Истинная для Барса

Инга Соболевская

– Я счастливый как никто, я счастливый лет уж сто, – подпевая Лепсу, останавливаюсь на светофоре.

Когда я за рулём, то смотрю только на дорогу. Вокруг ничего не вижу. Сколько раз я так проезжала мимо подружек.

Справа сигналят. Показывают, чтобы я открыла окно. Я теряюсь. Что им надо?

В чёрном Шевроле-Крузах сидят трое парней явно бандитского вида. Гопота какая-то.

–

Слышь, ты чё, самая умная чё ли?

– Я вас не понимаю, – пытаюсь закрыть окно. Но парень за рулём держит стекло рукой.

– У тебя вообще мозги есть, курица? Ты куда прёшь?

Я молчу. Жду, когда светофор переключится на зелёный. Как назло, это самый оживлённый участок дороги. И для пешеходов зелёный горит очень долго. А для меня фантастически долго.

– Ты чё, самая крутая? Насо…ла на крутую тачку и нос воротишь, – они уже завелись. Нашли себе врага. Надо побыстрее сматываться.

Наконец-то вожделенный зелёный. Я срываюсь с места и несусь по дороге. Стараюсь всё же не превышать скорость.

Они выскакивают наперерез. Агрессивно подрезают мою красную ауди, запирают в кармане и не дают мне проехать. Выходят из тачки и подходят к моей машине.

Я успеваю поднять окно и заблокировать двери. Что делать? Хватаю свой телефон, чтобы позвонить брату. Но он, как назло, разряжен. Меня трясёт. Я не понимаю, чем вызвала такой негатив в свой адрес.

– Выходи! Будем учить тебя вежливости на дороге, – бугаи ржут над собственной шуткой. – По-быстрому грехи замолишь и отвалишь.

– Мы будем нежными, тебе понравится, – новый взрыв дебильного смеха.

А мне невесело. От страха дрожат руки.

– Выходи по-хорошему, – они начинают терять терпение.

Я мотаю головой. На за что не выйду!

– Ты сама напросилась.

Один из троицы возвращается к машине, достаёт из неё куртку. Наматывает её на руку и выбивает стекло пассажирской двери. Отщёлкивает предохранитель и открывает дверь.

Я оглушительно визжу. Никто из проезжающих по оживлённой дороге не остановился. Меня вытаскивают из машины, но я вцепилась в руль мёртвой хваткой.

Слышу, что остановилась машина. Хлопает дверь.

– Эй вы, половые террористы, оставьте девушку в покое, – слышу равнодушный голос.

– Ты куда-то ехал? Вот и езжай, пока можешь, – парни настроены агрессивно.

Я со страхом оглядываюсь. Вдруг действительно уедет.

– Не бросайте меня! – кричу ему. – Помогите!

Бугаи теряют ко мне интерес. Окружают парня.

Я не успела рассмотреть, каким образом произошла драка, как все трое лежат на асфальте.

А парень уже идёт ко мне и тянется за моим телефоном. Он даже не запыхался.

Кто он, чёрт побери, такой?

– Позволишь? – спрашивает меня так же безэмоционально, словно ему требуется

разрешение присесть рядом.

Я лишь судорожно киваю. Достаёт мой телефон.

– Разряжен, грёбаный экибастуз.

Достаёт из машины свой мобильник:

– Скорая? Примите вызов на ул. Строителей, – он отходит чуть дальше и смотрит на номер дома, – 25, трое пострадавших. Нет, не сильно. Средней тяжести, может, пара переломов.

– Давай убираться отсюда, пока менты не приехали.

– Я не могу. Они разбили стекло в машине. Меня отец убьёт, – пережитый стресс даёт о себе знать, и я реву в голос.

– Да, что ж за день-то такой? – спрашивает он сам у себя.

Подходит и прижимает меня к себе. Вдыхает запах моих волос. И замирает. Вдыхает вновь, словно пробуя на вкус.

– Спасибо, что помог. Не проехал мимо, – он просто кивает. Да, немногословный парень.

– А как тебя зовут?

– Артём.

– И всё?

– Да, для тебя просто Артём.

– Я Инга Соболевская.

– Красивое имя.

Красивое имя, и всё? Он реально не знает, кто я?

Артём Барс

Еду на встречу. Мой старый приятель Витя Мельник попал в неприятности. Приезжать в офис не захочет. Встречаемся в его ресторане «Старая мельница».

Я в крайней степени раздражения. Мои орлы уже успели накосячить, а разруливать пришлось мне.

Проезжаю по ул. Строителей, сокращаю путь. Не люблю по ней ездить. Вечно происходит какая-то фигня.

Ну, что за день! Вижу, как какие-то упыри тащат девчонку из машины. Все едут мимо. Насрать на чужие проблемы. И мне бы следовало поступить так же.

– Эй вы, половые террористы, оставьте девушку в покое, – я как, твою мать, рыцарь недоделанный лезу на амбразуры.

Вот чего мне вечно больше всех надо? Может, у них такие брачные игры. А я лезу.

– Не суйся, парень, не в своё дело, мы со своей тёлкой перетираем, – выдаёт спич один из гопников.

Я присматриваюсь. Девушка явно не похожа на «тёлочку» гопников. О такой они могут только мечтать.

– Пацаны, тёлочка явно не вашего калибра. Отпускаем девочку и расстаёмся без взаимных претензий, – я ещё пытаюсь быть вежливым.

– Не бросайте меня! – кричит мне девчонка. – Помогите!

Как же я не люблю разговоры разговаривать. Срываюсь и урываю всех троих. Надеюсь, что никого не убил. Проблем не оберёшься в этом случае.

Подхожу, проверяю пульс. Таких упырей осиновым колом не добьёшь. Живы.

Вызываю скорую со своей мобилы. У девчонки разряжен телефон.

Она внезапно начинает плакать. Подхожу к ней ближе. Ветер ударил меня по лицу локонами её волос. Запах. Манящий, возбуждающий.