Чтение онлайн

– Мне очень жаль, но мисс Шэрмон вчера утром выписалась.

Маг с трудом удержался от ругательства. Когда он сошел с «Грейхаунда», то, чтобы добраться до хостела, ему пришлось пересесть на другой автобус и прокатиться потом на электричке, а затем протопать до больницы девять кварталов пешком. Маг устал, проголодался, у него ныли ноги и плечи, а адреналиновый всплеск, мучивший его всю дорогу до Калгари, исчез без следа.

Вчера. Значит, Аманда провела здесь не больше суток, видимо, приехала сдать какие-то анализы. К сожалению, медсестры

не имеют обыкновения рассказывать о своих пациентах первому встречному, а эта казалась особенно устойчивой к чужому обаянию. Ей было уже за сорок; рыжая и с квадратным лицом, казалось, что она вот-вот заговорит с ирландским акцентом, но вместо этого из уст медсестры лилась самодовольная речь истинной уроженки Квебека. Маг изобразил свою лучшую улыбку и спросил:

– Она не сказала, куда едет?

– Вы ее родственник?

Вот вам и лучшая улыбка. Один взгляд на сестру – и стало ясно, что ответ уже заготовлен.

– Нет. У Аманды нет родственников.

Сестра едва заметно кивнула: в яблочко.

– Мне очень жаль... – солгала она. – Подобную информацию мы предоставляем только ближайшим родственникам. Если бы вы были женаты...

– А если мы обручены?

– Вы действительно обручены?

– Нет, не в этом дело. Просто я подумал, что она могла упомянуть обо мне.

– Что ж... – Сестра посмотрела на дисплей компьютера и покачала головой. – Нет, у нас нет об этом записей. Если бы Аманда сказала нам ваше имя... кстати, представьтесь, пожалуйста.

– Магистрале. Микеланджело Джи Магистрале. Кто-нибудь еще спрашивал о ней?

– В мою смену никто не приходил, и записей об этом тоже нет.

– Вы не могли бы сказать, когда она вернется? Пожалуйста.

– Нет. – Медсестра покачала головой, однако, не удержавшись, бросила взгляд на дисплей, невольно давая фотографу понять, что когда-нибудь Аманда должна вернуться. Но этого мало. «Когда-нибудь» может произойти и через год, а Магу редко удавалось предсказать, где он окажется, даже на месяц вперед.

– Спасибо.

Выходя из больницы, Маг был слишком погружен в собственные мысли, чтобы заметить припаркованную у выхода коричневую «тойоту» и сидящего на заднем сиденье японца с фотоаппаратом.

– Это он? – спросил шофер, осторожно поглядывая на своего пассажира в зеркало заднего вида. Юкитака Хидэо кивнул. – Значит, едем за ним?

– Я думаю, что это не понадобится. – Планировка города вполне устраивала пешеходов, но для водителей множество аллей и улиц с односторонним движением превращали его в настоящий кошмар. – Едем на Седьмую авеню и посмотрим, повернет ли он к своей ночлежке.

Шофер хотел спросить: «А если нет?» – но передумал. По слухам, Юкитака не просто телохранитель; многие называли его правой рукой Таменаги. И из всех людей только сам Таменага знал, насколько верны эти слухи.

Маг сидел в прачечной хостела, слушал плеер и смотрел, как крутится в сушилке его слегка затхлая одежда. Внезапно открылась дверь, он вздрогнул, потянувшись за футляром фотоаппарата, но, увидев девушку, успокоился.

– Привет.

Вошедшую – помощницу и, судя по всему, дочь хозяйки – распирало от смеха. Поэтому,

не дождавшись членораздельного ответа, Маг продолжил:

– Извини, я замечтался. Здесь всегда так тихо?

– Больше всего народу бывает в июле, во время скачек.

– Но в июле же не сезон?

– Не закрываться же до следующей Олимпиады? Мне тут нравится, хотя ты прав, здесь очень тихо. А ты откуда?

– Когда-то был из Нью-Йорка.

Девушка недоверчиво покачала головой:

– И зачем ты сюда приехал?

– Ищу подругу.

– Кого-то конкретно?

– Да, – улыбнулся Маг, – возможно, она была здесь. Когда мы виделись в последний раз, ей не хватало денег. Ее зовут Аманда Шэрмон. Симпатичная блондинка, рост – примерно пять футов семь...

– Что-то не припоминаю, хотя имя необычное. Я бы ее запомнила.

– Пожалуйста, ты не могла бы проверить?

Она бросила на него настороженный взгляд и кивнула.

– Хорошо. Это ты заказывал обед, правильно?

– Да... Проклятие, забыл!..

– Он готов. Поэтому я тебя и искала. Идем.

– Почему ты так стремишься найти ее?

– Что? – Маг, неуверенно моргнув, оторвал взгляд от регистрационной книги.

– Зачем ты ее ищешь?

Он ненадолго задумался.

– Она больна.

– Да ну? Что у вас, СПИД?

– У меня? Конечно, нет!

Девушка подозрительно кивнула.

– И насколько все это вранье?

Маг поднял руку до середины живота:

– Примерно вот настолько.

– Я так и знала! – фыркнула она. – Если она больна, почему ты ищешь ее здесь, а не в больнице?

– Там я уже был, – ответил фотограф и снова уставился в регистрационную книгу. Ничего. Аманда здесь не ночевала. – Мне не сказали ни слова. У тебя, случайно, нет знакомой медсестры?

– Нет.

Маг пожал плечами. Калгари, конечно, меньше, чем Нью-Йорк, но и с Тотем-Роком его не сравнить. Шансы на то, что кассир здешней автобусной станции вспомнит одну девушку, пусть даже очень красивую, ничтожны, да и найти нужного кассира вряд ли представляется возможным. Что делать теперь?

– Когда запирают двери?

– В два. Регистратор уходит в полночь.

Он посмотрел на часы: десять минут девятого.

– Я еще вернусь.

Девушка пожала плечами, всем своим видом демонстрируя, как мало это ее волнует, и Маг ушел, размышляя, не начал ли он утрачивать хватку.

Чтобы найти иголку в стоге сена, нужно воспользоваться магнитом. Искать блондинку на пшеничном поле неимоверно интереснее, но и гораздо сложнее. В телефонном справочнике Шэрмоны занимали четверть столбца, инициалы шестерых содержали букву "А".

Маг поразмыслил. Действительно ли ее зовут Аманда Шэрмон? Почти наверняка. Люди редко регистрируются в больнице под чужим именем. В конце концов, больше ему ничего не оставалось.

Правда ли Аманда родом из Калгари? Возможно, ведь чаще всего для лечения (лечения чего?) люди ложатся в ближайшую к дому больницу с необходимым оборудованием. И в Реджайне, и в Саскатуне, городах гораздо ближе к Тотем-Року, чем Калгари, скорее всего есть хорошие больницы. Значит, она родом не из Тотем-Рока...