Чтение онлайн

— Сла-авно, — протянул Вир медовым голосом, быстро прошел к столику, погладил переплет. Положил правую руку на замок переплета, левой сделал странный жест и произнес пару слов на каком-то языке. Замок негромко щелкнул, и комната наполнилась странным пряным ароматом. Вир со стуком откинул переплет, полюбовался на первую страницу вожделенной книги, перелистнул и замер. — Что здесь написано? — спросил он странным свистящим шепотом.

Оштон даже не шелохнулся.

— Я читать не умею, — сказал равнодушно.

— Я умею. — Жмых прошмыгнул мимо Оштона к столику и склонился над

раскрытой книгой. — Часть первая, — прочитал он торжественно. — Если вы попали в затруднительное положение… это название… Дальше… Если вы попали в затруднительное положение, самое главное — сохраняйте присутствие духа и спокойствие. Сохранить присутствие духа вам помогут наши дальнейшие советы, а чтобы обрести спокойствие, считайте до десяти, загибая палец на каждый счет. И столько раз…

— Я не спрашиваю, что здесь написано! — проревел Вир громовым голосом и хватил кулаком по столику. Столик покосился, книга упала на пол и вывалилась из переплета. Где-то снаружи что-то упало и разбилось, донеслись отголоски ругани.

— Но как же… милорд Вир, — пробормотал Жмых, пятясь назад от столика, — вы же только что сами…

— Мне неинтересно, что тут написано, потому что это не та книга, — сказал Вир, четко разделяя слова и глядя на незадачливых взломщиков, как волк на кроликов.

— Но… я не понимаю… вот… — Жмых дрожащими руками выудил из-за пазухи бумажку, — совпадает, как есть совпадает, если же…

— Переплет совпадает. А внутри — другая книга. И если вы, олухи… — Вир быстро наклонился к книге и протянул к ней руку, задержав открытую ладонь над замком. Словно бы крупная светящаяся капля сорвалась с ладони на переплет и впиталась в него. — Не то, — разочарованно, но уже более спокойным голосом произнес Вир, выпрямляясь, — лет сто минимум.

Поджав губы, задумчиво посмотрел куда-то вдаль, сквозь замерших взломщиков и стены комнаты, вздохнул.

— Выметайтесь, — сказал негромко и отвернулся. Жмых моментально выскользнул в дверь, Оштон же задержался:

— А вознаграждение?

Вир обернулся, и, встретившись с его взглядом, Оштон коротко поклонился и вышел в коридор, плотно и осторожно прикрыв за собой дверь. Иногда можно играть с огнем, а иногда — не стоит. Сейчас был явно второй случай.

И опять Малик Локай

С самого начала мне не нравилась эта идея Анри. Вообще Ломак обладает удивительным даром по любому поводу генерировать дурно пахнущие идеи, втягивать в их реализацию кучу народа, а потом, когда настает время неприятных последствий, чудесным образом оказываться в стороне. А уж если еще и повод не надуманный…

Прошлый его день рождения мы, помнится, встречали сначала в будуаре веселого заведения мадам Хильды, а потом, когда выяснилось, что наше посещение сей обители греха никем

не оплачено, — в окружной кутузке. Но на этот раз Ломак превзошел самого себя — его заявление, что он заказал на ночь столик в «Голове вепря», было встречено всеми студентами гробовым молчанием. У меня даже появилась надежда, что на этот раз Ломака никто не поддержит.

Тщетная надежда — уже через час желающих принять участие в празднестве было хоть отбавляй. И с чего это я решил в этом участвовать? Знал же, что из всех обещавших и трети не придет.

«Голова вепря» располагался на границе между доками и трущобным районом, где и стражники-то меньше чем группами по десять человек не ходили. Репутация у этого кабака была самая что ни на есть мерзкая. Ночи не проходило, чтобы очередной его посетитель не обнаруживался поутру в какой-нибудь окрестной канаве с перерезанным горлом. Содержал «Голову вепря» небезызвестный тип по кличке Висельник Сай. Кличку, кстати, он носил неспроста: он и в самом деле восемь лет назад был амнистирован по праву мертвеца, сорвавшись с виселицы, и с тех пор гордо щеголял шрамом от веревки на шее. Народец, как нетрудно догадаться, в кабаке собирался соответствующий.

— Маги — это силища! — разорялся Анри. — Один маг сотни бойцов стоит, любому известно. А уж про этих крыс портовых и говорить нечего. Да я один могу эту халабуду пеплом на ветер пустить. Но мне одному скучно будет. Ну что, магистры, устроим праздник? Самая фишка-то в чем: можно все! Хочешь — жги, хочешь — топи, хочешь — молниями кидайся. Никакой стражи, никаких проблем в магистрате. Даже наоборот, спасибо скажут, если мы этот гадюшник слегка поджарим.

— Кретин, — негромко, но внятно прокомментировала Ирси, вставая. — И идея дурацкая. Малек, ты идешь?

— Да, — отозвался я, — сейчас тоже пойду.

— Я у Марты поужинаю, — сказала Ирси, идя к выходу. — Поторопишься, и тебе что-нибудь останется.

Анри проводил ее насмешливым взглядом. Хлопнула дверь, Ломак обернулся к оставшимся:

— Это и к лучшему. Девчонкам в таком заведении и в самом деле не место. Ну что, есть тут еще бабы?

Разумеется, уйти после такого заявления я уже не мог. А вот что заставило меня и в самом деле припереться в «Голову вепря» к заходу солнца, я не понимаю.

Пара стоявших у входа дегенеративного вида личностей окинула меня пронзительными взглядами, когда я, ежась от неприятных предчувствий, нырнул под вывеску, очень натурально изображавшую здоровенную кабанью башку. Отрубленную и лежащую в луже крови. Запах в кабаке стоял такой, что я непроизвольно начал дышать ртом. Огляделся, надеясь, что никого из знакомых не увижу и можно будет со спокойной совестью смыться. Не тут-то было.

— Малек! — окликнул меня кто-то из дальнего угла, и я повернулся на возглас. За угловым столиком в компании еще троих студентов сидел широко скалящийся Анри и махал мне полупустой кружкой эля. У остальных, однако, выражения лиц были менее жизнерадостными. Я присел на табурет, и вынырнувший из дымной мглы плечистый детина в замызганном фартуке бухнул передо мной кружку эля и деревянную тарелку с полосками строганины.