Исполнитель

Эта история началась с обыкновенного телефонного звонка, который раздался в моем адвокатском офисе под самый вечер. Звонивший представился:

– Следователь Кузьмичев, из Главного управления внутренних дел города Москвы.

– Владимир Владимирович, – улыбнувшись, ответил я, – зачем же так официально?

– Узнали меня? Как у вас дела?

– Да все нормально. А что у вас?

–

Да все по-старому. Расследуем бандитские дела...

Кузьмичева я знал по недалекому прошлому. Недавно вел с ним пару дел, и Кузьмичев показался мне «правильным» следователем. По крайней мере, провокаций и «подлянок» в отношении подследственных, моих клиентов, он не устраивал.

Сейчас меня насторожило то, что Кузьмичев откуда-то узнал телефон моего нового офиса. Ведь только месяц назад я переехал из старого офиса в более престижный, только что отремонтированный сталинский дом, расположенный в районе Старого Арбата, и еще не успел сообщить новый номер телефона клиентуре и следователям, с которыми я работал по текущим делам. А тут – звонок Кузьмичева, с которым мы не общались уже почти два года...

«Странно, – подумал я, – может быть, снова какая-то разработка в отношении меня или слежка с прослушкой? Тогда зачем он мне звонит так открыто? Ладно, все выяснится...»

Действительно, после обычных общих вопросов Кузьмичев перешел к делу.

– Какие планы у вас на сегодняшний вечер? – спросил он.

– Я уже закончил работу, собираюсь домой...

– Есть желание помочь по старой дружбе следственным органам? – произнес Кузьмичев, будто намекая, что я уже оказывал ему какие-то услуги.

– А что случилось? – тут же переспросил я.

– Дело тут банальное... Бандюка молодого задержали с оружием. Человек желает сделать чистосердечное признание по этому факту. Мы ему пообещали оформить явку с повинной. Вы сами понимаете, при этом нужно присутствие адвоката. Так что согласно статье 49 УПК, – Кузьмичев вновь перешел на официальный язык, – по которой подозреваемому полагается бесплатный адвокат, я хочу обратиться к вам.

С одной стороны, у меня не было никакого желания работать бесплатно. Но, с другой стороны, это наша обязанность, и время от времени мы должны оказывать бесплатные услуги.

Я задумался. Черт его знает, как жизнь повернется... Вдруг Кузьмичев мне сможет помочь чем-нибудь в будущем? Он работает в отделе по борьбе с бандитизмом. А поскольку моя клиентура в основном проходит по этому разряду, то мне нет смысла портить отношения со следователем...

– А на какое время требуются мои услуги? – осторожно спросил я.

– Не волнуйтесь. Парень уже созрел, показания даст. Так что минут тридцать-сорок поработаем, и вы свободны. А справку для вашей коллегии адвокатов дадим соответствующую...

– Ну что же, если только справку дадите, – сыронизировал я. – Куда мне приехать, на Новослободскую?

– Нет-нет, клиент на Петровке. Я выписываю вам пропуск.

– Хорошо, договорились.

– Встречаемся у проходной через тридцать

минут. Успеете добраться?

– Конечно, без проблем, – сказал я и положил трубку.

«Странно все это», – подумал я, автоматически собирая все необходимое для поездки к клиенту.

Тут в кабинет вошла моя секретарша Лена.

– Вы уже уходите домой? – спросила она.

– Работу я закончил, но домой не ухожу. Еду на допрос. Так что все звонки в течение часа адресуй на мой мобильный. Впрочем, я отключу его минут через сорок.

– Поняла. Кстати, про мобильный – не забудьте снять переадресацию, – напомнила Лена.

Теперь я понял, почему Кузьмичев позвонил мне в офис. Он набрал номер моего мобильного телефона, а там стояла переадресация. Так он и нашел меня на новом месте.

Вскоре я сел в машину и, выехав через переулки к метро «Кропоткинская», развернулся и направился в сторону Петровки, где находились многочисленные оперативные службы Главного управления внутренних дел города, включая знаменитый МУР.

Через полчаса я был на месте. У проходной меня ждал Кузьмичев. Он протянул мне выписанный пропуск и поздоровался со мной.

– Хорошо, что вы приехали, – сказал он, – выручили нас. Мы не обратились бы к вам, но ситуация такая – пока клиент созрел, нужно его брать тепленьким. Вообще-то у него был другой адвокат, женщина, но почему-то она клиенту не понравилась, и он сразу отверг ее.

– Так, может быть, и я ему не понравлюсь?

– Вроде мы с ним беседу провели... Парень в нехорошей ситуации оказался. Но, учитывая то, что он в признание пошел, мы его особенно не колем по другим статьям УК.

– А что, помимо оружия и другие статьи есть?

– У него там целый набор – «ТТ» с глушителем, рация, мобильный телефон... Сами понимаете, это атрибутика киллера. И ехал он наверняка на задание.

– И что же?

– Зацепили мы его, можно сказать. Точнее, оперативники за ним слежку вели. Так что взяли его тепленьким. А поскольку парень стал давать показания, мы оформим это, как будто он пришел сам, пойдем ему навстречу.

Теперь мне стала понятна вся тактика и стратегия следственных органов в отношении моего будущего клиента.

– А что за клиент-то? – спросил я.

– Да из ОПГ, – ответил Кузьмичев, – из организованной преступной группировки.

– И какой же?

Кузьмичев хитро посмотрел на меня, как бы намекая, что я слишком много хочу знать.

– Он сам скажет вам, если захочет, – ответил он. – У нас есть определенная информация, но она, как вы сами понимаете, служебная.

– Да, понимаю, – кивнул я.

Через несколько минут мы прошли во внутренний дворик Петровки, 38, нырнули под арку, где находится изолятор временного содержания. Предъявив необходимые документы, сдав мобильный телефон и портфель, я взял с собой авторучку и небольшой блокнот и стал подниматься по лестнице на третий этаж, где находился следственный кабинет.