Чтение онлайн

"Судя по блеску ее глаз, у нее есть своя собственная версия произошедшего", - подумала я. Взглянув на Влада, я заметила, как он, пытаясь скрыть смех, прокашлялся и едва заметно кивнул. Я слегка покраснела, и сероглазый положил на стол наши руки, переплетя свои пальцы с моими.

– Владюш, - как всегда издалека начала я, - это мой день рождения?

– Да, - спокойно произнес он и, отхлебнув из своей чашки, поморщился и махнул рукой официантке.

– И на нем будем только мы с тобой?
– продолжила я.

– Тома, а можно сразу спросить именно о том, о чем именно ты

хочешь узнать?
– не вытерпел он. И быстро проговорил новый заказ огорченной официантке, от чьего внимания явно не ускользнуло то, как он держал меня за руку, привычно поглаживая мою ладонь своим большим пальцем.

– Могу я пригласить, помимо Маши, Гошку и твоих брата с сестрой?
– прямо спросила я. Краем глаза я заметила, как на этот раз порозовела моя соседка.

– А ты, правда, этого хочешь?
– уточнил он.

– Хочу чего?
– не поняла я, его смущения.

– Видеть моих родственников на своем празднике. Ну, в отношении Георгия я ожидал подобного вопроса, но ты не обязана приглашать Анюту с Алеком, только потому, что они мои брат с сестрой, - проговорил он, и я тихонько, пнула его под столом.

"Ты на Машку посмотри! Еще есть вопросы?"

В глазах подруги читалась такая неприкрытая надежда, что я просто не могла не улыбнуться.

– Я хочу с ними поближе познакомиться, а это проще сделать в неформальной обстановке, - вместо этого произнесла я.

Влад наклонился ко мне и прошептал на ухо:

– Ты очень коварный человек, ты знаешь об этом?

Я широко ухмыльнулась и, заметив очередной маневр в нашу сторону уже примелькавшейся мне за утро "сивки", широко ухмыльнулась и, подумав напоследок, - "Да! Я это знаю!", страстно его поцеловала.

К тому же, у меня оставался еще один "не пристреленный заяц", и я намеревалась припереть его к стенке завтра, в прямом и переносном смысле, во время праздновании своего двадцатого дня рождения.

– Девчата, - произнес спустя некоторое время сероглазый, - хорошо с вами, но у меня еще остались кое-какие дела. Маша, я на тебя надеюсь,- и, повернувшись ко мне, добавил, - увидимся завтра, Солнышко. Я за тобой заеду.

Напоследок, мягко поцеловал меня в губы и ушел.

А мы отправились по магазинам. Машка сразу заявила, что на брюки я могу даже не смотреть, и что для такого выдающегося случая я просто обязана купить себе платье. Это сразу же сделало нашу задачу практически невыполнимой. Платья и юбки я одевала лишь в исключительных случаях, считая их непрактичными и редко окупающимися элементами роскоши своего гардероба. Процесс убеждения одевания этих элементов одежды на меня дома, со стороны мамы и бабушки, порой проходил под угрозой моральной расправы над моей личностью. По-прошествии нескольких часов и десятка магазинов, Машка пригрозила запереть меня в первой же попавшейся примерочной и не выпускать до тех пор, пока я не выйду оттуда в платье, которое мы, наконец, купим. Мне же решительно ничего не нравилось. Осознание того факта, что я просто обязана сразить завтра Влада наповал, и никак не меньше, никоим образом не способствовало уменьшению моих самокритичных взглядов на собственную фигуру и имеющийся

выбор готовой одежды.

– Машуль, кажется, это оно, - наконец сказала я, выходя из кабинки в очередном небольшом магазинчике.

– Черное?
– недоумевала подруга.
– У тебя же завтра не похороны, а день рождения. И потом, ты хочешь сказать, что это лучшее из того, что ты мерила сегодня?!

– Да, - уверенно произнесла я, еще раз глянув на себя в зеркало. Платье сидело как влитое. Простой покрой, длинный рукав, открытые плечи, минимум украшений.

"Все же маленькое черное платье - это гениальное изобретение моды".

Машка все еще хмуро разглядывала меня со своего места.

– Может, все же вернемся за тем, темно-синим?
– скептически произнесла она.
– Все не черное.

– Машуль, это оно. Я точно знаю, - настаивала я на своем.
– И потом, у темно-синего была абсолютно голая спина. Я замерзну.

"К тому же придется идти без верхней составляющей нижнего белья, а он это вряд ли пропустит мимо своего внимания".

– Тебя согреют, - рассмеялась Машка, и я показала ей язык.

Тут подоспела продавщица и, критически осмотрев нашу композицию, решила добавить свое мнение, приняв сторону Машки.

– Ой, девочки, у вас завтра день рождения! Хотите, я вам предложу просто потрясающее платье?
– и сняла я вешалки нечто неприлично красное и с рюшами. Машка всем своим видом изобразила задумчивость, но ее с головой выдали глаза.

"Решила, наверное, отыграться за те несколько часов мучений, что она провела со мной, выбирая это злосчастное платье".

– Том, может быть, примеришь?
– из последних сил скрывая улыбку, выдавила она. Я сделала страшные глаза.

– Или вот еще потрясающая вещь, - не унималась продавщица. На этот раз это было нечто с ужасающими алыми цветами на юбке, да еще и включающее в себя подъюбник.

"Красный явно ее любимый цвет", - обреченно подумала я, еще раз посмотрев на себя в зеркало и окончательно решив, что лучшего варианта я сегодня уже не найду. Мое платье стало еще более привлекательным в сравнении с теми монстрами, что держала сейчас в руках неугомонная продавщица.

– Ну, а уж против этого вы точно не устоите, - сделала она третью попытку привлечь наше внимание, в то время как я, переодевшись в свою одежду, вышла из кабинки. Только чтобы она не вывернула перед нами весь имеющийся товар, я подошла и вяло поинтересовалась, чем меня хотят "сразить" на этот раз. Как и следовало ожидать, эта, опять же, красная тряпочка, стоила в два раза дороже того платья, что было у меня в руках.

– Спасибо большое, но я уже определилась, - сказала я и направилась к кассе. И тут я почувствовала, как земля уходит у меня из под ног, а окружающий мир, напоследок сделав какой-то невероятный кульбит, померк у меня перед глазами. Очнулась я, лежа головой на коленях у Машки.

– Томка, я так испугалась, - немедленно заговорила подруга. Лицо, и правда, было у нее бледнее обычного.

"Представляю себе, как это выглядело со стороны".

– Все нормально, устала, наверное, - прокаркала я, поднимаясь, - и душно здесь, пойдем на улицу.