Исповедь шлюхи
Шрифт:
Вместо пролога
Он вышел в парк, набросив на плечи стеганную домашнюю куртку. В Крыму дни стояли теплые, но по утрам чувствовалось дыхание осени. Безопасность правительственного комплекса обеспечивали бойцы спецназа. Увидев Его, они вытянулись и отдали честь. Физиономии их при этом ничего не выражали. Он уже не знал, охраняют его или стерегут. Оглянулся на звук быстрых шагов. Референт бежал трусцой по дорожке.
– Не спится, товарищ президент? –
– Чего, Лева, смеешься. Смешного, по-моему, тут мало, – заметил Он и нахмурился.
Референт кивнул в сторону моря:
– Посмотрите туда.
Он посмотрел и увидел несколько военных судов, застывших на рейде:
– И что?
– Даже с моря отгораживают. Представляете, как они вас уважают…
– Все шутишь. Давай присядем на скамейку. – Сидеть после пробежки разгоряченному спортсмену вовсе не хотелось, но отказать Ему он не мог.
– Супруга спит? – Поинтересовался референт.
– Не думаю. Она уже третью ночь не спит. Лежит с закрытыми глазами, чтобы меня не волновать. – Он помолчал, поежился, просунул руки в рукава куртки: – Интересно, чем все это кончится… К прежнему уже возврата нет. Как они не понимают? Лозунги выбросили такие, что народ за ними не пойдет. А без консенсуса с народом нельзя…
– Что будет? Хотите, я вам скажу?
– Да, интересно послушать…
– Туземцы, поняв, что Империя зашаталась, быстро отскочат. Их царьки давно мечтают стать царями и такую возможность не упустят. С Прибалтикой давно все ясно. Там помнят Сибирь и уверены – с Западом надежнее. А Россия, как всегда, в дерьме…
– Туземцы? Циник ты, Лева.
– Туземцы слово не уничижительное. Оно обозначает население «той земли». Кстати, историки царской России, описывая войну на Кавказе, называли кавказскую аристократию туземным дворянством. Заручившись их поддержкой, Александр Николаевич и выиграл кавказскую компанию.
– Кто такой Александр Николаевич?
– Государь всея Руси, Александр второй, прозванный в народе царем освободителем. Между прочем, он не только Кавказ присоединил к Империи, но еще Казахстан, и многое другое…
– Наверное, ты прав. Всегда знал, гуманитарного образования мне не хватает. Но картинку ты, Лева, рисуешь невеселую.
– Это не я рисую. Западные обозреватели помогли. Они так видят наше будущее.
– А про меня что пишут?
– Газет нам не приносят.
– Но ты же знаешь мнение обозревателей.
– Я слушаю приемник.
– Тогда что обо мне говорят?
– Вам симпатизируют. Но часть аналитиков считает, что вы и есть теневой организатор путча.
– Я? Какой мне смысл?
– Знаете, если честно… – Референт замолчал и отвел глаза.
– Договаривай, Лева, раз начал.
– Я тоже не совсем уверен, что для вас это полная неожиданность.
– Интересно.
– Почти… – Улыбнулся референт.
– Тогда объясни мои мотивы.
– Вы так раскачали лодку, что стало ясно – она начинает тонуть. У вас имидж либерального демократа. Принимать жесткие меры значит испортить лицо. А так вы жертва…
Он встал и, заложив руки за спину, зашагал по аллее. Референт поднялся и пошел сзади. Метров через десять Он обернулся:
– Чтоб ты знал, «перестройку» задумал еще Юрий Владимирович. Мы же с ним земляки. Он приезжал ко мне отдыхать, когда я руководил Краем, и мы часами говорили о тех переменах, которые необходимы стране. Я действовал исходя и из его предложений.
– Юрий Владимирович умел держать в руках кнут. У нас без кнута нельзя. Хочешь добра, пори народ розгами, хочешь зла – тоже. А вы не умеете. Вы приличный человек, во общем, не злой, а приличному человеку на Олимпе делать нечего…
– Спасибо за комплимент, Лева.
– Не стоит. Я с вами откровенен, а вы со мной нет.
– Ты о чем?
– О вашем участии в грандиозном шоу под названием ГКЧП.
– Зачем тебе?
– По самым элементарным шкурным соображениям.
– Говори ясно. Знаешь, я не люблю загадок.
– Куда яснее… Если вы теневой автор путча, в случае их победы, – и референт указал на военные корабли на рейде: – я останусь на воле, продолжу работу и не буду волноваться за семью. Если нет, сами понимаете…
– Знаешь, Лева, есть мудрая русская поговорка – заставь дурака Богу молиться, он лоб расшибет. Сумгаит помнишь?
– Помню, и Тбилиси тоже. Но вы никогда прямо не отвечаете на вопросы…
– Есть еще одна поговорка – будешь много знать, скоро состаришься. А ты и так знаешь слишком много.
– Это угроза?
– Ты же сам сказал, что я человек приличный и, во общем, не злой. – Он повернулся и быстро пошел к парадному. Референт постоял немного и побежал дальше. Он каждое утро пробегал трусцой пять километров. Сегодня ему осталось пробежать еще два. Что бы ни произошло в Кремле, боец умственного фронта свято верил – при сидячей работе утренние пробежки его организму необходимы.
– Поигрались в демократию, сволочи. – Максюта злорадно потер руки, повернулся к Курдюку: – Готовь камеры, полковник.
– Бураков приготовит, – гаденько усмехнулся начальник милиции: – Дело политическое, пускай КГБ им и занимается.
– Да, работы у Николая Евгеньевича теперь хватит. Всех пидеров пересажать. – Согласился Максюта.
Стеколкин ехидно хохотнул:
– Зачем сажать? Можно прямо к стенке. В камерах их придется кормить, выгуливать, а тут сразу двух зайцев – кормить не надо и остальным урок.