Чтение онлайн

168

«Поэма в ноннах» Пяста вышла отдельным изданием в 1911 году тиражом в 100 экз. Октава — строфа из восьми строк с закрепленной рифмовкой, нонна — из девяти строк.

169

Один из видов дурмана — растения семейства пасленовых, все части которого ядовиты; используется в медицине. Дмитриева упоминает «датуру» и в стихотворении «Наш герб».

170

В конце мая Дмитриева собиралась к Волошину в Коктебель, куда приехала 30 мая (вернулась в Петербург 1

сентября).

171

Петербургское издательство «Пантеон» возглавлял З. И. Гржебин, но из-за преследования его полицией, официальным представителем был М. С. Фарбман. В 1908 году «Пантеон» выпустил книгу Ж. Барбе д’Оревильи «Лики дьявола» со вступительной статьей Волошина; в 1909 году он предлагал издательству сделать переводы произведений Анри де Ренье, Реми де Гормона, Анатоля Франса (см. его запись в тетради: ИРЛИ. Ф. 562. Оп. 1. Ед. хр. 261. Л. 42), но договориться об их публикации не удалось.

172

17 января в редакции журнала «Аполлон» состоялось открытие выставки современных русских женских портретов (работала по 7 февраля).

173

Аморя — домашнее имя Маргариты Васильевны Сабашниковой. Знакомство Дмитриевой с ней произошло около 10 ноября 1909 года на «Башне».

174

Дикс — псевдоним Бориса Алексеевича Лемана.

175

В своих воспоминаниях «Черубина де Габриак» (Маковский С. Портреты современников. Нью-Йорк, 1955. С. 333–358) Маковский утверждал, что после «разоблачения Черубины» больше с ней не встречался. Этому противоречит как настоящее письмо, так и более позднее, из Екатеринодара.

176

То есть 15 октября 1909 года, в ходе мистификации (подробнее об этом см.: Волошин М. Рассказ о Черубине де Габриак // Памятники культуры: Новые открытия: 1988. М., 1989. С. 41–62).

177

Первая книга Волошина «Стихотворения. 1900–1910» вышла в московском издательстве «Гриф» 27 февраля 1910 года.

178

Адан Поль.

179

Анархо-синдикализм — течение в рабочем движении, ставившее целью социальный переворот с заменой государственной власти руководством федерации синдикатов (профсоюзов). Возникло в конце XIX века во Франции, Испании, Италии, Швейцарии и ряде других стран.

180

Гиль Рене, знакомый Волошина (при его посредничестве сотрудничал в журнале «Весы»).

181

Имеется в виду пьеса Э. Ростана (1868–1918) «Шантеклер» (1910). В 1910 году была переведена на русский язык Т. Л. Щепкиной-Куперник и поставлена в петербургском Малом театре.

182

Петрова Александра Михайловна. 7 августа 1909 года Волошин был у нее вместе с Дмитриевой; в его архиве сохранилось 26 писем Дмитриевой к Петровой.

183

В ходе мистификации Дмитриева сама влюбилась в Маковского, и крах

надежд на него, по-видимому, вызвал ее отталкивание от Волошина — инициатора всего предприятия. 31 декабря 1909 года она писала Волошину: «Не могу сейчас придти к тебе целиком <…> у меня ничего нет, я — пустая». Волошин долго не мог поверить в конец их любви — и в ряде писем в январе — феврале 1910 года Дмитриева все решительнее говорила о своем намерении уйти. В последнем письме (без даты, по контексту первая декада апреля) она подвела черту: «Да, не нужно писать мне, и я не буду больше. <…> это мое последнее письмо, от тебя больше не надо ни слова. Мне больно от них». Выбор был сделан в пользу ее давнего (с 1906 года) жениха В. Н. Васильева.

184

Строка из стихотворения Волошина «Облака клубятся в безднах зеленых…» (написано в Коктебеле 21 февраля 1910 года).

185

Речь идет о стихотворении Волошина «Солнце! Твой родник…», написанном 14 февраля 1910 года.

186

Подразумевается стихотворение «Звучит в горах, весну встречая…» (написано 16 февраля 1910 года). Раскритикованную Дмитриевой строфу («Дождем земные дышут жабры, / Еще разрыв одной плевы /И в храме вспыхнут канделябры / Зеленым пламенем листвы») Волошин выбросил. Все три стихотворения вошли в цикл «Киммерийская весна».

187

В письме от 8 июня 1912 года Дмитриева просила прислать ей книгу Фабра д’Оливе «Еврейский язык» (на французском языке; вышла в 1816 году), а также древнееврейское сочинение «Зогар» (часть Каббалы).

188

Имеется виду антропософия. Ташкентская ученица Е. Васильевой Тамара Дм. (фамилия не указана) пересказывает рассказ В. Н. Васильева, как «в Петербурге, в 1912 году, они (Елизавета Ивановна, Клавдия Николаевна, Петр Николаевич, Всеволод Николаевич и другие), выйдя из церкви после заутрени, увидели объявление о том, что в Гельсинфорсе состоятся лекции Штейнера. Реакция была мгновенная: „Поехали?“ — „Поехали!“

Ездила туда Елизавета Ивановна без Всеволода Николаевича. И возвратилась совсем иная. Вся собранная, она несла в себе что-то новое, ей неприсущее, так что он сразу даже к ней не смел подойти, остолбенел, увидев в ней что-то большое. И, очнувшись, смог только с благоговением поцеловать ей руку.» (Тамара Дм. Воспоминания о Елизавете Ивановне Васильевой, из архива В. П. Купченко).

Доктора Рудольфа Штейнера смело можно назвать одним из величайших людей двадцатого столетия. К сожалению, его личность оказалась больше, чем оставленное им наследие: многие из его учеников отмечают, что лекции Штейнера были сильнее его книг. И, как это часто бывает, слишком рьяные последователи после смерти учителя до неузнаваемости исказили его учение. Трагедия антропософии — многотонные напластования «псевдомистицизма» и сомнительных эзотерических интерпретаций, покрывшие ее за последние десятилетия. Но Рудольф Штейнер — это прежде всего серьезный ученый, философ и социолог. Во многие области жизни — в педагогику, медицину, сельское хозяйство, психологию, искусство — работы Штейнера внесли новые идеи, опередившие свое время, актуальность и справедливость которых с годами блестяще подтверждается.