Чтение онлайн

Искусствоведы высказывают различные догадки насчет того, кто был автором этой гравюры. Возможно, это Лаврентий Пилиппович Пухало, хороший знакомый первопечатника.

В оформлении львовского «Апостола» использована также гравюра, где рядом с гербом города Львова Иван Федоров впервые поместил свой типографский знак: S-образно изогнутая лента и стрела. Если значение герба Львова с изображением крепостной стены, в воротах которой помещен «шагающий лев», хорошо известно — лев намекает на название города, крепостная стена означает его неприступность, а ворота с поднятой решеткой — гостеприимство, то значение знака Ивана Федорова — еще одна загадка, связанная с первопечатником. В этом знаке видели намек на печатный знак Альда Мануция — дельфин, обвивающий якорь; видели сходство с гербом белорусского дворянского рода Рагоза,

что позволило выдвинуть гипотезу о дворянском происхождении первопечатника. Высказывалось предположение, что изогнутая лента — это река, напоминающая об известном изречении: «Книги суть реки, вселенную напояющие», а стрела — устремленность вперед, указание на прогрессивную роль печатного дела. В стреле видели также изображение угольника, одного из типографских инструментов, или наконечника плуга — рала, что могло напоминать о словах Ивана Федорова о том, что ему надлежит «духовные семена рассеивати». Так или иначе, в дальнейшем первопечатник помечал этим знаком все свои книги.

Львовский «Апостол» вышел в свет 15 февраля 1574 года. Как и другие книги Ивана Федорова, он получил широкое распространение не только на территории бывшего Великого княжества Литовского, но и в России. Известен экземпляр, купленный в Москве в 1575 году англичанином Джеромом Горсеем и увезенный им в Англию. (Сейчас этот экземпляр хранится в Кембридже.) О том, что «Апостол» приобретали люди самых разных слоев общества, в том числе и представители простого народа, свидетельствуют владельческие записи на сохранившихся экземплярах. В 1574 году киевский мещанин Хоцко Балыка передал принадлежавшую ему книгу в город Коростышев, а на экземпляре, обнаруженном в Будапеште, есть запись о покупке «Апостола» в 1581 году крестьянином Семеном Загорецким.

Одновременно с «Апостолом» Иван Федоров начал печатать еще одну книгу — «Азбуку», в основу которой положил трактат о грамматике византийского писателя и богослова Иоанна Дамаскина, жившего в VII–VIII веках. Иван Федоров переработал ученый трактат «ради скорого младенческого научения» и создал первый русский (и восточнославянский) печатный учебник, ставший очередной вехой в истории русского просвещения. Четкая конструкция «Азбуки», учитывающая психологию детского восприятия, позволяет исследователям говорить об Иване Федорове как о педагоге.

Заканчивается «Азбука» обращением Ивана Федорова к читателям: «Возлюбленный честный христианский русский народе, греческого закона! Сия еже писах вам, не от себе, но от божественных апостол и богоносных святых отец учения, и преподобного отца нашего Иоанна Дамаскина от грамматики мало нечто. Ради скорого младенческого научения вмале сократив сложих. И аще сии труды моя благоугодны будут ваши любви, примите сия с любовью. А я и о иных писаниях богоугодных с вожделением потрудитися хочу, аще благоволит Бог, вашими святыми молитвами. Аминь!»

Ввиду все усиливающейся тенденции к ополячиванию обучение русских, белорусских и украинских детей грамоте и родному языку становилось одной из форм борьбы за сохранение национальной культуры. В начале 70-х годов XVI века, то есть как раз во время приезда Ивана Федорова, во Львове активизировалась борьба против польско-католического гнета. Движение возглавили Василь Теневич, Фома Бабич, Лесько Малецкий и др. В числе прочего велась подготовка к созданию украинской школы — «гимназиона» и «братства» — организации, одной из целей которой была забота о школьном образовании. Противники народного просвещения понимали: грамотность способствует росту национального самосознания. «Непокорны сами да и других пуще всего приохочивают к непокорности те украинцы из плебса, которые умеют читать свое письмо <…> Поэтому нужно <…> обязать управителей имений пристально следить за тем, чтобы мужицкие дети привыкали не к книгам, а к плугу, ралу, цепу!» — писал один из них.

Своей «Азбукой» Иван Федоров внес существенный вклад в борьбу за сохранение национальной культуры, причем сделал это вполне сознательно. В раздел, предназначенный для закрепления навыков чтения, он включил тексты не только на старославянском языке, но и на близком к белорусско-украинской живой речи. В заключении «Азбуки» приведен фрагмент из Библии — Молитва Манасии, в которой тот сожалеет, что в тяжкую годину отступился от веры своего народа. Для современников Ивана Федорова здесь было очевидно созвучие с современностью.

«Азбука»

пользовалась огромной популярностью. Она не раз перепечатывалась позднее в Киеве, Львове, Чернигове и других украинских городах, по ней учили крестьянских детей «мандрованные дьяки» — учителя, странствующие от одной сельской школы к другой.

Известно, что книги, предназначенные для детей, чаще других зачитываются до дыр и растворяются в мировом пространстве. Долгое время исследователи даже не подозревали о существовании «Азбуки» Ивана Федорова — не было известно ни одного ее экземпляра. И лишь во второй половине XX века обнаружилось два экземпляра: один в библиотеке Гарвардского университета США, а второй — в Британской библиотеке в Лондоне.

Четыре года спустя, в 1578 году, Иван Федоров выпустил второе издание «Азбуки».

«Азбука» Ивана Федорова стала прообразом всех последующих Азбук и Букварей не только в России, но и в других славянских странах. В Болгарии фрагменты федоровской «Азбуки» без всяких изменений включались в учебники для начальной школы вплоть до середины XIX века.

Речь Посполитую в это время сотрясали политические катаклизмы. В 1572 году со смертью Сигизмунда-Августа пресеклась династия Ягеллонов. Православные литовско-белорусские и украинские магнаты хотели пригласить на престол Ивана Грозного или одного из его сыновей. Однако польская шляхта на сейме, заседавшем с 5 апреля по 20 мая 1572 года (то есть в то время, когда Иван Федоров печатал первую на Украине книгу), решила предложить корону французскому принцу Генриху Валуа.

21 февраля 1574 года, через шесть дней после выхода в свет львовского «Апостола», французский принц короновался в Кракове в соборе Святого Станислава. Однако для француза Польша представлялась далеким и диким краем, свое избрание на престол он воспринимал как изгнание и мечтал о возвращении на родину. В июне того же года пришло известие о смерти старшего брата Генриха, короля Франции Карла IX, незадолго до того снискавшего мрачную известность вдохновителя Варфоломеевской ночи в Париже. Смерть брата не опечалила, а обрадовала Генриха: перед ним открывался путь на французский престол. Не задумавшись ни на минуту, он бросил вверенное ему Польское королевство и в ночь на 18 июня тайно бежал из краковского дворца. «Утек, — как сообщает Львовский летописец, — с замку форткою».

Наступил тревожный период «бескоролевья», продолжавшийся почти год, пока на сейме в январе 1575 года новым королем не был избран Стефан Баторий.

В это же время в начале 1575 года Иван Федоров получил приглашение от князя Константина Константиновича Острожского, пожелавшего создать типографию в принадлежавшем ему городе Остроге.

Князь Константин Острожский принадлежал к знатному украинскому роду, ведущему свое начало от удельных туровско-пинских князей. Многие предки князя Острожского прославились как незаурядные полководцы. Основоположник рода — Даниил Дмитриевич, живший в XIV веке, в 1340 году разгромил войска Казимира Великого, что приостановило захват поляками Галицкой Руси. Сын Даниила, Федор (именно он в 1386 году получил от великих литовских князей подтверждение прав на владение несколькими городами, в том числе Острогом, и стал именоваться князем Острожским), принимал участие в Грюнвальдской битве. Внук Федора, Иван, в 1453 году разгромил татар под Теребовлей и освободил девять тысяч пленников. Но особенно громкую славу как полководец сыскал Константин Иванович — отец нынешнего князя, занимавший должность великого гетмана Литовского. Современники утверждали, что на его счету было шестьдесят три победы. Но в его биографии был и такой эпизод: в 1500 году в сражении с московскими войсками на реке Ведорше он был взят в плен, перешел на службу к московскому князю, но семь лет спустя бежал. Последнюю свою победу К. И. Острожский одержал будучи уже шестидесятипятилетним стариком — в 1527 году разбил татар под Каменцем, взял двадцать пять тысяч пленных и освободил сорок тысяч невольников.