Чтение онлайн

— Похоже, наследник Корвина страдает повышенной доверчивостью, — задумчиво изрек Фауст.

— Простодушен до идиотизма, — согласилась Льювил-ла. — Король из него, как из меня мужчина.

Новостей оказалось даже чересчур много, хотя некоторые звучали слишком неправдоподобно. С другой стороны, Фауст никогда не забывал, что непонятные события обычно имеют свою потайную логику. Если хорошенько подумать и состыковать новые сведения с тем, что было известно прежде, общая картина неизбежно должна проясниться.

Теперь ему становилось понятно, почему

Логрус и Лабиринт не обрушили удар возмездия на его семью, дерзнувшую послать войско на освобождение Спиральной Пирамиды. Лабиринт был поврежден, а потому утратил дееспособность, Логрус же, обрадованный параличом последнего серьезного соперника, наверняка готовился ударить по Амберу, отложив на потом разборку со слабосильным противником, который трепыхается на периферии Отражений. В тактическом плане такое решение выглядело рациональным, однако грозило серьезными стратегическими потерями в достаточно близкой перспективе. Впрочем, Змея никогда не умела просчитывать отдаленные последствия своих дебильных действий. К счастью…

— О чем задумался, Фау? — осведомилась Льювилла, обиженная его затянувшимся молчанием. — Повалялся в койке, набил брюхо — можно забыть обо мне? Прямо как дворцовый конюх или кузнец из нижних кварталов.

— Насчет конюхов тебе, конечно, виднее, — хмыкнул герцог. — Хотя не подозревал, что у моей изумрудной принцессы столь низменный вкус… Ладно, ладно, я не ревную. Все мы не без греха, а у меня — широкие взгляды… Я вот о чем подумал: если ваш Узор поврежден, стало быть, Хаос стал сильнее. Насколько я знаю жителей этого местечка, они не упустят такого шанса.

— Полагаешь, Хаос развяжет войну? — Гримаса оскорбленной девчонки медленно сползла с ее лица, сменяясь хищным расчетливым прищуром. — Признаюсь, я тоже об этом размышляла и даже собиралась предупредить Рэндома. Только наше величество сильно запило. Я послала братьев привести его в чувство, но потом появился Корвин, потом — ты… В общем, серьезного разговора не вышло.

— Устрой мне встречу с Корвином, — попросил Фауст. — Посидим втроем. Может, дельную мысль родим. И вообще, хочется повидать твоего брата.

Принцесса замялась, начала отнекиваться. Наконец призналась, что сама пыталась побеседовать с серебристо-черным, однако Корвин был в дурном настроении, даже через Козырь не соизволил ответить. Сказав о Козыре, она вдруг запнулась, но после короткой паузы вдруг воскликнула с просветленным лицом:

— А что, если раскинуть пасьянс? Иногда намеки наших Карт оказываются полезными. Ты умеешь?

— Попытаюсь. — Фауст мысленно торжествовал. — Только дай мне свою Колоду. В моей слишком мало картинок.

— Держи. — Она протянула сафьяновый футляр. — Заодно посмотрю на твои Карты.

Они спустились на второй этаж. В комнате для не слишком почетных гостей, где накануне вечером бросил свою котомку Сын Вампира и Брат Дьявола, ничего не изменилось. Похоже, никто не проявлял излишнего любопытства к его вещам. Ну, все еще впереди.

Сняв заклинания, защищавшие кровать, Фауст раскрыл

лежавшую поверх одеяла сумку и после недолгих поисков достал запасную Колоду. Это был примитивный набор Карт, которые он считал возможным показать амберитам. Настоящих Козырей здесь имелось всего ничего: портреты трех нирванских братьев, Корвина и Льювиллы, пейзажи Амбера, Артаньяна, еще нескольких варварских Отражений, а также Карта для тюремного подземелья в охотничьем замке неподалеку от Артаньяна. Грубо намалеванные рисунки должны были подтвердить легенду о не слишком умелых колдунах из глухой провинции.

Льювилла взяла в каждую руку по Колоде и веером пустила Козыри навстречу друг другу, повторив эту процедуру трижды. Фауст даже позавидовал: он не умел так ловко перемешивать карточные колоды — из-за этого и не любил играть в бридж и покер. Другое дело — преферанс, где случайное распределение рангов и мастей не имеет слишком большого значения, поскольку компенсируется умением игроков.

Отобрав у принцессы Козыри, он сам перетасовал Колоду, чувствуя пальцами, как пачка твердых прямоугольников становится ледяной на ощупь.

— Срежь, — сказал герцог, протягивая Карты изумрудной красавице.

Она ловко разрезала Колоду, азартно предупредив:

— Не вздумай колдовать. Я буду следить, чтобы Козыри ложились без твоих подсказок.

— Успокойся, Лью, я не базарная гадалка, цель которой — доставить удовольствие богатым и глупым клиентам. Мне самому хочется знать будущее.

— Не обижайся, — проговорила Лью умоляющим голосом и нетерпеливо добавила: — Начинай…

— С удовольствием, — весело отозвался Фауст и начал расстегивать ее сорочку.

Льювилла вырвалась, сердито выкрикнула:

— Не об этом речь! Гадание начинай!

«Ну, шутки в сторону», — решил герцог, Сын Вампира, Брат Дьявола и Оборотня. Фауст чувствовал себя превосходно, Искусство было готово помочь, Карты многообещающе холодили ладонь. Фауст осторожно снял верхнюю Карту, положил на скатерть рубашкой вниз. Поверх нее колдун бросил Козырь, извлеченный из самого низа Колоды. Комбинация получилась скорее забавной, чем информативной.

— Я лежу верхом на тебе, — прокомментировала Лью-вилла. — Давненько мы не пробовали такую позу.

— Все в наших руках, можем в любой момент осуществить пророчество, — рассеянно откликнулся озабоченный Фауст. — Попытаемся иначе.

Он снова перетасовал Колоду и разбросал по столу лицом вниз две дюжины наугад извлеченных Козырей. Когда Лью перевернула Карты лицом вверх, сложился весьма любопытный рисунок. Возле Артаньяна сгрудилась мелочь черных мастей во главе с Дарой и Пиковым Валетом. Карты Фауста, Мефистофеля и Ринальдо лежали поверх Кашеры. Козырь Корвина оказался в стороне, а рядом расположились Дейдра и безымянная Червовая Дама. Самое пикантное предзнаменование выпало Дворам Хаоса — эту Карту бесцеремонно побил Бубновый Король. Прочие Карты упали без какой-либо системы и вообще были тройками-восьмерками, то есть не могли всерьез повлиять на общий расклад.