Искатель, 2011 №4
Шрифт:
Annotation
«ИСКАТЕЛЬ» — советский и российский литературный альманах. Издаётся с 1961 года. Публикует фантастические, приключенческие, детективные, военно-патриотические произведения, научно-популярные очерки и статьи. В 1961–1996 годах — литературное приложение к журналу «Вокруг света», с 1996 года — независимое издание.
В 1961–1996 годах выходил шесть раз в год, в 1997–2002 годах — ежемесячно.
ИСКАТЕЛЬ 2011
Содержание:
Владимир
Владимир ЛЕБЕДЕВ
INFO
notes
1
2
3
4
ИСКАТЕЛЬ 2011
№ 4
*
Содержание:
Владимир СОКОЛОВ
КАМЧАТСКИЙ РЕБУС
повесть
Владимир ЛЕБЕДЕВ
ОСТРОВ ХРУСТАЛЬНЫХ БАШЕН
историческое расследование
Владимир СОКОЛОВ
КАМЧАТСКИЙ РЕБУС
На Камчатку я приехал в начале сентября 1978 года. Был я молод, полон сил и энергии. На Крайний Север меня заманила романтика и тяга к приключениям. В сорок пять с небольшим хвостиком я буду иметь полную выслугу лет и возможность уйти на заслуженную пенсию. Кроме того, денежное вознаграждение следователя здесь было гораздо выше, чем на материке, где жить с семьей на одну зарплату было тяжело. Брать взятки мне не позволяла совесть, а вовсе не перспектива загреметь в северные места не за запахом тайги, а по этапу на лесоповал.
Итак, я волею судьбы и собственных устремлений оказался в районном центре Соболево Камчатской области.
Стояла дождливая, унылая осенняя погода. В воздухе витала влажная моросящая пелена.
В четыре часа дня наступали сумерки, быстро переходившие в долгую тревожную ночь.
Жена с двумя детьми остались на некоторое время в Волгограде, а я, приняв
Слово бич означает — бывший интеллигентный человек. На Камчатке их было много, как «собак нерезаных».
Раньше они были врачами, учителями, инженерами. Потом, по разным причинам потеряв на Большой земле работу и семью, подались в северные края за «длинным рублем» в надежде наладить жизнь, помочь своим детям и бывшим женам.
Однако на Камчатке, не выдержав испытаний, интеллигенты спивались, морально разлагались, перебивались случайными заработками. Возвращаться домой они не желали, да и дома у большинства из них не было и никто их не ждал. У бичей была камчатская прописка, поэтому «вытурить» их из пограничной зоны органы милиции не могли.
— Кэп, — представился мне немолодой, лет сорока, мужчина с испитым лицом.
— Васька, — подал мне руку его товарищ. — А тебя как зовут? Я представился бичам и с интересом стал их рассматривать.
Голова Кэпа, покрытая полоской редких черных, как мох, волос, была похожа на большой гладкий камень-валун, отполированный до блеска морскими волнами.
«Валун» сопел горбатым носом — видно было, что он страдает хроническим насморком. Глаза у Кэпа были большие, грустные и слезящиеся, как у бездомной собаки. На верхней губе ежиком топорщились черные усы.
Зато его напарник Васька оказался веселым, смешливым парнем лет тридцати, с русой шевелюрой на подвижной голове. Признаков алкоголизма на его лице я не заметил. Васька все время суетился, подергивал плечами, как будто его кусали блохи.
По неписаным законам Севера, за знакомство полагалось выпить. Я не имел права отказаться от тридцатиградусной перцовой настойки «Стрелецкая».
Так я стал жить с добродушными бичами в одной комнате. Днем был занят работой, а длинные, скучные вечера проводил в компании Кэпа и Васьки. Мы пили горькую настойку, варили уху из рыбы под названием голец, играли в карты в дурака и покер, вели неторопливые разговоры о жизни, о политике и, конечно, о женщинах.
Я узнал, что Васька работает электриком в леспромхозе, а Кэпа недавно турнули за пьянку из рыболовецкого колхоза, где он трудился не то мотористом, не то механиком рыболовной шхуны. На данный момент Кэп нигде не работал. На какие шиши он существовал, я не мог понять: то ли на Васькины заработки, то ли на свои сбережения. А откуда у бича сбережения?
Васька приехал из города Фастов Молдавской ССР, где работал начальником электростанции. Будучи под мухой, он что-то напутал и сжег трансформатор. Нерадивого руководителя выгнали с работы, и он уехал на Север.
Дома у Васьки осталась жена с двумя ребятишками, которым неудачливый отец регулярно высылал алименты.
Кэп в молодые годы работал в морском торговом флоте, ходил в загранку и дослужился до капитана большого рыболовецкого судна (отсюда и прозвище — Кэп). Потом капитан запил, был списан на берег, долгое время бродяжничал по необъятным просторам Камчатки.
В конце концов его взяли капитаном траулера в рыболовецкий колхоз в Соболевском районе. Однажды на море разыгрался шторм. Громадные волны яростно били о борт траулера, пытаясь его опрокинуть. Было ясно, что судно обречено, а рыбакам суждено погибнуть в бушующем море.