Ищейка
Шрифт:
Прерывая мои мрачные размышления на тему «а что же такими темпами будет дальше?», зашевелилась художница. Потянувшись всем телом, она, кажется, проснулась, потому как поспешила натянуть сползшее на талию одеяло до плеч, а потом настороженно покосилась на меня. Заметив, что я не сплю, смутилась, опустила взгляд и попыталась эдак ненавязчиво отстраниться.
Вот и пойми после этого женщин.
Тяжко вздохнув на судьбу, заставившую меня всё-таки начать шевелиться, я перекатился набок, походя вновь искренне удивившись непривычной лёгкости, с которой давалось каждое движение, и, крепко
— И куда мы собрались с утра пораньше? — полюбопытствовал я, опуская тот факт, что уже, собственно говоря, далеко не утро.
— Ну… — смущённо пробормотала Марена, обеими руками инстинктивно вцепившаяся в одеяло.
— Побег, равно как и попытка побега, являются уголовными преступлениями, — не удержался я от ехидной ухмылки. Она залилась краской до кончиков ушей. — Марена, сколько можно? — не выдержал я. — Брось сейчас же эти глупости! Или ты правда думаешь, что я тебя куда-нибудь когда-нибудь отпущу?
— Блэйк, ты — чудовище, — проворчала она. — С тобой невозможно…
— Блэйк! Ты где?! Мы же договорились! — громкий голос даймона, несколько приглушённый расстоянием, заставил меня со стоном уронить голову на плечо художнице.
— Вот это — чудовище! А я пока ещё только учусь, — проворчал я. — Пойду я его правда встречу, а то он мне полдома разнесёт. А ты потом к нам присоединяйся, я подозреваю, на кухне, — я чмокнул художницу в кончик носа. — Буду тебя знакомить с самым невыносимым созданием в этом городе, а то у тебя, кажется, появилось подозрение, что на этот титул претендую я.
— Может, не надо? — с сомнением вздохнула она.
— Что значит — не надо? — возмутился я, уже натягивая брюки. — Марена, в самом деле, что за глупости? Чего ты так боишься? — поинтересовался я, обходя кровать и опускаясь рядом с ней на корточки. — Он на самом деле забавный, хотя и…
— Да я не про то!
— А про что?
— Не знаю, — вздохнула она. — Наверное, просто всё слишком быстро. И вообще… Откуда я знаю, как этот твой невыносимый друг отреагирует?
— Глупости, — я ободряюще улыбнулся. — На тебя невозможно негативно реагировать, потому как нельзя сердиться и хмуриться на чудеса. Вроде тебя или золотого дождя.
— Ты мёртвого уговоришь, — вздохнула она, пытаясь спрятать улыбку.
— Блэйк, твою ж Силу! — голос доносился уже из коридора: судя по всему, даймон устал ждать и высунулся из библиотеки. — Не говори мне, что тебя нет дома!
— Увы и ах, я специализируюсь исключительно на живых очаровательных художницах, — насмешливо фыркнул я, поднимаясь и выходя из комнаты. Почти возле двери уже столкнулся с до крайности взбудораженным Аморалесом, от которого так и несло желанием поделиться какими-то ужасно важными новостями.
— Ты что, до сих пор дрыхнешь? — искренне возмутился Энрике. — Тут такое происходит, а ты…
— А ты шляешься где-то, — оборвал его я. — А я, к твоему сведению, как раз таки в гуще событий и, более того, занимаюсь делом.
— Я догадываюсь, каким ты делом занимаешься, — ухмыльнулся огненный наш. — Как её зовут?
— Кого — её? — вздохнул я.
— Ту прекрасную леди, из чьих объятий
— Пойдём вниз, позавтракать надо. Прекрасную леди зовут Марена, и если ты начнёшь подшучивать над ней в своей излюбленной манере, я с тобой точно поругаюсь.
Пока мы шли, я краем сознания пытался фиксировать изменения организма, всё больше убеждаясь: нынешнее состояние и тот транс, в который я впал на той злополучной тренировке, — стрелы из одного колчана. Мои движения не вызывали ни звука и даже, кажется, не вызывали колебаний воздуха. Тело было лёгким, послушным и фантастически быстрым. Собственно, больше всего было похоже, что обычного меня заменили на какого-то очень тренированного и опытного воина. Это нервировало.
— В какой такой манере? — удивился даймон.
— На грани фола и приличия, — хмыкнул я. — Правда, не надо. Хотя бы пока она не привыкнет. Всё-таки тебя сложно назвать ординарным созданием.
— У-у-у… Блэйк, ты меня, надеюсь, хотя бы на свадьбу пригласишь? — насмешливо поинтересовался он.
— Приглашу, куда я денусь, — совершенно серьёзно пожал плечами я. Даймону сразу же совершенно расхотелось шутить в этом направлении, тем более, мы уже добрались до кухни, и я первым делом занялся традиционным утренним напитком. — Ладно, пропащий наш, рассказывай, где ты застрял, и что с тобой случилось.
— В общем… Я даже не знаю, как бы тебе так объяснить, — Аморалес задумчиво потёр подбородок, присаживаясь на ближайший стул.
— Кратко и по существу. Поверь, чем дальше, тем сложнее удивить меня какими-то странностями. Особенно после того, что тут Гор выкинул. Но ты не отвлекайся, продолжай.
— Если кратко и по существу, я всё-таки познакомился с Лио, той эльфийкой, помнишь? То есть, она не Лио, имя у неё той ещё мудрёности, но… Ладно, не о том речь. В общем, в эльфийском лесу со мной случился неконтролируемый выброс силы.
— Ты устроил пожар у эльфов?! И до сих пор жив?! — кажется, я погорячился. Даймон нашёл, чем меня удивить.
— Хуже… Устроил его не я. Я понятия не имею, как это получилось, но, наткнувшись на лесной пожар неизвестного происхождения, я попытался его остановить, а в результате… Туман побери, как странно это звучит! Короче говоря, я превратился в дракона. И сжёг бы весь этот лес к демонам, но каким-то образом у Лио получилось меня остановить…
— «Та часть его, что сдержит буйный нрав, что усмирит и обуздает ветер, что тьму смирит одним лишь только словом, огонь возьмёт в ладонь, не испугавшись, растопит лёд на краткое мгновенье и в берега загонит океан. Сознанье смертных одиночно и не может одновременно вместить стихии буйство и покой. И потому, когда дракон родится, он явится на землю не один, но разделён на две неравных части, однако, важностью своей они равны», — процитировал я. Слова сфинкса отпечатались в памяти, будто выжженные раскалённым железом.