Чтение онлайн

Взводя ударный механизм гранатомета, Громов повернул предохранительную стойку вниз до упора, чтобы тут же отпустить ее.

– Большой привет, – пробормотал он, не теряя вертолет из рамки прицела.

В то же мгновение сработал одношашечный реактивный двигатель – вспыхнул заряд из пороха ППК-5. Граната, начиненная воспламеняющимся веществом марки «Окфол», вылетела из ствола с начальной скоростью 114 метров в секунду и устремилась к цели.

Фр-р-р-р… Умп!

В последние секунды жизни пилот успел заметить какой-то проблеск прямо

по курсу, но даже не успел сообразить, что это такое. Кумулятивная граната пронзила вертолет, как картонку, а потом уж взорвалась. Некоторых пассажиров разорвало на куски, некоторых буквально размазало по стенкам. Вертолет, за штурвалом которого сидел уже никакой не пилот, а пристегнутый к креслу мертвец, камнем рухнул вниз. Двигатели продолжали работать до момента падения, но они не помогли избегнуть катастрофы.

Казалось, вся степь содрогнулась, когда шеститонная громадина врезалась в землю. Передняя часть вертолета впечаталась в землю, превратившись в уродливый металлический блин. Удар был такой силы, что кабина смялась в гармошку вместе с останками экипажа. Задняя часть фюзеляжа обломилась и встала вертикально. Пропеллер на ее конце продолжал вращаться, издавая пронзительный свист вышедшей из повиновения электродрели.

В стороны полетели стекла, пластмасса, искореженные листы обшивки, фрагменты приборов и аппаратуры с телепающимися обрывками проводов. Затем от корпуса оторвался несущий винт, все пять цельнометаллических лопастей которого бешено вращались на лету. С шорохом вспарывая ночь, этот исполинский волчок диаметром в двадцать один метр промчался над головами зрителей, едва не опрокинув их воздушным потоком.

– Ух ты! – воскликнула Ленка, с трудом удержавшаяся на ногах.

– Ебическая сила, – прошептал Корольков, втягивая голову в плечи.

Описав размашистую дугу, винт как ножом срезал крышу заброшенного сарая на околице, кувыркнулся в воздухе и упал за пределами поселка, пропахав глубокие борозды в почве.

Громов отбросил пустую трубу РПГ, взял автомат и, опершись локтями о капот «Нивы», приготовился встретить уцелевших членов экипажа кинжальным огнем. Но груда металлолома, в которую превратился вертолет, не подавала ни малейших признаков жизни. До нее было метров полтораста, не меньше. Прикинув дистанцию, Громов решил, что неминуемый взрыв не причинит вреда ни ему, ни его спутникам, но все же распорядился:

– Спрячьтесь за машины.

– Кто-нибудь из них уцелел? – тревожно спросил Корольков.

– Вряд ли, иначе они бы уже полезли наружу из всех щелей, как тараканы. Ведь баки вертолета сейчас взорвутся.

– Что ж, горите синим пламенем, братья Рубинчики, – прокомментировала Ленка.

– Туда вам и дорога, – поддакнул Корольков. – Прямиком в пекло.

– Твои партнеры откупятся, – усмехнулся Громов. – У них ведь при себе пятьдесят тысяч.

– Пятьдесят тысяч чего?

– Долларов. Американских.

– Вы это наверняка знаете?

– Нет. Но степень достоверности информации велика. Про пятьдесят тысяч мне рассказал Жасман, которого я держал на мушке. В тот момент он показался мне довольно искренним молодым человеком.

– Так что же мы

стоим? – Корольков загарцевал на месте. – Нужно бежать, нужно доставать эти деньги!

– Совсем ошалел? – прикрикнула на него Ленка. – Вертолет вот-вот взорвется.

– Через сколько?

– Это одному богу известно, если, конечно, его интересуют подобные мелочи, – невозмутимо ответил Громов. – Может быть, через секунду, а может, через десять минут. Ты хочешь рискнуть, парень? Валяй. Я не возражаю.

– Но тогда это будут мои деньги, – предупредил Корольков, сбрасывая пальто, рукава которого сделались невероятно узкими.

– Твои-твои. Ты не в коммерческом банке, тебя не обманут.

– Ладно. – В темноте маслянисто заблестел выхваченный пистолет.

– Останови его, папа, – потребовала Ленка, когда Корольков, оскальзываясь и спотыкаясь, побежал к вертолету.

– Нет, – твердо сказал Громов. – Истинное призвание бизнесмена – таскать каштаны из огня. Чужие каштаны. Из огня, разведенного другими людьми. Вот пусть и попотеет наш господин предприниматель. В конце концов, нынешнему поколению не мешает узнать, как закалялась сталь. На собственной шкуре.

Вертолет, под которым подломилось шасси, лежал на плоском брюхе, подобно киту, выбросившемуся на сушу. Подбежав к его искореженной ударом морде, оскалившейся стеклянными зубьями, Корольков заглянул в кабину, вернее, в то тесное сплющенное пространство, которое от нее осталось. В темноте скорее угадывалась, чем виднелась чья-то нога в дырявом носке, торчащая вертикально вверх. Вцепившись в ступню, Корольков рванул ее на себя и, не встретив ни малейшего сопротивления, сел на землю. Может быть, нога и принадлежала кому-то из братьев Рубинчиков, но определить это не представлялось возможным. Конечность не крепилась к телу, а обрывалась чуть выше волосатого колена и заканчивалась куском кровоточащего, лишенного кожи мяса.

– З-зар-раза!

Отшвырнув ногу в сторону, Корольков снова сунулся в кабину. Пролезть туда полностью мешали торчащие отовсюду осколки, хитросплетения кабелей и гнутая обшивка. Опершись руками о приборную панель, Корольков почувствовал, как его ладони погрузились в какую-то отвратительную липкую жижу, но не отпрянул, а протиснулся еще глубже, силясь разглядеть детали.

За штурвалом сидело безголовое человеческое тело в насквозь мокром комбинезоне. Его шея фонтанировала кровью. Чуть дальше угадывался еще один труп, но слева от него происходило какое-то шевеление.

– Эй, – крикнул Корольков, – есть кто живой?

– Помоги, друг, – просипело из темноты. – Больно.

– Конечно. Только скажи сначала, где Рубинчики?

– Не знаю таких… В салоне двое каких-то москвичей летели, теперь один остался…

– Благодарю, – сказал Корольков и дважды выстрелил туда, откуда раздавался голос. – По законам военного времени, – пробубнил он, двинувшись в обход вертолета. – Ничего личного.

Он замер, наткнувшись на ручеек керосина, сочащийся на землю из треснувшего бака, но, поколебавшись, решил не отступать. Дым клубился пока только наверху, там, где помещались двигатели.