Кара волка
Шрифт:
– Особенно, когда Верховный эзур их слышит.
– Раздался холодный голос Зуйрана.
– Герримон, я думаю, что все -таки стоит просветить, - он усмехнулся, - вожака в детали внешности Байрата.
– Ну, я особо к нему не присматривался, -Герр взъерошил волосы, - Ну, он блондин с голубыми глазами, ну, высокий, вроде, но ниже нас с тобой. Людям представлялся, как Никита. В последнее время вернулся к отцу, а так как он единственный сын, то тот его принял, я не смог запретить.
Меня кольнуло смутное подозрение, что парень, которого я поймал
– Зуйран, если это все, то мы пожалуй пойдем. И запомни, если выяснится, что ты лжешь...
– Я опять решил не продолжать. Ну не силен я в красноречии, тем более в описании сцен насилия.
– Эта угроза?
– Он прищурился. Его глаза смотрели прямо в мои, как будто он пытался заглянуть ине в душу.
– Да.
– Я повернулся и вышел из Зала,не дождавшись его ответа. Пора возвращаться к Лизе. Губы неосознанно растянулись в улыбке. Почему -то я был уверен, что и на этот раз без сюрпризов не обойдется.
Лиза.
Ох, черт. Я начала отряхиваться.
– Я Лиза, а ты кто?
– Я ..кхм...Никита. Стужев Никита Олегович.
– Мои руки замерли. Я еще раз внимательно посмотрела на "Чудовище".
– Никита?Но что ты здесь делаешь?
– Не увидев в его глазах ни искры узнавания, я поспешила объясниться.
– Лиза, Ирина подруга.
– Я отвела глаза, возобновив свою "чистку". Было неприятно, что он меня не узнал, хоть мы с ним и редко пересекались.
– Ты можешь открыть клетку?
– Моим первым побуждением было так и сделать, причем не потому, что во мне взыграла совесть, что человека в клетке держать нельзя, а потому что, если он в клетке, значит он зачем - то парням понадобился, а если я его выпущу, то хлопот они не оберутся. Было бы забавно наблюдать за тем, как бы они его ловили. Правда сначала отвернули бы мне голову. Ну, это так - производственные мелочи. Я вообще -то не мстительная, просто иногда бываю злопамятной. Нет, я, конечно, иногда тупила (уж себе - то можно признаться), но совсем идиоткой я не была. Если его заперли, следовательно, он представляет какую - то опасность. Поэтому я все -таки приняла здравое решение не выпускать его из клетки до прихода парней.
Стоп!Нет, не может быть.Если он опасен, то...
– Кхм.., Ник, а ты, собственно, кто?
– Глупый, конечно, вопрос, но как мне еще узнать, оборотень он или человек.
– В смысле?
– Не, вот тупой. Хотя...если он обычный человек, то вряд ли поймет, что это значит.
– Ты...?
– Только я хотела спроить на прямую: оборотень он или нет, как в комнату букваьно ввалились баклажанчики. Почему баклажанчики? Потому что все они были странного фиолетового оттенка. Я подошла поближе, вернее даже серого, с таким освещением фиг разглядишь.
– Что с вами?
– спросила я, совершенно забыв про Ника.
– Тебя искали.
– Раздраженно ответил Макс и начал надвигаться на меня.
– Пока шли вляпались в какую -то гадость.
–
– Это уже Мих не выдержал.
– Я вообще - то клубнику больше люблю.
– Я, уперев руки в бока, смотрела ему прямо в глаза. Он опешил.
Они стали медленно приближаться. Мне как - то не внушало оптимизма четверка здоровяков, надвигаюшихся на меня. Я отшла назад и уперлась спиной в железо клетки. Вдруг чья - то рука схватила меня за горло.
– Не двигайтесь, стоит только чуть чуть надавить, - он немного сжал пальцы на моем горле. Я начала задыхаться.
– И она умрет.
Кирстен
Обратно я летел на личном самолете, поэтому два с половиной часа, и я был в дверях своего временного жилища. На этот раз я решил Лизке ничего не привозить, неизвестно, что она выкинет на этот раз, и как я на это отреагирую. Еще мне не понравились слова Герра, которые он сказал мне на прощание. Он завел старую песню о том, что Лиза так или иначе будет его. Ага, разбежался. Я его, конечно, послал в известном направлении, добавив на прощание пару "ласковых". Но осадок остался.
И по старой доброй уже традиции, по возвращении домой, я чувствовал обеспокоенность моих братьев. Нет, даже безысходность и тревогу. Дом, милый дом. Я стремительно влетел во входную дверь. В доме пахло пирогами. Нигде никого не было. А вот это уже не радует.
Я решил пройти на кухню, может они там шифруются? Кухня была вся заставлена пирогами различных форм и размеров. У меня аж слюнки потекли. Да, моя женщина умеет готовить. Вдруг мой взгляд зацепился за какое- то несоответствие. Дверь. Дверь в кладовку была открыта. Епт, я ворвался в помещение и застыл в шоке. Почти все, что было на полках, прикрепленных к дальней стене валялось на полу. Тут мой слух отчетливо уловил разговор. Говорили где - то внизу. И мне абсолютно не нравился ход их разговора. Кто - то угрожал Лизе.
Я вломился в подвал и застал немую сцену: этот урод в клетке держал МОЮ Рыжулю за горло, а парни стояли, боясь сделать лишнее движение. Я зарычал и снова стал волком. Он пожалеет, что вообще коснулся ее. Она моя. Никто и никогда не смеет касаться ее, тем более причинять боль или угрожать. А потом я раберусь с братьями. Они должны были ее защищать. Волк взвыл, и я выпустил его на волю.
Глава 17
Кирстен
Я услышал крик. Нетрудно было догадаться, кому он принадлежит. Ну, хорошо, что в этот раз это был не бешеный ор!
Я набросился на этого уе..ка, но задел Лизу, что еще больше меня распалило. У него из руки сочилась кровь. Жалко, что не откусил, все равно у нас все органы и конечности регенерируют.
Сразу видно бывшего воина, он никак не показал свою слабость. Хотя такой укус вызыает дикую боль. Я это знал по личному опыту.
Я обязан был защитить свою пару. Шерсть встала дыбом. Клыки блеснули в хищном оскале. Я зарычал. Приготовился к прыжку. Волк хотел крови. Крови того, кто посмел прикоснуться к его женщине.