Чтение онлайн

– Подожди меня здесь, – говорит она. – Мне надо принести еще бинты.

– А я-то думал, что поднимусь на Динейли, – отвечает он, пытаясь быть ироничным. Мэриз только качает головой и нетвердой походкой идет в дальний угол лазарета – видно, что она еще не пришла в себя, как бы ни бодрилась перед нами.

Джексон и члены Ордена ушли, чтобы заняться телом Луки, а меня Мэриз попросила привести Флинта обратно, чтобы она смогла осмотреть его ногу. Я думала, что Хадсон тоже уйдет после того, как Флинт устремил на него убийственный взгляд, едва вернувшись

в лазарет. Но, к его чести, Хадсон остался. Разумеется, в настоящий момент он стоит, прислонившись к стене, и делает вид, будто смотрит что-то в своем телефоне, но он здесь, готовый оказать поддержку – настолько, насколько Флинт позволит ему сделать это.

Я смотрю на Флинта, пытающегося храбриться несмотря на все, что он потерял, и мое сердце сжимает знакомая паника. Я делаю глубокий медленный вдох, затем выдох и снова вдох.

Мэриз отпирает стеклянный шкафчик, передвигает несколько пузырьков с таблетками и наконец находит то, что искала.

– Вот, тебе пора принять обезболивающее, – говорит она, подойдя к его койке, и протягивает ему две синие таблетки.

После того, как Мэриз промывает его рану и начинает перевязку, Мэйси и Иден принимаются расспрашивать ее об атаке на школу.

– Простите, девушки, – говорит Мэриз, так и не сообщив ничего нового. – Мне очень жаль, что я не могу дать вам больше ответов на ваши вопросы.

Мэйси и Иден переглядываются, затем Мэйси отвечает:

– Нет-нет, все нормально. Ты сражалась за свою жизнь – мы все понимаем. Сейчас не лучшее время для расспросов. Нам просто жаль, что ты не знаешь ничего такого, что помогло бы нам понять, каким должен быть наш следующий ход.

– Думаю, вам лучше всего просто остаться в Кэтмире, где вы будете в безопасности, – предлагает Мэриз, собрав использованные бинты. – Нет смысла попадать в руки Сайрусу и давать ему возможность украсть и вашу магическую силу.

– Погоди, ведь Сайрус похитил ребят, чтобы иметь рычаг влияния на их родителей и заставить их делать то, что он потребует, – говорит Иден, и ее брови взлетают. – Разве это не так?

Я подаюсь вперед. Неужели мы все истолковали неверно?

Мэриз пожимает плечами и смотрит на ногу Флинта.

– Я ничего об этом не знаю, но я слышала, как один из человековолков сказал, что молодая магическая сила нужна им для того, чтобы активировать какую-то штуку.

Я резко втягиваю в себя воздух и мотаю головой. Нет, нет, нет. Этого не может быть.

– Значит, он похитил их, чтобы украсть их магическую силу? – Голос Мэйси срывается, ее глаза округлились от ужаса. – Но магическая сила неразрывно связана с душой ее владельца. Если Сайрус попытается выкачать ее, дело кончится смертью.

Я перевожу взгляд на Хадсона, чтобы понять, слышал ли он это, и не удивляюсь, увидев, что он уставился на Мэриз, задумчиво прищурив глаза.

– Мне жаль, но это все, что я знаю, – говорит Мэриз и, повернувшись, бросает бинты Флинта в ближайшее мусорное ведро.

Мэйси спрашивает что-то еще, но

я ничего не слышу из-за рева крови в ушах. Когда мы вернулись в школу и обнаружили, что Сайрус похитил всех учеников, это привело нас в ужас. Но думаю, все мы полагали, что они останутся в живых, ведь в обратном случае он не сможет использовать их как рычаг влияния на родителей.

Но теперь, когда стало ясно, что они, возможно, нужны ему лишь затем, чтобы украсть их магическую силу, я поверить не могу, что потратила время на то, чтобы принять душ. И что – о боже – я целовалась с Хадсоном в то самое время, когда ученики Кэтмира, возможно, умирали.

Я бросаю взгляд на мою пару и тут же жалею об этом, потому что знаю: мои мысли и чувства написаны на моем лице. Угрызения совести. Стыд. Ужас.

Он инстинктивно сжимает зубы, затем, когда до него доходит, как я расстроена, лицо его делается непроницаемым. У меня обрывается сердце. Потому что, как бы ни была раздавлена я сама, это ничто по сравнению с тем, что сейчас, после обвинений Флинта, чувствует Хадсон.

Да, конечно, он сделал вид, что это пустяки, что все это ему нипочем. Я бы не очень беспокоилась, если бы он удерживал этот бесстрастный фасад только перед остальными, но он делает это и со мной – что в его случае показатель невыносимой подавленности.

Мы с Хадсоном не притворяемся друг перед другом – мы никогда этого не делали. Ни тогда, когда он был заперт в моей голове и мы не могли ничего скрыть друг от друга, ни теперь. Наши отношения не таковы. Мы всегда говорим друг другу правду, даже если это неприятно. Так что если дошло до того, что он начал что-то скрывать от меня, то дело плохо. Очень, очень плохо.

От страха я немею и иду в другой конец комнаты – к нему. Надо, чтобы он понял, что он ни в чем не виноват, что случившееся – не его вина. Но тут Мэриз начинает давать Флинту инструкции по поводу его ноги.

Мы все встаем вокруг его койки, желая узнать, как мы можем ему помочь, если это в наших силах. Даже Хадсон убирает свой телефон, хотя и не подходит ближе.

Однако в конечном итоге ни у кого не остается вопросов. Мы все понимаем, что, как бы нам ни хотелось, чтобы дело обстояло иначе, мы можем сделать для Флинта только одно – оказать ему моральную поддержку.

Потому что какой бы магической силой ты ни обладал, существуют травмы, которые не излечить магией, как ни хотелось верить в обратное.

– Мне так жаль, что это случилось с тобой, – говорит Мэйси и гладит руку Флинта от плеча до запястья. – Но мы сделаем для тебя все, что в наших силах. Мы можем отвезти тебя ко Двору ведьм и ведьмаков. Тамошние целители могли бы изготовить для тебя протез.

– Ты говоришь о тех самых ведьмах и ведьмаках, которые только что пытались нас убить? – язвительно спрашивает он.

– Прости. – Ее глаза наполняются слезами. – Я не хотела…

Флинт что-то бормочет и качает головой.

– Не обращай внимания. У меня паршивое настроение.