Кадж
Шрифт:
Он попытался сделать шаг назад.
– Эй, Кадж... хороший песик, хороший мальчик...
Кадж стоял в углу двора, смотрел на него бессмысленными красными глазами и рычал.
– Хороший мальчик...
Кадж никак не воспринимал слова, произносимые МУЖЧИНОЙ; сейчас они были для него пустым звуком, как мимолетный ветер. Значение имел только запах МУЖЧИНЫ. Запах был горячим. Это был характерный запах страха. Кадж внезапно почувствовал в МУЖЧИНЕ виновника своего плохого самочувствия. Он сделал в сторону
Гарри увидел, что собака приближается к нему. Он повернулся и побежал. Каждый укус Каджа сейчас мог означать только одно - смерть. Он мчался к спасительному крыльцу, надеясь спрятаться в доме. Но, очевидно, в последнее время он слишком много пил и поэтому не мог достаточно быстро бежать. За спиной он слышал приближающееся дыхание громадного пса...
Все же он успел добраться до ступенек, когда двухсотфунтовый сенбернар свалил его с ног. Гарри попытался встать, но не смог. Собака возвышалась над ним, не давая сдвинуться с места. Гарри закричал от страха.
Кадж, продолжая рычать, укусил его за плечо, легко разрывая клыками кожу. Из раны потекла кровь. Гарри попробовал оттолкнуть Каджа, но это ему не удалось, и тогда он ползком попытался взобраться по ступенькам. И тут Кадж снова бросился на него.
Гарри ударил пса ногой. Кадж отскочил, и Гарри услышал, как тяжело дышит собака. За это время мужчина, извернувшись, успел вскочить на ноги и через мгновение был у самой двери в дом.
Он смотрел на собаку, и сердце было готово выскочить из его груди. Его лицо стало землисто-серым от волнения и боли.
– Иди сюда, мерзавец, - позвал он собаку.
– Иди-иди, и я пристрелю тебя. Слышишь? Я пристрелю тебя!
Но Кадж решил добраться до него другим способом.
Слова по-прежнему не имели никакого значения, но запах страха от МУЖЧИНЫ исчез. Кадж решил пока воздержаться от следующей атаки...
Гарри в изнеможении прислонился спиной к двери. В голове у него стучало: "Бешенство! Я заболел бешенством!"
Ладно. Ерунда. Сейчас главное - поскорее добраться до спрятанного в кладовке ружья. Счастье, что Шарити и Брет Камбер сегодня уехали. Наверное, их спасло провидение.
Он нащупал ручку и открыл дверь, не сводя глаз с рычащего внизу Каджа. Его ноги двигались как набитые ватой. В глазах уже начало темнеть, и Гарри был вынужден все время опираться рукой о стену. Но сейчас ему было некогда обращать внимания на свои ощущения. Он успеет сделать это, когда собака будет мертва.
Он ощупью добрался до кладовки, открыл дверцу и принялся искать ружье. И именно этот момент избрал Кадж для своей следующей атаки. Разбрызгивая пену, он одним броском преодолел ступеньки и через мгновение был в доме...
Пес швырнул кричащего от ужаса Гарри на пол и сомкнул челюсти на его горле. Еще
В салон самолета вошла стюардесса. Вик и Роджер летели первым классом, и в салоне, кроме них, было совсем немного людей, в большинстве своем читавших сейчас газеты или просматривающих какие-то документы.
– Принести вам что-нибудь?
– спросила стюардесса у Роджера, и он, не отрывая глаз от журнала, отрицательно покачал головой.
– А вам?
– обратилась девушка в Вику, улыбаясь той профессиональной улыбкой, которая так отличает всех стюардесс мира от остальных женщин.
– Да, пожалуйста, выпить, и что-нибудь покрепче.
Роджер удивленно поднял голову от журнала:
– С каких это пор ты пьешь по утрам? Что-нибудь случилось?
– Я утонул на корабле.
– Что ты несешь? На каком корабле?
– На "Титанике".
Роджер покраснел:
– Мне не нравятся твои дурацкие шутки, Вик.
Некоторое время они летели молча. Вик думал об анонимном письме. Клочок бумаги, шесть предложений, написанных фломастером, - и весь мир перевернулся. Письмо выбило у Вика почву из-под ног. Всю последнюю неделю он то и дело представлял себе, как заберет Теда, и они вдвоем куда-нибудь уедут. Теперь же он в страхе подумал, что Донне, возможно, приходили в голову те же мысли, и сейчас она и сын уже находятся на полпути к ее матери, живущей в Поконосе.
Да, это вполне вероятно. И главное, с Донной сейчас остался Тед.
Его сын, его плоть и кровь, его надежда.
"А может быть, - думал Вик, - она знает, куда уехал Кемп, и решит последовать за ним. Решит бросить меня и остаться с этим мерзавцем. О, как же они будут потешаться надо мной!"
Он гнал от себя эти мысли, но они не уходили, и в его голове рождались все более уродливые планы того, что могла сейчас сделать Донна.
Он позвонит ей сразу же, как только появится такая возможность, решил Вик. Любая правда лучше неизвестности.
Джо Камбер, проводивший жену и сына, стоял босиком на цементном полу гаража, почесывая затылок. Вот уже полчаса он не мог дозваться собаки.
– Кадж! Эй, Кадж! Ко мне, Кадж!
Кадж словно сквозь землю провалился. Ничего, придет. Кадж никогда не убегал слишком далеко и всегда возвращался. Он уже давно вырос, поумнел и стал настоящим полноправным членом семьи Камберов.
Джо вышел из гаража, думая о том, куда же мог запропаститься их сенбернар. Будет жаль, если пес потеряется...
Внезапно им овладела новая мысль. А кто будет кормить Каджа, когда они с Гарри уедут в Бостон? Ведь пес - большой прожора и не сможет и дня обойтись без еды.