Чтение онлайн

Голос Джея оставался вежливым, но в углах его губ уже начинала змеиться не больно-то вежливая улыбка. Блейз не стал обращать на это внимания.

– Что ж, – задумчиво начал он. – Прежде всего я всегда говорю своим слушателям – любым слушателям, – что одной из проблем на вашей Новой Земле является нежелание учиться у прошлого, причем не только у прошлого планеты, которую они заселили, но и у прошлого Старой Земли. А ведь именно это прошлое лежит в основе того настоящего, в котором они живут, и, если не пытаться избегать допущенных в прошлом ошибок, настоящее может пагубно повлиять на будущее, делая то, что некоторые прозорливые люди считали

всего-навсего возможным, – неизбежным.

Харли снова хохотнул.

– По-моему, ничего смешного в этом нет, – заметил Блейз. – Вы, наверное, помните, что еще двести лет назад один экзотский мыслитель доказал, что Осколочные Культуры, предоставленные сами себе, со временем обязательно придут в упадок и исчезнут. А мы по-прежнему поделены на все те же Осколочные Культуры, и ни разу так и не была предпринята попытка объединить всех населяющих Новые Миры людей в единое общество.

– Пророчество двухсотлетней давности? – уточнил Джей Аман. – Неужели это лучшее из того, что вы намерены предложить слушателям на Новой Земле?

– Это пророчество по-прежнему остается в силе, – мягко произнес Блейз. – Но вам всего-то навсего нужно сделать то, что до вас делало не так уж много людей, – заглянуть в будущее чуть дальше, чем на пару поколений. Большинство людей не видит в этом никакого смысла, загадывая наперед только на одно-два, максимум три поколения, в которых будут жить их праправнуки. Более далекое будущее интересует их настолько мало и так слабо связано с их собственными жизнями, что они просто не в состоянии заставить себя интересоваться им. Их взгляды варьируются от крайности типа «надежды все равно нет, но я хотя бы не увижу всего этого» до «обо всем пусть заботятся будущие поколения».

Он в упор взглянул на Харли.

– А ведь будущие поколения уже ни о чем не позаботятся, – сказал он, глядя ему в глаза, – поскольку для того, чтобы они могли хоть что-то сделать, начинать должны уже мы и прямо сейчас. Вот в принципе основной смысл того, о чем я собираюсь говорить. Мы должны начинать изменять жизнь незамедлительно.

– Юношеский бред какой-то! – буркнул Харли.

– Не думаю, – возразил Блейз. – Позвольте я расскажу вам одну небольшую историю, с которой я, как правило, знакомлю своих слушателей. Она прекрасно иллюстрирует то, что я сейчас сказал.

– Пожалуйста. – Джей внезапно стал очень серьезен, и его дядя, заметив это, тоже сменил гнев на милость.

– Конечно, – подхватил Харли, сделав пригласительный жест рукой, – валяйте!

– Эта история имела место на самом деле, когда я был совсем маленьким, – продолжал Блейз. – Мальчишкой я посетил с матерью множество миров и познакомился со множеством людей, порой совсем недавно покинувших Старую Землю. Знакомая матери подарила мне видеозапись, которую сделала во время посещения одного из тамошних заповедников. Этот заповедник расположен в горах в Северной Америке. На кассете был записан и рассказ одного из егерей заповедника. Вышло так, что только в заповеднике сохранились медведи-гризли. Все знают, кто они такие?

Присутствующие дружно закивали. Историю и географию Старой Земли преподавали в обязательном порядке во всех начальных и средних классах всех школ на Новых Мирах. Но взрослые, давно закончившие школу люди, конечно, сохраняли только самые смутные воспоминания об очертаниях или количестве континентов на Старой Земле, о ее языках и истории.

Но – причем и сам Блейз, несмотря на свою начитанность и осведомленность, не был в этом исключением –

все они отчетливо помнили то, что им рассказывали о гигантских китах, жирафах – животных с необычайно длинными шеями, большущих слонах с забавными вытянутыми носами, называющимися хоботами, и о многих других странных и удивительных созданиях, которых они видели на трехмерных картинках.

– Ростом метра четыре и весом от трех до четырех тонн, – произнес Орвилль Лернер, тот самый, с кислым выражением лица, которое вдруг перестало быть кислым.

– Ну, думаю, эти цифры немного преувеличены, – заметил Блейз. – Самые крупные экземпляры ростом не больше двух с половиной – трех метров, а весом обычно не более двух тонн, то есть это будет приблизительно девять футов и тысяча фунтов, в единицах измерения, принятых на Старой Земле. Короче говоря, егерь предупредил, что к ним не следует подходить слишком близко, а если за кем-нибудь все же погонится гризли, то лучше всего взобраться на дерево. Если поблизости вдруг не окажется дерева, то наиболее верным способом остаться в живых будет упасть на землю и притвориться мертвым. Если повезет, гризли просто подойдет, немного покатает лапой безжизненное тело и вскоре утратит к нему всякий интерес – хотя, конечно, полной гарантии и не было. Все зависело от настроения гризли.

Присутствующие теперь слушали Блейза с таким же вниманием, как, должно быть, когда-то туристы слушали того егеря. Даже Харли явно увлекся рассказом.

– Как объяснил егерь, суть дела была в том, – продолжал Блейз, – что большинство из тех, кому он все это рассказывал, обычно некоторое время еще помнили все это, а некоторые даже записывали для памяти. Но в тех случаях, когда люди не считали, что угроза реальна, при неожиданной встрече с гризли они тут же забывали обо всем на свете. Они ударялись в панику и бросались бежать, хотя им было сказано, что некоторое время гризли способен бежать гораздо быстрее любого человека и, разумеется, он их непременно догонит. Но в записи на кассете егерь говорил и еще кое-что – я помню, что на меня тогда произвела неизгладимое впечатление его улыбка при этих словах, – что если в группе есть хоть один человек, которому уже приходилось удирать от гризли, то при отсутствии подходящего дерева он, даже не задумываясь, упадет на землю как убитый.

Блейз умолк. Присутствующие молчали, очевидно, представляя, как на них нападает гризли.

– Теперь вы понимаете, что я хотел сказать, – нарушил молчание Блейз. Снова наступила пауза.

– Я так понимаю, – наконец сказал Харли, с видимым усилием возвращаясь к своей нормальной раздраженной манере говорить, – из ваших лекций люди на Новой Земле вряд ли узнают, что им делать дальше, чтобы изменить общество?

– Да, давать советов я не собираюсь. Обычно я лишь выкладываю перед людьми факты и говорю слушателям, что мне хотелось бы убедить каждого способствовать развитию потенциала всей человеческой расы.

Харли презрительно фыркнул.

– Но, – невозмутимо продолжал Блейз, – советовать – впрочем, как и учить – стоит только тогда, когда есть люди, желающие узнать, что им делать. До этого же момента просветления все, что они получают от меня, – не более чем куча пустых слов. Их можно слушать. Их можно даже записывать, но до тех пор, пока человек не поймет, что слова эти связаны с чем-то жизненно важным для него, они так и останутся просто словами.

Он замолчал.

– Прошу прощения, – сказал он. – Похоже, я все-таки не смог удержаться от лекции.