Из двух зол...
Шрифт:
Проблема в том, что теперь двери в зал и на второй этаж постоянно открыты нараспашку. А было бы неплохо как-то проскользнуть незамеченным мимо первой и запереть вторую. А потом как-нибудь потише разобраться с охранником на первом этаже. В идеале бы, конечно, чтоб он уснул и я его прирезал спящего. Но это я так... Помечтать. Придется чем-нибудь шумнуть, чтоб он пошел проверять, а самому спрятаться за полотном двери и ударить ножом в спину... В печень, как со Стекляшкиным получилось. Теперь-то я примерно представляю куда бить.
Мда... «Так себе» план. Авантюра полнейшая. Слишком много допущений. Стопудово, что-нибудь
Из ближайшего переулка, пригибаясь, вышла пара теней. Это что? Не все бандиты в доме? Разведка, которую я пропустил? Не похоже. Уж слишком неуверенно идут. Да и фигура высокой тени подозрительно знакома! Эльба! С кем она? Не Толстый, не Рыжик... Ба! Да это же «шпиён»! Тёмыч. Ну да. Вон и обрез свой в руках тащит. (Эльбе, что характерно не отдал.) Не усидели. Приперлись спасать своего непутевого лидера. Беспокоятся видимо. Лестно, конечно, но как же не вовремя... Они же сейчас к дому пойдут! Прямо в лапы противникам!
– Стоять. Назад!
– яростным шепотом остановил я их. Тёмыч вскинул обрез, в руках у Эльбы мелькнул топорик... Ну да, на нервах все.
– Назад. Придурки.
Похоже меня всё-таки признали по голосу. И определили откуда он доносится, потому что сменили курс и поперлись теперь ко мне. Идиоты!
– Назад, б...ь, я вам что сказал! П..ц. Д.....бы е....е.
О! Помогло. «Заклинание» на великом и могучем сработало-таки. Сообразили. Повернулись и довольно бодро потрусили назад. Можно выдохнуть и последний раз оценить обстановку в доме... Вроде всё обошлось. Никто их не заметил. Сказочное везение. Судорожно выдохнув я начал ползком выбираться в ту же сторону, куда ускакали мои самозванные помощнички.
Как я и подозревал, далеко эти гаврики не ушли. Стояли за ближайшим поворотом. Вот что мне с ними делать? Хлюпая промоченным пальто (сугробы были наполнены водой по самое не хочу. Весна же) я шепотом костерил их, махнув рукой, чтоб двигали за мной.
– Вы о чём думали? Прётесь как к себе домой.
– Шиша, ну чего ты рычишь?
– обиженно запротестовала Эльба.
– Мы тебе помочь пришли, а ты на нас матом...
– То, что пришли - это молодцы!
– серьёзно похвалил я их.
– Кстати, пожевать ничего не захватили?
– Как-то не догадались...
– растерялась девчонка
– Вот это уже хуже, - с сожалением вздохнул я.
– Так вот, то, что пришли на помощь - молодцы. Ценю. Но материл я вас не за это. Вы же знаете, что тут враги, а идете по улице как ни в чем не бывало. Где разведка? Где предварительное наблюдение за объектом? Если бы я вас не остановил, так бы и поперлись прямо к дому! Где ваш ум-то?
Молчат. Сопят пристыжено. Я же целенаправленно иду к кошкиному дому (где сейчас поселились ребята из Васькиной команды) Там и пожевать у них чего может получится перехватить, да и переодеться, отсидеться мне надо. Второй комплект промочил нафиг.
К дому подходил образцово, (Главным образом чтоб показать - как надо!) с залеганием на снегу и разглядыванием его со стороны. С подкрадыванием и заглядыванием
– Ну, рассказывайте - приказал я им, затеплив свечку, предварительно наглухо завесив окна одеялами и копаясь в шмотье. Блин, все мало! Что поделать - что тут одни малыши. Самой старшей Спице всего десять. Впрочем, какой-то свитер нашелся. Закутавшись в теплую и главное сухую!!! ткань я определенно повеселел. А там еще и какие-никакие харчи нашлись...
– А что рассказывать, - все еще слегка дуясь на заслуженную выволочку пробубнила Эльба, но уже и оттаивала.
– К нам вечером Ратибор с Сашкой и Соплей пришли. Все мокрые, замученные все. Еле на ногах стоят. Рассказали как они лесом уходили.
– Пришли? Это хорошо. Значит еще на три заложника у них меньше.
– А кто там в заложниках? Что тут было?... Мы прямо из Заозерного стрельбу слышали. Специально на улицу выходили слушать.
– Что было, что было..
– устало пробормотал я (в тепле и после еды меня опять начало развозить и клонить в сон) - Война тут была, ребятки. Самая настоящая...
– Ты... убил кого-нибудь?
– с замиранием спрашивает девчонка.
– Убил, - враз поскучневшим голосом соглашаюсь я. Рассказывать за свои подвиги совершенно не тянет. Раньше я с жадным любопытством выспрашивал у своего деда-фронтовика с кучей боевых орденов за войну, потом своего приятеля, прошедшего в девяностые Чечню... И никак не мог понять, почему они так неохотно говорят об убитых ими противниках. Замыкаются, уводят разговор в сторону. А теперь понял. Ну как рассказать вот этим милым ребятам, как я заглядывал в мутнеющие глаза умирающего Стекляшкина? (Блин, он же мне теперь в кошмарах не одну ночь будет являться!) Как описать то чувство, которое я испытал? Тот кто знает- поймет и сам. А кто не знает... Тому и рассказывать бесполезно. Это можно только пережить. Или не пережить, если духом жидок.
– Сколько?
– жадно интересуется Темыч.
– Двоих заминусил, - неохотно отвечаю. И тут же увожу разговор в сторону.
– Кстати, СМПовские тоже ушли. К себе в СМП и ушли. В той самой бане сидят, где мы девок тогда нашли - помнишь, Эльба?
– Помню... А что дальше-то делать?
– Дальше? Дальше мы думать будем. Как наших малышей спасти. Урон противнику, конечно - дело важное, но малышей спасти куда важнее. Была у меня одна идея, авантюрная правда.... Но, с вашей помощью пойдет полегче. Сейчас на ходу план переиграем, как сделать так, чтобы риск свести к минимуму, а выигрыш в любом случае был гарантирован. В любом случае, через час максимум выдвигаемся. Ребят спасать надо.
Глава 28
Немец не признавался в этом даже самому себе, но его всё больше и больше одолевал страх. И, глядя на своих ребят, он замечал отголоски этого страха и в их лицах. Казалось бы - проверенные все парни. Каждый из них уже видел смерть не только на экране смартфона или телевизора, но и вживую. Сами убивали и теряли друзей в перестрелках. Уже давно должны были изжить из себя всякий страх. Но нет...
Они не боялись схватки. Только пусти! Но что делать, когда твой противник неуловим? Когда он растворяется в окружающем пространстве словно дым? Но при этом вполне может убить сам.