Чтение онлайн

— Отлично, — сказал Доббс, просияв. — Доброй ночи, мисс Стивенc. Я оставляю вас в надежных руках.

— В надежных, разумеется, — пробормотала Лара, едва дверца такси захлопнулась. Она выдернула руку из пальцев Слейда и отодвинулась от него подальше. — Я чуть не сказала ему, что скорее пошла бы пешком, чем села с тобой в одно такси.

— А в чем проблема, милочка? — Слейд откинулся, скрестил руки на груди и вытянул длинные ноги. — Ты что, за себя не отвечаешь, оказавшись со мной в закрытом месте?

—

Не отвечаю за себя? — Лара уничтожающе на него посмотрела. — Да я бы тебя проучила, будь у меня тонкие каблуки…

Она тоже скрестила руки и устремила взгляд за окно. Так они молчали, пока такси не подъехало к ее дому Слейд вышел и открыл перед ней дверцу.

— Тебя проводить? — спросил он предельно вежливо. Лара не потрудилась ответить. Она выскочила, захлопнула дверцу так сильно, как только могла, и заторопилась к дому.

Миссис Краусс открыла дверь, прежде чем она повернула ключ.

— Наконец-то, — сердито проворчала она. — Женщина с ребенком не должна так задерживаться.

— Это по делу, миссис Краусс. — Лара пыталась говорить вежливо. Нелегко было подыскать надежного человека, который мог бы присматривать за Майклом. Миссис Краусс была ее третьей попыткой за последние месяцы. — Мне очень жаль, что я вас задержала. Как всегда, я вам вдвойне заплачу за сверхурочное время. Спасибо вам за то, что задержались. Увидимся в понедельник утром.

— В понедельник я уезжаю. — Миссис Краусс водрузила бейсбольную кепку на седеющие волосы. — У меня сестра заболела. Не знаю, когда вернусь.

— Нет! — Лара поспешила вслед за пожилой женщиной. — Вы не можете это сделать, миссис Краусс. Вы не можете, не можете… так просто бросить меня!

— Я позвоню, когда буду возвращаться. — Дверь за миссис Краусс захлопнулась.

Лара посмотрела на дверь, потом беспомощно прислонилась к стене и застонала. Что теперь? Детские сады переполнены. А у ее мальчика нет даже полноценной матери, которая располагает временем, или бабушки, или тети…

Лара вздохнула, заперла входную дверь и поднялась на второй этаж.

Но все это будет завтра. Она обзвонит агентства, а уж если ничего не получится, скажет в понедельник, что больна. У нее были назначены встречи, но их можно отложить. Ничто не было так важно, как Майкл.

Он спал, свернувшись в своей кроватке, уткнувшись в любимого плюшевого медвежонка. Один взгляд на сына — и Лара мгновенно освободилась от напряжения сегодняшнего вечера.

Ее спальня примыкала к его. Лара бесшумно сбросила черные туфли, сняла костюм и блузку, сменив идентификационные признаки своей карьеры на старую хлопковую рубашку и босые ноги. Это была единственная карьера, которую она теперь хотела, думала Лара, мягко вытаскивая Майкла из кроватки.

Постоянно находиться с ребенком было невозможно, надо было работать, чтобы поддерживать существование ее маленькой семьи,

но как Лара завидовала женщинам, которых видела в парке в те редкие, замечательные уик-энды, когда она оставалась дома, чтобы самой позаботиться о малыше.

Майкл заворочался в ее руках.

— Привет, солнышко! — прошептала она.

Он заморгал и открыл глазки. Сонно улыбнулся, и у нее перехватило дыхание.

У него были черные, как у отца, волосы, отцовские нос и подбородок. И большие пепельно-серые глаза.

Нельзя было даже притвориться, что ее ребенок — не сын Слейда Бэрона.

Лару охватил страх. Что сделает Слейд, если узнает? Игры, в которые, как он считал, она играет, были ничем по сравнению с этим. В этой игре ставки были самые высокие.

Майкл зевнул и залепетал что-то во сне. Лара уселась в кресло. Заскользили минуты… и воспоминания.

Поначалу было трудно. Вернуться. Организовать себе мужа и развестись — чтобы не было никаких вопросов. Быть одной. Всегда одной…

В дверь позвонили.

Лара вздрогнула.

Звонок, в такой час?

Снова раздался звонок, и проснувшийся Майкл заворочался у нее на руках.

Она поднялась с кресла, аккуратно опустила ребенка в кроватку. Это, должно быть, миссис Краусс. Может, даже хорошо, что она уезжает. Она хорошо относилась к Майклу — так, по крайней мере, казалось, — но она была грубовата и забывчива. На прошлой неделе она уже почти доехала до дома, когда вдруг вспомнила, что забыла свою сумку у Лары на кухне.

Звонок задребезжал в третий раз, и Лара сбежала по ступеням.

— Миссис Краусс, — скороговоркой выпалила она, открывая дверь, — ради Бога, вы же разбудите…

Это была не миссис Краусс, это был Слейд.

Лара машинально закрыла дверь, но Слейд был быстрее и сильнее, и он уже играл в такие игры. Он толкнул дверь и вошел в дом.

Слейд никогда не преследовал женщину, принадлежащую другому мужчине. Ни в коем случае. Но сегодня Лара дала ему понять, что он болезнь, от которой нужно скорее избавиться, а не мужчина, с которым она когда-то провела страстную ночь. И причиной этому — некто по имени Майкл. И он решил, что не уедет из Балтимора до тех пор, пока не увидит этот образец для подражания и — может, просто так — не украсит еще чуть-чуть морду этого ублюдка.

Пара кружек пива в баре, где таксист оставил его, плюс пять или шесть кругов вокруг ее дома убедили его, что сделать это необходимо.

Никто, и уж тем более Лара, его не остановит.

— Где он? — прорычал Слейд, ногой захлопывая дверь.

— Кто? — спросила она. «Майкл, — подумала она, — о, Майкл, не произноси ни звука!»

— Сделай нам обоим одолжение, а? — Слейд обогнул ее и направился в гостиную. — Я знаю, он здесь; ты знаешь, он здесь. Пусть выйдет и встретится со мной, как мужчина.