Исповедь мантихоры
Шрифт:
– Зачем оборотню вампирская кровь? – из-за шлема его слова прозвучали неразборчиво, он кое-как подошел ко мне и сгрузил разноцветную защиту на скамью, потеснив меня.
– А я, может, гурман? – предположила я и перешла на доверительный шепот, – а вообще, вы, вампиры, такие красивые и вкусные, удивительно было бы, если бы я не соблазнилась, да?
– Кошка. Это ты зря, ну да в душу лезть не буду. Каждый преследует свои собственные цели в этой жизни… или смерти. Не так ли?
Он, казалось, не ждал ответа. Нервно ходил передо мной, заламывая бледные руки с тонкими длинными пальцами. При свете луны это
– Да вот думаю, сколько крови в тебе, много, наверное? А вообще я тут и так очень задержалась и не горю желанием знакомиться ближе с твоими приятелями, которые явно захотят надавать мне по шее за пострадавшего. Или тебя специально меня караулить поставили? – я откровенно издевалась над парнем, который не понимал, что делать в этой неудобной ситуации, но беспокойство все нарастало: с момента ухода его друзей прошло почти десять минут, они скоро вернутся.
– А? Что? Нет, иди… – он витал где-то в облаках собственных мыслей, и возвращение к реальности ему явно тяжело давалось.
– Ну спасибо… – я встала, сделала шутливый книксен и земля стремительно стала приближаться к моему лицу. Далеко, впрочем, улететь я не успела – меня поймал Бродяга. Кавалер, чтоб его.
– Думаю, нам обоим это принесет только пользу, – сказал вампир и, взяв со скамейки использованное Угольком лезвие, вскрыл себе вены. На левой руке.
Где-то я это уже видела, да? Поняв, что он от меня хочет, я пожала плечами и попробовала на вкус уже третью по счету за этот вечер вампирскую кровь, не отказав себе в удовольствии провести языком по венам. Парень дернулся и пробормотал что-то, что явно не прошло бы цензуру, но мне было не до того – по вкусу его кровь уступала крови Уголька, но была явно лучше Шиониной, а когда я еще напьюсь вампирской силы? Я тянула в себя кровь изо всей силы, вампир был явно голодным, и ему явно было плохо – он нуждался в дозаправке, я же выдула из него пол-литра, ну, сугубо по ощущениям. Такого бума мой иммунитет не выдержит.
И вновь что-то пошло не так. Из глубины сознания появилась боль, душная, смрадная волна боли, уничтожающая все на своем пути, сминающая старую оболочку и, подобно фениксу, оживляющую, но уже в новом, измененном виде. Непередаваемое чувство, словно в очередной раз вывернули все наизнанку, убили и растоптали, а потом опять оживили. Это еще одно перерождение? Э, я такими темпами мутирую еще, ну в бездну. Я оторвалась от раны, вытерла губы тыльной стороной ладони и посмотрела на парня. Увиденное особого удовольствия мне не доставило: пять минут назад он явно выглядел посимпатичнее.
Когда дело касается моей драгоценной шкурки, я стараюсь найти как можно больше информации по интересующему меня вопросу, в данном случае об опасности, которой эту самую шкурку подвергаю. И информации о такого рода смешения крови я не нашла. В том смысле, что ее нет вообще, и прецедентов раньше тоже не было, либо все настолько плохо
А все началось с невинной, в общем-то, штуки: захотелось мне больше возможностей в астрале, а ничто так не повышает силу, как вливание энергии, плюс несколько новых возможностей. Их-то я и решила, после долгого изучения проблемы, позаимствовать у вампиров. Их кровь – чистая сила. Я решила провести обряд обращения по всем правилам и полностью, мы с ребятами из клана подобрали мне нужного вампира: сильного, молодого и тупого, после недолгого размышления выбор пал на Шину, низшую из Малкавиан. Они, Малкавиане, вообще сумасшедшие, но эту явно еще и в детстве уронили. Единственное, что смущало, так это отсутствие в России моего дяди, главы клана Мантихор, неизвестно, как он отреагирует, когда узнает, что его единственная племянница и в перспективе глава клана подвергается опасности. Того, что делаю я это еще и на спор, он, надеюсь, вообще никогда не узнает, а то не сносить головы ни мне, ни ребятам из лаборатории. Да и неизвестно до сих пор, приобрету я больше или потеряю, но от дяди я точно огребу. Впрочем, игра стоит свеч, если все прошло так, как надо, то в астрале все будут получать уже от меня, а это почти всесилие. Заодно и поучаствовала в эксперименте…
Твою!
Меня словно окатило волной ледяной воды, я ощутила парение и то, как безграничная сила протекает сквозь меня, рассеиваясь в пространстве, а из пространства опять впитывается в меня. Вот уж круговорот энергии в Марысе, блин. По-моему, у меня появились проблемы.
Я встала, вампир, полулежащий на скамейке, даже не поднял на меня взгляда, я наклонилась похлопала его по щекам.
– Что дальше? – в его голосе не было страха, не было интереса, там вообще с эмоциями было туго: он понимал, что я могу его убить тридцатью тремя способами сейчас и еще шестьюдесятью шестью потом, – убьешь меня?
– Нет. Уйду, – я чмокнула его в щеку и пошла к выходу с кладбища. Остальных вампиров пока не видно – отлично, это пока. Нарываться не буду. А шаги за спиной – пусть себе идет.
Кладбище не освещалось, но я видела все, словно в полдень: ночное зрение прекрасная вещь, и мне кажется, или после сегодняшнего вечера я стала видеть еще лучше? Интересно, а кем я завтра проснусь, да и проснусь ли вообще? Я чувствовала, что со мной что-то не так, тело словно и не ощущалось вообще, я была легка как пушинка, а пушинок в пятьдесят с копейками килограммов весом не бывает. Может, именно так ощущают себя призраки?
Я задумчиво пнула пустую бутылку из-под пива, валявшуюся на дорожке – совсем молодежь охамела, тоже мне, нашли где пить, парков им мало? Готы, блин… Ну вот, уже говорю как старуха, интересно, мне Шиона через кровь еще и дурной характер передала?
Бутылка улетела с дорожки куда-то между двух оград, показывая, что я еще не призрак, а очень даже материальная и живая. Метрах в семи от себя я услышала тихий звук: снаряд явно нашел свою цель. Вслед за тем звуком раздался обиженный голос, от звука которого я чуть не поседела: