Камни

ЗОЛТАН ЧЕРНАИ

КАМНИ

Пер. Л. Васильевой

Господин Профессор мыл руки. Долго держал под теплой струей белые пальцы, потом маленькой щеточкой потер ногти. Он думал о пациенте, которого только что обследовал. "Бедняга, жить ему осталось три-четыре месяца, не больше... Левая почка уже не работает, да и правая вот-вот откажет..." Потом вдруг вспомнил совсем о другом, о вилле на Балатоне, точнее, о большом участке, который помог ему купить за бесценок некто Гут - в благодарность за успешную операцию. "Не меньше миллиона обойдется мне строительство... и мол

нужен для парусной лодки, много что нужно..."

Резкий голос сестры Илоны прервал его размышления.

– Господин профессор, вас дожидаются три человека, а четвертый, который только что пришел, просил передать вам это, - она протянула ему визитную карточку.

Профессор надел очки. "Д-р Лорант Кардош, физик-ядерщик, кандидат физических наук", - прочитал он на изящно оформленной визитной карточке. "Надо же, Кардош! Он, оказывается,здесь! А я думал, что после пятьдесят шестого года он так и не вернулся", - размышлял про себя профессор.

– Что же вы стоите, разинув рот!
– прикрикнул он на сестру.
– Немедленно пригласите его!

Юлия, пухленькая секретарша с платиновыми волосами, злорадно ухмыльнулась. Надев наушники, она печатала с магнитофонной ленты текст лекции о новых методах цистоскопии, которую профессор должен завтра читать в университете. Они с Илоной не выносили друг друга.

В дверях появился пациент. Сутулый, худой, со впалыми щеками, волосы стрижены ежиком. По лицу было видно, что его мучают сильные боли. Но черные глаза живо блеснули, когда он протянул профессору руку.

– Привет, Банди! Узнал меня?

– Еще бы, Лори! Каким ветром тебя занесло к нам? Я думал, ты там остался. Юлия, принесите коньяк и сигареты.

– Спасибо, не беспокойся!
– пробовал было возразить гость, но проворная секретарша уже ставила на маленький столик напитки и сигаретницу. Они сели, чокнулись.

– Рад тебя видеть. За твое здоровье!

– Спасибо, здоровья-то как раз мне и не хватает.

– Надеюсь, ничего серьезного? Ты не из-за этого ко мне пришел? Ты ведь, верно, знаешь, что я хирург-уролог. Не успеешь оглянуться, как я уже что-нибудь да извлеку из твоей почки!

Кардош слабо улыбнулся.

– Я пришел к тебе, Банди, как к старому школьному товарищу... вернее, к своему сопернику. Ведь мы всегда были соперниками, помнишь? Это было благородное состязание, и ты - победил... Ты - знаменитость с мировым именем, а я всего лишь маленький клерк в услужении госпожи науки.

– Ну, ну, не скромничай!
– профессор шутливо погрозил гостю пальцем.
– И не будем говорить о том, кто из нас победил. Вспомни хотя бы Магду! Здесь победил ты! Ведь она с тобой, она вышла за тебя замуж. Ну, расскажи, где ты сейчас работаешь?

– В научно-исследовательском институте атомной физики. Работаю на циклотроне... Ничего интересного. Одно и то же изо дня в день.

– В этом смысле и у меня рутина. Ну, а на что жалуешься? У тебя, очевидно, сильные боли?

– Уже третьи сутки мучаюсь. А сейчас совсем невмоготу стало, вот и притащился сюда, в больницу. Я, разумеется, хотел пойти к терапевту, но в коридоре случайно

увидел на двери твою фамилию... Банди, у меня ужасно болит поясница. Бывают такие приступы, что я пачками глотаю алгопирин и ридол, но ничего не помогает! Раньше у меня не было никаких ревматических болей. А сейчас, посмотри, я даже выпрямиться не могу. У меня постоянно, ну как бы это сказать... позыв помочиться, я бегу в туалет, и выясняется, что бежал зря. Скажи, что бы это могло быть? Посоветуй, к кому мне обратиться.

– Тебе никуда не надо идти. Скажи, у тебя болели когда-нибудь почки?

– Почки?
– удивился Кардош.
– Никогда.

– Ну, тогда пошли со мной. Я провожу тебя в амбулаторию. Тебя необходимо обследовать. Если мой диагноз подтвердится, то ты обратился как раз по адресу. В конце концов тебя все равно направили бы сюда и ты оказался бы у меня под но... Я хотел сказать, попал бы ко мне в руки.

В сопровождении сестры Илоны они проследовали в амбулаторию. Пациент разделся и лег на кушетку. Профессор долго ощупывал поясницу, живот, потом пошел мыть руки перед тем, как сделать цистоскопию и рентген.

– Ну, что я говорил? Диагноз мой был безошибочен. У тебя камни!
– торжествующе объявил профессор пациенту, который уже лежал в отдельной палате.

Профессор внимательно рассматривал у окна только что проявленные рентгеновские снимки.

– Из левой почки у тебя выходит камень величиной с горошину и заклинивает мочеточник. Из-за этого и боли и общее плохое состояние. Несколько дней пробудешь здесь, у нас, не бойся, резать я тебя сразу не стану. Попробуем выгнать твои камни. И в правой почке есть несколько камешков, от них тоже освободимся. Юлия потом оформит все как положено. А мне прежде всего нужна твоя медицинская карта с места работы... Я хочу знать, сколько времени ты подвергался облучению на циклотроне.

– Немного... Точнее, меньше трети дозволенного срока, слабым, страдальческим голосом прошептал больной.
– Можешь делать со мной все, что хочешь. Только... сообщи Магде, моей жене.

– Ну, конечно, сообщу! Скажи мне номер телефона и не беспокойся ни о чем, лежи отдыхай. Вот увидишь - все будет в порядке. Сейчас мы дадим тебе прекрасный успокаивающий коктейль из многих компонентов, и очень скоро боли пройдут.

После инъекции больной заснул. Профессор собрал снимки, что-то отметил в карточке больного и вышел из палаты.

– Пожалуйста, успокойтесь! Прошу вас, не надо волноваться, дорогая Магда!.. Я прошу тебя, не плачь! В который раз говорю тебе: никаких причин для беспокойства нет!
– утешалпрофессор жену Кардоша.

А сам в это время думал о том, что Магда Мерэй, в которую когда-то был влюблен весь их класс, все еще моложава и поразительно красива, может быть, даже красивее, чем раньше. В ее голубых, необыкновенных глазах стояли слезы. Профессор чувствовал, что капли холодного пота побежали у него по спине под рубашкой, настолько волновала его эта женщина. Но он все-таки сделал над собой усилие и заставил себя говорить с ней так, как должен говорить врач в подобной ситуации.