Чтение онлайн

Сет разделал меня в пять минут.

Я чуть не задохнулась — то ли от восхищения, то ли от злости, — а он смутился и почему-то начал извиняться. В тот день мы больше друг с другом не разговаривали, разве что по делам, но прошла неделя и я зашла к нему сама — во время обеденного перерыва. Села возле шахматного столика и стала ждать. Минут через двадцать он оторвал взгляд от монитора и посмотрел на меня измученными глазами поверх баррикад из дисков, книг, справочников, отчетов, сводок и прочей дребедени. Пожал плечами.

И мы

сыграли опять.

Я честно пыталась совершенствоваться, но мозг Сета просчитывал ходы так, что никакой компьютер не мог за ним угнаться. Грустный шеф меня хвалил, а сам при каждой своей победе становился всё печальнее.

Я, однако, продолжала с ним играть.

Дистанция «шеф — секретарь» сокращалась медленно. Сет был странным человеком, и я до сих пор не могу понять многое из того, что узнала о его жизни. Но не буду говорить об этом. У каждого человека могут быть тайны.

Так или иначе, через некоторое время мы сделались почти друзьями. Крафт иной раз наблюдал за нашей игрой; потом перерыв заканчивался, я уходила за свой стол, а они принимались обсуждать дела.

…что интереснее всего, я постепенно начала понимать стратегию Сета в управлении Компанией. До того она оставалась для меня последовательностью невразумительных действий, совершенно не связанных между собой.

Опубликован в «Вестнике» цикл статей о Компании…

Компания объявила, что поддерживает движение экологов…

В Компании реформы, получившие среди служащих название «перемена мест слагаемых»…

Сет выступает на канале новостей…

В общем, со стороны это выглядело странно и даже смешно — тем более в такие времена, когда все знали, что нас уже потихоньку начали кушать. Однако мой грустный шеф продолжал делать вид, что прямые угрозы его не касаются.

И только после того, как мы несколько раз сыграли в шахматы, я поняла, что все его действия тщательным образом просчитаны. Вместо того чтобы крутиться на месте и грызть всех, кто попытается приблизиться, как поступал Старик, Сет действовал издалека — он давил на скрытые рычаги, и в поддержку Компании выступали такие силы, на которые мы раньше и надеяться-то не смели… Я видела и ответные ходы Корпорации — но какими неуклюжими они казались по сравнению с игрой Сета!

«Я строю здание с фундамента», — как-то раз сказал мой грустный шеф.

Чужие здания он разрушал тоже с фундамента — исподволь, подобно грунтовым водам… так, чтобы результат действий не был замечен, пока не станет слишком поздно. Неудивительно, что нетерпеливый Старик считал его бездарным.

Время шло, Компания держалась на плаву — но, тем не менее, положение продолжало оставаться критическим. Я не всегда понимала смысл действий Сета, и постепенно мне стало казаться, что он перестарался — на каждый изящный ход Корпорация отвечала так жестко и недвусмысленно, что становилось страшно.

…в тот день мы как всегда играли во время обеденного перерыва.

— Ты

растешь, — отметил Сет, делая очередной ход. Кажется, мне удалось заставить его немного попотеть. — Я рад.

— А уж я как рада…

Мне с трудом удалось удержаться от сарказма. Партия шла к логическому завершению — мой грустный шеф мог сколько угодно убиваться по поводу того, что никто не мог играть с ним на равных, но поддаваться не собирался. Как вдруг…

…его рука замерла над доской, не коснувшись фигуры. Взглянув на его лицо, я испугалась: Сет побледнел так, словно вместо меня с ним играло привидение.

— Что случилось?

— Ничего, — прошептал он еле слышно. — Я… сдаюсь. На сегодня хватит, иди.

Ошеломленная, я вышла из кабинета, гадая, что это было. Конечно, сдаваться ему не следовало… так что же случилось? Может, он болен, и никто об этом не знает? Ему плохо? Мне очень хотелось вернуться, но я знала, что этого делать нельзя. Захочет — позовет сам.

И позвал.

На следующий день я стояла в его кабинете. Лицо Сета, как всегда, было печальным, и я, предчувствуя, что сейчас произойдет что-то очень важное, задрожала.

— Я тебя увольняю, — просто сказал Сет, и у меня зашевелились волосы на затылке.

— Сокращение штатов? — мне с трудом удалось выдавить это из себя.

— Нет, — его голос звучал на удивление убедительно. — Просто мне так хочется.

— Простите?

Он смотрел на меня, не мигая.

— Твой чип устарел. Ты не справляешься со своими обязанностями.

Наглая ложь! Назвать устаревшей последнюю модель чипа!! Это я-то не справляюсь?..

Его взгляд перекочевал с моего лица на картину — любимую картину Старика. Под ней — это все знали — был спрятан мощный жучок.

«Зачарованный Мерлин» — так, кажется, она называлась.

— На тебя жалуются, — продолжал он, глядя на картину.

— Кто, например? — я всё ещё слишком сильно негодовала, чтобы что-нибудь заметить и сделать выводы.

— Крафт.

— Крафт, который души во мне не чает? Крафт, для которого я выполняю всю рутинную бумажную работу? Он? Или, может, у нас есть ещё один служащий с такой фамилией?

— Нет, он у нас один.

— Тогда, может быть, дело в вас? Я чем-то вам не угодила?

Сет не ответил. Пристально посмотрел на меня, потом опять стал разглядывать картину.

— Жду ответа.

И тут он выдал такое…

— Я. Тебя. Увольняю. Потому что. Ты. Самовлюбленная. Вздорная. Стерва. Понятно? Тогда пошла вон.

…я мчалась по коридору, как будто за мной гнались все демоны Сети, и слезы застилали мне глаза.

Только на станции метро, где тысячи и тысячи людей спешили куда-то по своим делам, я смогла хорошенько поразмыслить над тем, что произошло.

«Это неправда, неправда, он не имел права говорить такое!!!» — кричала внутри меня маленькая обиженная девочка, которую надо было успокоить во что бы то ни стало.