Исповедь демона
Шрифт:
— Знаю, глупо. Но... само получается. Я жива! Не могу поверить!
— Ты не представляешь, как я рада! — горячо отозвалась Шок.
— Я тоже, — тихо сказал Рэм.
— Так что с баром? — спросила Блисс.
Теперь я была владелицей «Логова». И в это тоже верилось с трудом. Я любовно коснулась спинки стула, за многие годы до блеска отполированной руками. Теперь
— Будь по-твоему, Блисс. Откроемся, как только я улажу дела с полицией.
И удостоверюсь, что Маклби не предпримет еще одного налета.
— Ты уверена, что справишься? — забеспокоилась Шок. — А если Гоуд и его шайка заявятся сюда?
— Тогда придется с ними разобраться! Брось, будет весело. Отпразднуем мое возвращение с того света. Шок невольно улыбнулась:
— Позвоню на работу, скажу, что заболела. Я тебя тут не брошу с нею вместо подкрепления.
В том, что Шок собиралась пожертвовать работой, содержалось неопровержимое доказательство ее нежной привязанности ко мне. Не было нужды в подобных мерах, но я только радовалась, что сестра останется со мной.
Не радовался только Рэм. Отставив кий, он сказал:
— Мне пора. Выйду через заднюю дверь, на всякий случай.
Я предпочла бы, чтобы он присоединился к веселью но Шок рядом с ним чувствовала себя неуютно. Неудивительно. Последние несколько дней она провела, борясь с воспоминаниями о неожиданном нападении, не оставлявшем ей шансов. Не распорядись случай иначе, Рэм довел бы дело до конца.
Я беспомощно кивнула, махнув рукой на прощание. Под полными ярости взглядами Шок это движение казалось излишним и одновременно недостаточным.
Едва задняя дверь закрылась за его спиной, сестра шумно выдохнула:
— Хвала небесам! Наконец-то свалил! Пусть забудет сюда дорогу. От него только неприятности.
— Он может вернуться в любой момент, — заметила Блисс философски. — Мы не почувствуем его. И не узнаем.
Шок выглядела загнанной в угол. Я расстроилась. В самом деле, такое не забудешь. Во всяком случае не сразу.
— Не бойся, он поклялся, что не тронет
— В толк не возьму, отчего ты ему веришь? — буркнула Шок.
Я и сама размышляла над этим; вспоминала, как он смотрел на меня в нашу первую, такую особенную ночь, как спас от Дрэда, как подарил море нежности там, в парке, чтобы я не произвела на свет чудовище...
— И все же я ему верю.
— Как ты можешь?! Скажи мне, что ты шутишь.
Я колебалась, но Блисс выпалила вместо меня:
— Да какие шутки! Конечно, она ему верит. Я знаю это лучше кого бы то ни было.
Шок смотрела с подозрением и мукой, поэтому я вымолвила осторожное:
— Ну, я не знаю...
— Но ведь сердцу не прикажешь, — тут же встряла Блисс со знанием дела. — Сердце хочет то, что хочет.
— Твое сердце хочет Рэма?! — изумилась Шок. Кажется, сама мысль об этом повергала ее в ужас.
— Я в растерянности. Мы едва знакомы. Но он спас мне жизнь. Трижды. Если считать то, что случилось в парке.
Убийство Пика до сих пор вызывало во мне противоречивые чувства.
Блисс кивнула, а Шок молчала. Все это было ей не по душе, но что могла поделать хотя бы одна из нас? Рэм шел куда хотел и делал то, что считал нужным. Это он бесповоротно менял мир демонов. И нам оставалось только ждать, что будет дальше.
Я не сомневалась, что мы с ним еще встретимся. В моем распоряжении теперь очень много времени...
Передо мной простиралась целая вечность, и я собиралась потратить ее с толком. Укрепить связи, которые меня защитят. Помимо Шок, со мной был Ревэл, ему я вновь училась доверять. Хотелось рассчитывать и на Блисс. Да и на Мистифая тоже. Последний — мой должник. А демон, способный имитировать повадки других, — это серьезный союзник.
Собрав сплоченную команду, мы смогли бы дать достойный отпор любой сунувшейся сюда своре. И шли бы собственным путем, не навязанным воспаленными амбициями маньяка, рвущегося к власти.
Я чувствовала, что готова.
Я начинала новую жизнь.