ИСПОВЕДНИЦА
Шрифт:
– Ты оказалась другой. Ты стала Сестрой Тьмы не потому, что жаждала заполучить могущество и силу, у тебя были иные причины. Ты думала, что просто не достойна, жить, осознавая жалкость своего существования.
И это было абсолютной правдой. Никки являлась единственной и всех Сестер Тьмы, кто обратился к Владетелю не с целью заполучить темную силу и обещания вечной жизни, а потому, что существование Никки было настолько удручающе ничтожным, что оно не могло принести ей отрады. Никки просто ненавидела себя за свою самоотверженность, за то, что она всегда жертвовала собой ради чужого благополучия, отрекаясь от личной жизни. Ведь раньше она думала, что заботиться только о собственном благе - эгоистично,
И это чувство вины, намного превосходящее жажду наживы, настораживало других Сестер Тьмы. Они не доверяли Никки. Она никогда не была одной из них.
– Добрые духи, - прошептала Никки, едва в силах поверить, что Аббатиса, с которой она очень редко встречалась во Дворце Пророков, может быть настолько близка к пониманию того, что Никки пришлось пережить и осознать.
– Я и не подозревала, что могу быть столь откровенна.
– Да, это всегда меня расстраивало, - мягко произнесла Энн, - Что такое привлекательное и одаренное дитя Создателя, как ты, может пренебрегать собственными желаниями и помыслами, жертвуя собой ради других.
Никки сглотнула - почему же ты раньше никогда не говорила мне об этом?
– А, ты разве ты бы мне поверила?
Никки приостановилась у начала очередного лестничного марша, одной рукой опираясь на белоснежную мраморную колонну, чтобы передохнуть немного.– Я думаю, что нет. Но Ричард сделал то, что позволило мне осознавать это сейчас.
Энн вздохнула, - Возможно, мне надо было раньше взяться за тебя, чтобы убедить тебя начать относиться к себе более лояльно. Но меня всегда пугало то, что тогда я буду выглядеть мягкотелой, и потеряю авторитет среди Сестер. Я также боялась и того, что разговоры об их достижениях и заслугах, их поощрение мною, могут повлечь за собой необратимые процессы и послушницы будут о себе слишком высокого мнения. Что же касается тебя, то с тобой дела обстояли по-иному, ты всегда оставалась для меня загадкой. Ты всегда отличалась от других, и твои переживания и чувства были мне чужды. Я полагала, что твоя скромность и смирение послужат хорошей основой для тебя как будущей женщины. Однако это было грубой ошибкой с моей стороны, думать так.
– Я никогда и не подозревала об этом, - сказала Никки, и мысли ее улетели далеко в прошлое, затерявшись в воспоминаниях о былом времени.
– Но не думай что, такой была лишь ты одна. Были и другие послушницы, о которых я думала много больше, и как результат, они из-за меня тоже пострадали, и им пришлось намного хуже. Больше всех на свете я доверяла Верне, но никогда об этом ей не говорила. Кроме того, я послала ее вслепую на поиски, которые продолжались двадцать лет, потому, что она была единственной из послушниц, кому я могла поручить эту трудную миссию. И тогда началась вся эта путаница событий, на которые, как мне казалось, я могла повлиять, будучи посвященной в Пророчество. Энн помотала головой, - Как же она меня ненавидела, за то, что я послала ее в эту бесполезную двадцатилетнюю ссылку.
– Ты говоришь о том, как Верна отправилась на поиски Ричарда?
– Да, - улыбнулась Энн самой себе, - Это было путешествие, в котором она обрела еще и самою себя.
Некоторое время Энн молчала, восстанавливая в памяти череду всех тех событий, а потом с улыбкой обратилась к Никки, - Помнишь, когда Верна, наконец, вернулась вместе с ним? Помнишь тот первый день, когда в большом зале собрались все Сестры, чтобы поздравить Верну с окончанием столь длительных поисков нового ученика, которым оказался отнюдь не мальчик, но взрослый мужчина - и это был Ричард.
– Я помню, - сказала Никки в ответ, заразившись улыбкой от Энн, -
И Никки действительно стала его наставницей, но в итоге они с Ричардом ролями поменялись - Ричард стал ее учителем.
– Никки, ты нужна Ричарду, прямо сейчас. Ему необходим человек, который будет идти с ним рука об руку, напарник, который поддержит его в этой трудной борьбе. Ему одному не потянуть столь тяжелое бремя, слишком много на него свалилось в одночасье. В конце концов, ему нужна женщина, которая будет его любить. Кэлен пропала. И даже если она до сих пор жива, то она сейчас стала лишь оболочкой, оставшейся от того, кем когда-то она являлась. Кэлен не только не помнит, что любит Ричарда, она вообще его не помнит, он для нее сейчас - чужой. И самое печальное то, что Ричард потерял ее именно из-за этой бесконечной борьбы.
– Никки, повторяю, ты нужна Ричарду, чтобы засыпая вместе с ним, ночами шептать ему на ушко то, что ему хочется слышать. И это не важно, знает он или нет, что ты ему нужна больше всех на свете.
Никки была на грани срыва, еле сдерживая себя, чтобы не разрыдаться. Она злилась на себя за то, что ей приходится вытворять со своей жизнью, и это разрывало ее на части. Ведь в жизни для нее не было никого более желанного, чем Ричард
И именно из-за этого, из-за своей любви к Ричарду, Никки не могла поступить так как желала Энн.
Никки продолжила спускаться по лестничному пролету, она постаралась сменить тему разговора,
– Сначала, мне нужно осмотреть фамильный склеп. А потом - поговорить с Верной и Эдди. У меня совершенно нет времени, чтобы тратить его попусту на размышления. Мне необходимо добраться до Тамаранга, чтобы помочь Зедду снять ведьмино проклятие с Ричарда. А это, я считаю, есть именно то, в чем Ричард сейчас больше всего нуждается.
– Но чтобы мне удалось это достичь, я должна знать всё о Сикс (Шестой). Ты, Энн, можешь и не знала эту женщину, но у тебя ведь были сотканы сотни шпионских сетей, которые распространялись далеко за пределы Древнего мира.
– Ты знала о моих шпионах?– спросила Энн, следуя за Никки вниз по лестнице.
– Я предполагала. Такая женщина как ты, не может настолько долго удерживать власть на своей стороне, не прибегая к чьей-либо помощи. Под твоим руководством дворец Пророков процветал, будучи островком стабильности и умиротворения в огромном, шумном и беспокойном мире, существующем, под гнетом догматов Братства Ордена. И тебе просто необходимо было наращивать свою сеть, расширять связи, чтобы оградить себя от всего этого, происходящего во внешнем мире, чтобы сохранить свою власть, и избежать любых потенциальных угроз из вне. Но, в конце концов, ты держала дворец подобающе - в безопасности и независимости так, что Сестры могли выполнять свою работу на протяжении сотен лет.
Энн повела бровью, - Я была не настолько хороша, как ты думаешь, моя дорогая. Иначе, Сестры Тьмы не обосновались бы прямо перед моим носом.
– Но ты это подозревала, и принимала меры предосторожности.
– Но этого было не достаточно, при любом раскладе, учитывая то, что все-таки случилось.
– Знаешь Энн, все мы не совершенны, и уязвимы. Но факт остается фактом, ты хорошо справлялась с возложенными на тебя обязанностями, и была отличной Аббатисой, долгие столетия сдерживая страшную угрозу в стороне от Дворца Пророков. У тебя было множество источников информации, которые помогали тебе выстоять, и не подвергать опасности на себя, ни Дворец. Я знаю, что Сестры Тьмы, всегда оглядывались по сторонам. Они страшно тебя боялись. Они боялись того, что ты за ними следишь.