Истоки
Шрифт:
Она кивнула Пациенту—который—Умрет—с— Наибольшей—Вероятностью, и он, не сказав ни слова, глубоко вздохнул и с хриплым хрюканьем вонзил чертов нож прямо себе в живот.
— Твою ж мать! — воскликнул я, мои глаза стали расширяться. Пациент под Номером Ноль был смелым.
Когда кровь полилась из его раны, Кэт вздрогнула и отвернулась. — Это... это ужасно.
Ему останется меньше двух минут жизни, если кровь так и продолжит течь. Он схватился за живот и согнулся пополам. Металлический запах наполнил воздух.
— Сделай это, — сказала Нэнси и нетерпение
Покачав головой в жутком внимании, я опустился на колени перед парнем и положил свои руки ему на живот. У меня не было рентгеновского зрения, но, черт, я мог видеть внутренности чувака. Какое волшебное средство выпил парень, чтобы охотно сделать это с собой? Господи.
Я позволил своей человеческой форме исчезнуть, и беловато-красный свет поглотил парня и большую часть комнаты. Сконцентрировавшись на ране, я представил себе, как зубчатые края раны закрылись, исцеляясь и останавливая кровопотерю. Если честно, то я не имел никакого понятия о том, когда он исцелится. Это было что-то, что происходит само по себе. Я представлял рану, и иногда энергетические кадры мелькали в моей голове, не зависимо от моих собственных мыслей. Я сфокусировался на свете, проникающем в вены... и на Кэт.
Я взглянул наверх и сделал вдох. Выражение восторга поселилось на лице Нэнси, как у матери, которая поймала первый взгляд своего ребенка. Я нашел взглядом Кэт. На ее красивом лице было выражение страха, и затем ее глаза встретились с моими.
Мое сердце подпрыгнуло, и я развернулся обратно к парню, которого исцелял. Я сделаю это ради нее, сказал я ему. А ты молись, чтобы это сработало.
Голова парня дернулась вверх. Его щеки приобретали нормальный цвет.
С опалом я не чувствовал себя истощенным, не так, как после исцеления Кэт.
Я отпустил его и остановился, отступив на шаг назад. Оставаясь в своей истинной форме достаточно долго для человека, который стоял бы на трясущихся ногах, я еще раз взглянул на Кэт.
Одна ее рука была прижата к подбородку. Рядом с ней стоял Арчер, который выглядел немного расстроенным всем этим. Затем, мне кое-что пришло в голову.
Скользнув назад в свою человеческую форму, я обернулся к Нэнси, которая уставилась на Пациента под Номером Ноль с таким страхом и надеждой, что было отвратительным. — Почему они не могут делать гибридов? — спросил я. — Истоки же могут исцелять. Почему не могут они?
Едва взглянув на меня, Нэнси указала на камеру. — Они могут исцелять только кое-какие раны, но они не могут лечить болезни или изменять кого-либо. Мы не знаем почему, но это их единственный недостаток.
Провожая парня обратно на место, она поддерживала его с удивительной нежностью. — Как ты себя чувствуешь, Ларджент?
Несколько раз, глубоко вздохнув, Ларджент прочистил горло. — Немного усталым, но кроме этого я чувствую себя хорошо, даже отлично.
Он улыбнулся, взглянув между мной и Нэнси. — Это сработало?
— Ну, ты жив, — сухо сказал я. — Это хорошее начало.
Дверь
— Да, да.
Я устремился к Кэт, но резкий голос Нэнси, зазвенел, словно ногти провели по доске.
— Оставайся на месте, Дэймон.
Я медленно повернул голову, понимая, что остальные охранники переместились между мной и Кэт. — Почему? Я сделал то, что вы хотели.
— Мы пока не видели ничего, кроме того факта, что ты исцелил его, — Нэнси обошла вокруг стула, наблюдая за доктором и Ларджентом. — Каковы его жизненные показатели?
— Превосходно, — сказал доктор, пока оборачивал стетоскоп вокруг шеи. Он потянулся внутрь своего лабораторного халата и вытащил маленький, черный ящичек. — Мы можем начинать операцию Прометей.
— Что это? — спросил я, наблюдая, как доктор вытаскивает шприц, заполненный мерцающей голубой жидкостью. Краем глаза я увидел, что Арчер наклонил голову набок, уставившись на иглу.
— Прометей — это греческий миф, — сказала Кэт. — Ну, он был Титаном. В мифологии, он создал человека.
Вспышка веселья мелькнула в моих глазах.
Она пожала плечами. — Это было в паранормальной книге, которую я однажды читала.
Я не смог сдержать небольшой ухмылки. Она и ее постоянная привычка читать, заставили меня захотеть поцеловать ее и сделать кое-какие другие вещи. Она увидела это в моем взгляде, и ее щеки слегка покраснели. Увы, этого не произойдет.
Доктор Рот закатал рукав Ларджента. — Прометей поможет подействовать на процесс исцеления быстрее. Он ускорит мутацию.
Черт, я задался вопросом, действительно ли Ларджент был в порядке, являясь первым подопытным кроликом. Но это не имело значения. Ему ввели голубую сыворотку. Он резко упал, что было явно плохим признаком, и доктор Рот вошел в свой образ. Жизненные показатели были высоки. Люди, находящиеся в комнате, начинали выглядеть чуть—чуть нервно. Никто не смотрел на меня, поэтому я начал медленно двигаться к Кэт. Я был на полпути, когда Ларджент быстро вскочил со стула, чем напугал доктора.
Я разместился между Кэт и Ларджентом. Он поплелся вперед, а потом согнулся, обхватив колени. Пот лил со лба парня, капая на пол. Болезненно—притворный смрад сменился на металлический.
— Что происходит? — потребовала Нэнси.
Доктор принялся разматывать стетоскоп, и подойдя к солдату, положил руку ему на плечо.
— Что ты чувствуешь, Ларджент?
Руки мужчины дрожали. — Спазмы, — он ловил ртом воздух. — Все мое тело сжимается.
Такое чувство, будто мои внутренности...
Он дернулся, откинув голову назад. Из его горла вырвался крик.
Затем, из его рта полилась голубовато—черная субстанция, которая попала на белый халат доктора. Ларджент качнулся в сторону, его хриплый крик перешел в невнятное бульканье. Такая же жидкость потекла из его глаз, носа и ушей.