Чтение онлайн

"Теперь ты меня запутал окончательно. И честно говоря - я вообще понятия не имею, о чем ты сейчас говоришь! Что еще за "лавинообразные обрушения"?"

"Ребенок, ты все тут рассмотрела или еще есть что-то что тебе хочется пощупать и рассмотреть в деталях?"

"А что пора уходить?"

"Ну не то что бы, но это длинный разговор и я бы предпочел вести его в обычном мире привычных тебе вещей."

"А мы сюда еще вернемся?"

"Когда пожелаешь?" - улыбнулся он, подходя ближе.
– "А сейчас я бы закончил начатое, потому закрой глаза, ребенок."

Я послушно выполнила его просьбу, попутно раздумывая над значением его последних слов.

В момент, когда меня посетило понимание его тайного подтекста, я поняла, что мне вернулись все ощущения реального мира, как он там говорил? Ах, да! Лавинообразно! От учащенного сердцебиения до полного и всеобъемлющего чувства наполненности этого мира смыслом и любовью.

– Сколько нас не было?
– выдохнула я, когда он поцеловав меня напоследок откинулся на спину рядом со мной.

– Пару секунд, думаю, - повернул он голову в мою сторону.
– Мне сложно еще возвращаться в тот же миг, что и ушел, так что пара-тройка секунд всегда теряется по дороге.

Я повернулась на бок и положив подбородок ему на грудь, неверующе переспросила:

– Пара секунд? Ты верно шутишь. По моим внутренним часам прошло никак не меньше получаса.

– На изнанке мира вообще довольно своеобразное восприятие времени и пространства, как такового, - он притянул меня поближе и начал поглаживать мою спину ладонями.
– Считается, что все увиденное тобой, все поддается изменению и способно настроиться под пожелания самого хранителя. Пока же я знаю лишь о некоторых представителях нашей братии, способных оценивать поле в более менее целом объеме, относительно всех остальных. Я на такое не способен, у нас так только Анюта может подняться надо всем и оценить обстановку в целом.

– Ты поэтому не даешь ей зажить самостоятельной жизнью?

– Отчасти да. Ее приберут тут же в отряд смотрителей в Совете, а у нее еще ветер в голове. Пусть поживет немного не завися ни от кого и без кучи обязанностей на своей шее. Ей еще доучиться надо, устроиться в этом мире. Пусть хоть у нее будет выбор.

Последняя фраза была произнесена так печально, что я невольно подняла голову и посмотрела в его глаза.

– А у тебя его не было.

– Это не вопрос, - грустно усмехнулся он.
– Но да, ты угадала. Меня особо не спрашивали о том, чего я хочу, впрочем, так же как и Алека. Ему вообще тяжко было поначалу, у меня хотя бы был некий стимул. Он и сейчас убивает только в крайнем случае, все время веря в то, что в людях сильна добрая сторона натуры, а все плохое, то что делается со звериным оскалом на лице, не более чем слабость, которую можно перебороть. Достаточно дать им шанс и все будет как и прежде. Это когда-то нас было меньше и большинство действительно занималось тем, что удерживало человечество от необдуманных поступков. Сейчас, когда людей на планете даже не в десятки, а в сотни раз больше, чем ранее, благодаря так называемому техническому прогрессу, сфера нашей деятельности все больше скатывается к борьбе с внутренним врагом - бывшими людьми, почувствовавшими вкус крови и силы, в прямом и переносном смыслах.

Из все его речи, меня ножом по сердцу полоснуло только одно слово - "убивает". Я постаралась скрыть чувства овладевшие мною, стоило мне представить моего демона в роли безжалостного палача. Я не могла представить как эти ладони, столь нежно поглаживающие сейчас мою кожу способны лишить кого-то жизни.

Внезапно он прекратил свои успокаивающие действия, слегка напрягся и мягко приподнял мою голову за подбородок.

– Солнышко, я тебя чем-то напугал?

– Ничего подобного, - тут же соврала

я, на что он скептически приподнял одну бровь.
– Чуть-чуть.

– Чем именно?

Я замялась, пытаясь облечь слова в более мягкую форму, стараясь избежать обвинения или упрека, потому попросту облекла их в форму вопроса.

– Это страшно... убивать?

– Вот что тебя напугало, - поцеловал он меня в лоб и я вновь положила голову ему на грудь.
– Мерный стук его сердца успокаивал и казалось что все слова произнесенные до этого не более чем пустой звук, колебание волн, тень настоящего, доступная только для восприятия нашими ушами.
– Только в первый раз, - неожиданно произнес он после продолжительной паузы и мираж рассеялся, уступая место неизбежности реальности. Меня пробила легкая дрожь и я приподнявшись на руках потянулась за одеялом.

– Замерзла?!
– и я предпочла просто кивнуть в ответ, стараясь не смотреть ему в глаза. Меня раздирали противоречивые чувства и понять, что именно входило в коктейль страстей скрутивших мой желудок, я сейчас не смогла бы при всем желании. Он имел непонятную власть надо мной, и мне даже показалось, что я уже сейчас была способна простить ему любой поступок, сколь бы ужасен он не был бы в глазах всего остального мира. Как то незаметно для меня, он постепенно становился неотъемлемой частью моего внутреннего мира, моего я. А порой мне казалось, что он и есть тот самый мир, а все остальное лишь приложение к нему. Я пыталась понять, в какой именно момент произошла эта перемена в моей переоценке ценностей, но меня отвлекла более насущная мысль - неужели это и есть любовь? И самое главное - и что теперь?

– Прости..., - прошептал он мне в макушку, стоило мне вновь улечься на старое место, и порывисто обнял меня, прижимая к себе покрепче. Мне показалось, что в это простое слово он вложил что-то большее, чем просто желание успокоить меня и просьбу принять его таким, каков он есть на самом деле.
– Ты намного светлее и чище меня. Мне кажется, я не заслужил этого счастья, и я боюсь тебя потерять. Ты лучшее из того, что было в моей жизни в последние годы. Просто знай, что я люблю тебя, и что бы ни случилось, я всегда буду защищать и заботиться о тебе. Ты больше чем моя судьба, чем моя вторая половинка. Теперь ты моя жизнь.

Я прикусила губу, стараясь сдержать слезы. Слова комом встали в горле, не давая возможности вздохнуть. Потому я в ответ на его слова лишь молчаливо поцеловала его солнечное сплетение, а после чуть левее туда, где стучало его сердце. Положив голову на место, где я только, что оставила свою безмолвную печать, я прикрыла глаза и стала вслушиваться в мерный звук отданного в мое полное владение его органа чувств и атрибута самой жизни.

– Спи, моя родная. Я рядом, - донеслось до меня, сквозь пелену постепенно бравшего надо мной верх сладкого сна, какой бывает только в нежных объятиях любимого человека.

Глава 17

Тени прошлого

Дни полетели нескончаемым потоком. Я жила как во сне и это был тот самый сон, который не хотелось прерывать и за который цепляешься изо всех сил, даже понимая, что реальность уже начала отвоевывать свое право обладание владения твоим разумом. А я боялась проснуться. Раньше я боялась самого страха, теперь я поняла, что это ничто перед осознанием того, что это все может закончиться. Я радовалась как дитя каждой минуте, каждой секунде проведенной наедине с ним, потому что никак не могла отделаться от мысли, что наше время истекает.