ни Яков, я, наверное, больше никогда не смогла бы петь. Голос конкретно стал пропадать, – Божена вдруг почувствовала, что ей стало легче, после того, как она поделилась с подругой. Спасибо тебе, Надюша!

– За что? – удивилась та.

– Я никому не рассказывала. Тебе – первой.

– Значит, тебе спасибо! – Надя улыбнулась. За доверие!

Девушки стали готовиться ко сну, для этого им пришлось раздвинуть диванчик. В малогабаритной Надиной квартире вся мебель была компактная или складная, от чего не проходило ощущение временного пристанища.

Конец ознакомительного фрагмента.