Чтение онлайн

Зазвонил телефон. Таня.

– Коля, я до Ириши дозвониться не могу.
– Жена была на грани истерики.

Мне почему-то стало неудобно перед ней, но причина ускользала, не получалось разобраться в себе.

– Ириска у меня в офисе. Мы выезжаем.

– Попроси маму чай заварить и обед подогреть. Это ее займет, и она успокоится.
– тихо шепнула мне на ухо дочь. Я последовал ее совету.

Ириска встала с моих колен, а я ощутил пустоту. Она как солнышко, маленькое, но невероятно теплое, проникающее во все уголки моей неправедной души.

Домой мы приехали только

через час. По дороге меня остановил ДПСник. На краткий миг показалось, что это очередная подлость Колесова. Документы сотрудника полиции я проверял с особой тщательностью, инспектор конечно же это заметил. После нескольких фраз быстро выяснилось, что ему от нас нужно - пополнить и без того не тощий кошелек. Так как законы я знал очень хорошо, предприимчивый сотрудник доблестной милиции решил нас отпустить с миром. В бесконечном потоке машин легко поймать более сговорчивую жертву.

Таня, увидев дочь, крепко ее обняла и некоторое время не хотела отпускать. Ириска тоже как могла успокаивала мать. Я смотрел на них, и внутри разгорался пожар. Мои девочки, моя семья, самые дорогие для меня люди. Они и Артем. По-настоящему я стал мужчиной, когда взял на себя ответственность за любимую женщину и ее дочь.

Сын вышел из комнаты с заспанными глазами. Его учительница заболела и класс отпустили по домам после первого урока.

– Пап, мама снова плакала. Она меня не хочет слушать, скажи ей, что плакать не нужно.

Я подхватил сына на руки.

– Скажешь?

Посмотрел на Таню, она кивнула и слабо улыбнулась.

– Мама больше не будет плакать.

Жена отпустила наконец-то Ириску, подошла к нам, обняла Артема. Сын завозился у меня на руках.

– Мам, ты говорила, что мультфильм скоро скачается. Можно уже смотреть?

– А что, давайте устроим семейный просмотр?

Да, не думал, что сегодняшний день закончится просмотром детского мультика в кругу семьи. После этого мультика посмотрели еще один, и еще... Первым сдался Артем, он уснул у меня на коленях. Я отнес сына в комнату и вернулся назад. Таня с Ириской тоже уснули. Я впервые побоялся взять Ириску на руки... Сам не понимаю, чего испугался. Наверное, тех ощущений, которые вызовет во мне ее сонное мягкое тело, поэтому просто укрыл теплым пледом.

– Таня, идем спать.

Жена приоткрыла глаза, я помог ей встать и дойти до спальни. Лег, прижал ее к себе крепко, зажмурился. Когда моя жизнь перестала быть управляемой? Почему у меня все вышло из-под контроля? В груди холодным комом развернулось предчувствие беды. То самое, которое ни раз и ни два спало меня, предупреждало о взрыве или засаде в расстрелянном доме. Что-то будет...

***

Прошла неделя. Колесов молчал. Серега узнал, что в суд этот гад еще не подавал. Но это ничего не значит, просто хочет поиграть на наших нервах, пытается выбить из колеи.

– Не получится у тебя ничего!
– сказал я своему отражению в окне, представляя на месте отражения своего злейшего врага.

Таня была вся на нервах, замкнулась в себе. Ее точно беспокоило что-то еще, но я не понимал, что именно. Попытался разговорить - не получилось. Впервые за долгие годы мы серьезно

поругались. Сам не понимаю, как так получилось, слово за слово... Очнулись от этого кошмара посреди кухни, выкрикивая очередную болезненную колкость в адрес друг друга. У меня на душе так муторно стало, что, не выдержав, я выскочил на улицу. Около часа бродил по окрестным дворам, пытался проанализировать произошедшее. Не получалось. Жена мне что-то недоговаривала, я чувствовал, был в этом уверен. И это "что-то" было точно связано с Колесовым. Мне было обидно. Неужели за все эти годы я так и не заслужил в ее глазах доверия? Мало того, что мне приходится бороться с бывшим одноклассником, так еще и заморачиваться секретами собственной жены. Яркое солнце, жара под сорок градусов, мокрая от пота футболка, усталость от быстрой ходьбы притупили эмоции, я постепенно успокоился. Пешком возвращаться не хотелось, а убрел я на приличное расстояние, поэтому вызвал такси и поехал домой. Хорошо, что не выложил бумажник, по старой привычке.

Таня лежала на нашей кровати уткнувшись в подушку. Ее плечи чуть вздрагивали, волосы рассыпались золотой гладью.

– Родная, прости...

Эта картина просто разрывала мне сердце, не выношу женских слез. Мне не кажется это глупым или наигранным, как другим мужикам, но настолько явное страдание слабого существа заставляет меня желать вывернуться на изнанку, лишь бы как-то помочь и утешить.

– Танюш...

Я прилег рядом, обнял жену крепко, начал нежно поглаживать плечи и спину.

– Прости меня, я погорячился. Мы все на нервах последний месяц.

Жена повернулась, не глядя на меня, уткнулась в шею. В то самое место, что и Ириска у меня в офисе.

– Это ты меня прости. Я виновата. Во всем...

Те же самые слова, что и двенадцать лет назад.

– Какая же я дура! Другая бы на моем месте поехала к тебе в часть, потребовала объяснений! А я...

– Таня!

– И сейчас, Коля, я не знаю, что мне делать!

Я укачивал плачущую жену, из последних сил старался ее успокоить, придать уверенности в светлом и радостном будущем.

– Прости меня, Коля!

– Опять старая пластинка, родная! Прекрати передо мной извиняться! Ты ни в чем не виновата!

Она наконец-то подняла заплаканные глаза и посмотрела на меня. В них было столько отчаяния и боли, что у меня ком в горле встал и сердце защемило

– Мне есть за что просить прощения... Я тебе не сказала...

Снова. Таня снова от меня скрывает.

– Колесов звонит. Часто. Почти каждый день. Когда тебя дома нет. Я испугалась, не сказала сразу.

Я весь напрягся. Значит, моя интуиция меня не подвела.

– Он угрожает, постоянно угрожает! Колесов хочет разрушить твой бизнес, чтобы ты не смог нас содержать, и тогда он думает, что мы Иришу добровольно отдадим!

Она снова зашлась слезами. Я прижал ее крепче к себе и ждал, когда жена продолжит.

– Колесов сказал, что полиция нам не поможет. А еще у тебя могут случайно найти наркотики или обнаружить твои отпечатки пальцев на месте преступления. Клиенты могут уйти в другую фирму, у него там друг работает директором. А если и тогда не поймем...