Изменить тебе
Шрифт:
– Проще. Но проще ещё не значит «лучше». Не волнуйся, расслабься, мы на нейтральной территории.
– Уже хочешь сбежать? – одариваю его взглядом с презрением.
– Ты ошибаешься. Не хочу.
Существует такой стереотип, что футболисты любят девушек-моделей. Не знаю, может, это как-то особенно заметно на примере нашего города, но многие игроки действительно выбирают себе в подруги девочек из модельного бизнеса. У Ромы Шумского, например, жена тоже та ещё моделька, вроде как в конкурсе «Мисс Россия» от нашей области участвовала. Я посмотрела фотки – там тебе и волосы,
– А это правда, что все футболисты любят моделей? – спрашиваю у Дани.
– Не все. У людей разный вкус, это нормально. Кому длинноногие, кому миниатюрные.
– А тебе?
– Посмотри в зеркало.
Сначала я начинаю вертеть головой по сторонам в поисках того самого зеркала, а потом доходит, что это комплимент. То есть… Внимание… Он сейчас признался, что я ему нравлюсь? Хорошо-хорошо, не так быстро: он признался, что я ему интересна?
Официант ставит передо мной огромную тарелку с целой шапкой зелени сверху, перед Даней на столе появляется паста. Следующие пару-тройку минут усердно работаем столовыми приборами, потом Лёва устаёт от молчания.
– Ты сильно загрузилась из-за моего ответа? Да, Ань, ты мне симпатична, иначе я бы не потащил тебя домой и не позвал бы на встречу сегодня. Может быть, ты совсем не та, какую я себе представил, но узнать мне будет интересно.
А вот теперь я боюсь вообразить, что он там себе нафантазировал. Я не девушка из высшего общества и никогда ей не была. У меня простая семья, я училась в обычной школе, сама поступила в мед на бюджет, дружу с хорошими парнями, не с мажорами. С девчонками как-то меньше, но среди моих приятельниц тоже не фифы, а те, кто так или иначе мне близок. Хотя я могу предположить, что все это Левин понимает. И его интересует не мой статус и богатства, а внутренний мир.
– А что ты себе уже представил?
– Вчера мне показалось, что ты слишком легкомысленная. Раскованная такая.
– Из-за того, что поехала с тобой? Я правда не собиралась с тобой спать. Честно.
– И сейчас не собираешься?
Как мы свернули сюда, в эту плоскость? Сама и свернула. Он ничего не говорил, это я опять про секс. Как озабоченная какая-то. Может, реально озабоченная? Да нет же, разглядывать его мышцы под плотным свитером – вполне нормально. Думаю, все бы делали так на моем месте. Я ведь просто смотрю на мышцы, а не рассуждаю о том, что у него в трусах. Нет, получается, уже рассуждаю. Боже, Аня, надо думать про глубокий внутренний мир человека!
– Если я скажу, что не собираюсь вообще никогда, это будет неправдой, но, кажется, нам ещё рано говорить об этом.
– Расскажи о себе. Просто, без попытки удивить меня чем-то…
– Обычно девушки так делают? – вскидываю брови.
– Довольно часто. Я задолбался смотреть на тех, кто видит во мне богатого спортсмена и ищет выгоды.
– А вдруг я тоже?
– Я не чувствую от тебя этого, – уверенно отвечает Даня. Что ж, это радует: я действительно в последнюю очередь думаю о его зарплате. Намного позже в списке его достоинств, который рисую в голове.
– А что чувствуешь? – задаю все
– Прости, но ты уже сказала, что для тебя это долгосрочная перспектива.
Я давлюсь листиком рукколы.
– Слушай, от меня исходят флюиды недотраха или как? Я намеренно избегаю этой темы, но ты меня к ней возвращаешь.
– Проблема в том, что ты избегаешь. Но ты ведь думаешь.
Херасе рассуждения у него! Его смущает, что девушки его хотят? Или в чем дело?
– Тебе не нравится быть объектом внимания?
– Нравится.
Тогда я что-то совсем запуталась.
– Как думаешь, если мы переспим сегодня, все усложнится или станет легче? – не верю, что это говорю я. Да как так вообще! В смысле? Что со мной, люди добрые? Флюиды недотраха существуют…
– Узнать это можно только опытным путём, – с легкой улыбкой заключает Даня.
– Обычно я так не делаю, – все ещё бьюсь за имидж хорошей девочки.
– Ну и класс. Значит, я буду таким первым. Принесите счёт, пожалуйста, – обращается он к пробегающему мимо официанту, а затем снова ко мне: – Ты можешь сама решить, нужно тебе это или нет.
– Пока будем ехать, я расскажу о себе, как ты хотел. Сначала разговоры, потом секс, идёт?
– Чем интереснее будет твой рассказ, тем больше я постараюсь после, – выдает он с наигранным характерным придыханием.
– Ты даже не представляешь, сколько у меня занимательных историй…
Глава 7
Пока мы едем, я почти не замолкаю. Рассказываю об университете, о родителях, о том, как набивала татуировки, о коте, который живет у нас дома. Посвящаю Даню во все детали своей жизни, насколько это вообще возможно, компенсируя то, что на самом свидании в кафе мы говорили почти все время о сексе. Мне бы хотелось, чтобы он тоже включился, поделился чем-нибудь, но это сложнее. Если задаю вопрос – отвечает, а сам не хочет. Ладно, что смогла, вытащила из него, остальное – потом.
Если честно, мне чуть не по себе, когда задумываюсь, что мы едем делать конкретные дела. Обычно парни зовут на чай там или кофе, а тут мы договорились конкретно – мы едем заниматься любовью. Как это вообще происходит? Мы с порога прям начнём или нет? Ну знаете, Лёва не очень похож на человека, поддающегося необузданным порывам страсти. То есть я не верю, что он может прямо в лифте залезть в лифчик к своей девушке или придержать за попу в людном месте. Даня похож на того, кто все личное и сокровенное прячет от глаз в стенах этой самой берлоги, куда мы сейчас приехали.
Чтобы не нагнетать, в лифте продолжаю свои истории, в частности, о том, как я лечила кота. Очень полезная информация для человека, с которым я собираюсь разделить постель. Но не позы ведь нам обсуждать? Это на практике выясним.
– Мы кофе не выпили, – первое, что говорит Даня уже внутри своей квартиры. – Будешь? Я сварю.
– Буду, спасибо.
Уже знакомой тропой двигаюсь в ванную, осматриваю себя в зеркале и прихожу к выводу, что все вполне прилично. Вымыв руки, прихожу на кухню, где Лёва трудится над плитой, колдуя с туркой.