Инженер

Звездолет автоматически включил основной двигатель на торможение, и вышел из гиперпространства на дальней окраине звездной системы. Из магнитного сопла вырвалась релятивистская струя плазмы, сопровождаемая вспышкой жесткого излучения.

Сияние от струи плазмы осветило пространство впереди, и как только жесткое излучение быстро погасло, оптические детекторы моментально просканировали ближайший космос в поисках остатков комет, чтобы избежать столкновения.

Этот

перелет был необычен своей продолжительностью. Звездная система находилась на таком значительном удалении от галактических рукавов, что на время перелета экипажу пришлось размещаться по медицинским капсулам и засыпать в анабиозе.

Дежурный, он же – Второй пилот, он был моложе остальных и проснулся от анабиоза раньше. Для него это был первый межзвездный перелет, и он впился взглядом в экран и приборы, пытаясь охватить просыпающимся сознанием масштабы звездной системы и свое местоположение.

Бортмеханик был постарше, уже побывал несколько раз в дальних экспедициях, и очень не любил такие перелеты, потому что отходил от анабиоза долго и с неприятными ощущениями.

А Капитан корабля, он же – Первый пилот – на этот раз не торопился вскакивать, он наслаждался эмоциями, которые переполняли его. Это была его смена, и лететь к внутренней планете на малой скорости предстояло еще несколько периодов, но цель уже почти достигнута, и она того стоила.

На центральном экране сияющая желтая звезда посередине затмевала огромное черное небо, усеянное мелкими далекими звездами.

Желтая звезда уже превратилась в небольшой диск и постепенно становилась все ярче и ярче. По сторонам от нее уже можно было различить цветные точки крупных планет этой звездной системы.

Дежурный пилот взглянул на показатели расстояния и скорости, и воскликнул:

– Еще немного и мы ее увидим!

Бортмеханик потянулся к пульту и отозвался:

– Сейчас-сейчас, сделаю увеличение этого сектора!

Самый большой оптический детектор сфокусировался по едва заметному блеску в стороне от звезды, и на экране стал виден размытый диск планеты, частично закрытой облаками, между которыми просвечивалась голубая поверхность, местами с большими желто-коричневыми и зелеными пятнами.

Капитан занервничал в ожидании и громко крикнул:

– Что там в других диапазонах?

Дежурный пилот засуетился, выдавая целеуказание радиотелескопу для наведения на планету, прошло несколько секунд, и он воскликнул:

– Есть сигналы!

Бортмеханик вывел осциллограмму на нижнюю часть центрального экрана и стал сосредоточенно прокручивать диапазоны.

На главном посту на пару десятков секунд повисла пауза, в полнейшей тишине ощущалось напряжение, как будто время остановилось и вот-вот тысячи киловольт ударят разрядом прямо здесь.

Разрядка наступила мгновенно – с радостным возгласом Бортмеханика:

– Черт подери, в своей жизни я в космосе такое вижу впервые! Смотрите! – Бортмеханика понесло – В любом диапазоне

мы принимаем сигнал на основной частоте, но на осциллограмме есть другие колебания. Если применить фильтр и убрать несущую гармоническую частоту, мы увидим настоящий переменный сигнал! Это не могут быть помехи, это точно разумная цивилизация!

Планета постоянно излучала разные переменные сигналы в радиодиапазоне на всех частотах. Вот он – четкий показатель деятельности Разума!

Бортовой суперкомпьютер ИГОЛКА тут же сделал несколько записей, но для анализа и раскодировки передал их своему дублёру – второму такому же суперкомпьютеру.

Система ИГОЛКА (Интеллект с Гипер Ответственностью и Логистикой Космического Аппарата) занималась управлением звездолетом и навигацией, и ей нельзя было отвлекаться.

А пока второй компьютер находился в резерве и бездельничал, всякие умные задачи подкидывали именно ему. Поэтому для краткости его так и называли – Ум.

Они даже иногда спорили с Иголкой – кто из них умнее, но когда Иголке приходилось бросать спор и заниматься делом, то Ум гордо считал себя победителем.

А сейчас задачка оказалась сложнее, чем думали члены экипажа – все сигналы были защищены еще и шифрами. Конечно, Ум произвел анализ по старинным системам шифрования, и выяснил, что на планете применяются очень древние шифры на математических алгоритмах с применением ключа, и почти мгновенно расшифровал их простой методикой троичного сравнения дифференциалов. Среди записанной информации были звуки и видео, по которым Капитан и его экипаж увидели туземцев – планета была густо населена, и по-видимому, эта цивилизация даже начала осваивать ближний космос.

В таких случаях инструкции предписывали в первую очередь установить связь с расой, населяющей планету.

Но так как такие события были чрезвычайной редкостью, то никто не имел опыта контактов и толком не знал, что делать. В потрясении все повернулись к Капитану с немым вопросом.

Капитан обхватил руками голову и закрыл глаза от волнения. Он лично нашел эту систему с необычной голубой планетой во время предыдущей дальней экспедиции, когда при перелете между галактическими рукавами пришлось срочно выходить из гиперпространства и чинить оба реактора. Разгоняться без них звездолет уже не мог, и они по инерции на малой скорости достигли ближайшей звездной системы.

Тогда после починки, экипаж захватил силовым полем малую комету и заправил топливные баки соединениями водорода.

Но за все время ремонта и заправки, Капитан поручил корабельному суперкомпьютеру переключить внешние детекторы излучения на поиск планет и собрать данные по звездной системе. Одна из обнаруженных внутренних планет оказалась в зоне обитаемости, с твердой поверхностью, плотной атмосферой и высоким содержанием воды в жидком состоянии.

И самое главное – атмосфера содержала высокий уровень кислорода, свыше 20 процентов, а это уже давало максимально возможные шансы на зарождение разумной жизни.