Каре для саксофона
Шрифт:
— Так что ты там говорил о каких-то событиях? — спросила она Димку.
— Да нет, просто Михаэль тебя очень искал и пришёл ко мне на яхту, а потом Виктор, как оказалось, слегка приболел, — явно что-то недоговаривая, уходил от разговора Димка.
— Виктора жена искала полдня.
— Надеюсь, уже нашла, — беспокоясь, произнёс Кратов. — Куда идём?
— На площадь перед Казино. Михаэль туда придёт. Звони Юльке.
Ева надеялась, что именно подруга своими шуточками спасёт её от навязчивых мыслей. Дождавшись Юльку, Джастина и Жана у центрального фонтана на площади, они всей компанией направились на террасу кафе, где за столиком уже сидели
— Хотите анекдот? — лукаво посмотрев на французов, спросила Юлька. — Француза спросили, что он делает для своего здоровья: — Для улучшения пищеварения я пью пиво. Если же у меня низкое давление, я пью красное вино. От гриппа я пью коньяк. От ангины — ликер. — А когда ты пьешь воду? — Такая болезнь мне не известна.
Все рассмеялись, Ева пропустила шутку мимо ушей.
— Да, этот анекдот знаком мне не понаслышке, — показывая глазами на бокал и продолжая смеяться, добавил Николас.
—" Папа, что такое ноты? — Это такой MIDI-файл, только на бумаге…». Подруга, что такая квёлая! Словно подменили, — обратилась Юлька к Еве.
— Всё хорошо.
Поняв, что расспрашивать бесполезно, Юлька обратилась к необычно молчаливому Димке:
— Может, ты в курсе, что происходит? На вас смотреть жалко.
— Да, день сегодня трудный выдался, — уклончиво ответил он.
Николас, придвинув стул поближе к Еве, тихо спросил:
— С тобой что-то случилось? И к этому причастна та чёрная машина? Я могу помочь.
— Нет, нет. Это поклонники…
Николас переглянулся с Даниэлем:
— Если не хочешь, никто не узнает.
Ева поняла, окинув всех взглядом, что напрасно привлекает внимание. Это ее игра и не стоит посвящать в нее даже хороших друзей. Обратись она к ним, тут же бросятся ей помогать, но это может навредить задуманному. Ей самой нужно сделать всё, что бы угрозы не стали явью. В конце концов, это только деньги…
Друзья беззаботно болтали на террасе, перебрасывались анекдотами, Николас и Джастин нашли повод для спора. Вдруг Кратов вскочил со стула и быстрым шагом направился к фонтану. Он почти побежал к появившемуся Михаэлю и стал, нервно жестикулируя, о чём-то с ним разговаривать. Михаэль Румен был спокоен, глазами разыскал Еву и сел рядом.
— Как прошёл день? Телефон сделал тебя недоступной, — поцеловал в щёчку он.
Она молча вложила холодные пальчики в его.
На дне её души нёсся поезд без остановок, без пассажиров, без света, без воздуха. Он стучал колёсами, отдавая в виски, пульсируя в венах, и был неуправляемым, без машиниста. Она спрятала эмоции, и уже решила, как поступить.
С приходом Михаэля, выпив по бокалу вина, компания оживилась.
— Мы сейчас придём, — Михаэль увлёк Еву за собою в парк.
Он целовал её губы, она отвечала и смотрела своими глубокими зелёными глазами, на дне которых поселилось противоречие. Вернулись к друзьям, когда уже спускалась ночь.
— Наконец-то я тебя нашёл! Завтра турнир, а ты развлекаешься. — Аркадий Борисович искренне пытался образумить подгулявшего игрока. — Пора настраиваться на игру, хотя бы за компьютером, и потом спать. Ева, помоги мне его уговорить!
— Всё, иди. Завтра увидимся.
К радости опекуна, что разум одержал верх над эмоцией, Михаэль ушёл.
Через час и Еве захотелось вернуться в отель, зная, что только там она может сосредоточиться и обдумать дальнейшие действия. С друзьями в этот поздний час ей не хотелось оставаться, к тому же трудно разыгрывать безмятежность
— Я тебя провожу. Ты чего-то не договариваешь, меня не обманешь. Не хочешь рассказывать — дело твоё, но одна больше не ходи, — предупредил он.
Ева вернулась в номер и вышла на балкон. Там, внизу, она увидела очень красивый бассейн с морской водой. Ни в нём, ни вокруг никого не было. Разве сейчас уснёшь! И быстро надев купальник и поверх лёгкий коротенький халатик, девушка сбежала по ступенькам вниз, не встретив никого из постояльцев отеля.
Лёгкая матовая подсветка по периметру бассейна и тёмная вода, в которой отражались звёзды и луна, приглашали в таинственный нереальный мир. Мадемуазель улыбнулась и вошла в воду, доплыв до середины, перевернулась на спину и стала рассматривать небо, ища знакомые созвездия. На одном из балконов появился силуэт и быстро исчез. Минуты через три кто-то также тихо поплыл по зеркальной глади. Михаэль! Ноги Евы коснулись дна. Тонкий волнующий аромат её духов сливался с запахом морской воды. Он, нежно целуя её лицо, шею, плечи, зашептал: «Ты сводишь меня с ума, не оторваться!» Она, почти теряя сознание, ответила женским бессознательным порывом. Звёзды затопили бассейн, лунный свет подчёркивал красоту молодых загорелых тел.
Но идиллию разрушил скрип открывающейся балконной двери, быстро восстановил сознание и заставил скрыться обоих под водой, чтоб вынырнуть у борта.
— Интересно, меня с моей девушкой когда-нибудь оставят в покое?! Гости и жители Монако, аууу!
— Всё. Завтра турнир, тебе нужно отдохнуть. Да и я почему-то замёрзла, — пряча глаза, проговорила Ева и, накинув халатик, быстро исчезла в отеле.
Она вернулась в номер и, забравшись в постель, долго не могла согреться.
«Не много ли я на себя беру… Смогу ли?.. Конечно смогу… Всё будет хорошо. Может…быть…».
«Не поменяете пятак по рублю? Можно червонцами…»
Я взглядом проводил изящную удаляющуюся фигурку Евы, махнул рукой стоящему на балконе Борисычу, и посмотрел на воду, ещё сохранявшую волнение от нашего купания. Звёзды мерцали на маленьких волнах, как бы разыгравшись, и не могли остановиться. День был настолько суматошным, что выделить главное было не просто. Завтра начнётся турнир, но меня это не пугало: первый день отсеивает новичков, к которым я себя не причислял. Пяток удачных раскладов — и можно спокойно сбрасывать карты, играя только на обязательных блайндах без ставок. Набросив на себя халат, не спеша, пошел в номер. Поднявшись на третий этаж, на площадке я, к своему удивлению, встретил Отто, он ждал меня. Я сухо поздоровался и предложил пройти к себе, видя, что он чем-то очень подавлен.
— Отто, ты сделал свой выбор, я свой, менять его не собираюсь, — спокойно сказал я, чувствуя, что эстонец не может начать разговора.
— Нет, Михаэль, у меня не было выбора, — взволнованно произнёс Отто и, не останавливаясь, продолжил: — Помнишь, я рассказывал про машину, на которой «подлетели», так вот, её хозяин умер насильственной смертью, причем его труп нашли только через три недели, и по срокам получалось, что и мы могли его «порешить». Хотя клянусь, мы этого не делали, я сам угонял этот автомобиль. Полиция к тому времени нас уже отпустила, и это убийство повисло «глухарем», но срок давности, увы, закончится не скоро, если вообще когда-нибудь закончится. Они об этом как-то пронюхали и пообещали в случае моего отказа подсказать полиции, что да как.