Иные миры
Шрифт:
Он повернулся к Эл и приоткрыл глаза, и сестры могли поклясться, что цвета в его глазницах стали двигаться. Эл кивнула, еле сдерживая терпение.
– Но характер, определенно, мистера Стредфорд, – продолжал он, как ни в чем не бывало, – он был боевой и сильный. Они были добры ко всем, кто их окружал. Чудесная миссис Стредфорд всегда улыбалась. Она каждый день заглядывала ко мне, приносила хорошие вести. Именно по велению ее сердца – этот сад так выглядит, юная мисс Вэл, ведь ваш выбор был бы таким же?
Флаф поглядел на Вэл и улыбнулся,
– Эмм… да, наверное, – Вэл слегка растерялась.
– Чудесная миссис Стредфорд тоже любила животных, – старик замолчал и стал наблюдать за бабочкой, совершенно забыв о важном разговоре и присутствии сестер. – Какая чудесная флагмунтория.
Эл взглянула на Вэл и приподняла брови вверх.
На этих словах, он стал отходить от них, как будто сестры ему надоели, и он больше не желает разговаривать. Он то поднимал голову, то опускал. До сестер доносились какие-то звуки, словно он шел, и разговаривал сам с собой, а возможно, говорил на непонятном для них языке.
– Мы вас будем навещать! – крикнула ему Эл и повернулась к Вэл. – Он хоть и до неприличия странный дед, но мы ведь не оставим его?
– Ну конечно! Нет! – передразнила Вэл возгласы мистера Флафа и засмеялась.
Когда они повернулись, чтобы проводить его взглядом, то увидели, что его и след простыл.
Голова была переполнена мыслями, и сестры молча покидали дом. Когда они только вернулись на чердак, то были очень удивлены увидеть в окне золотисто-розовое рассветное небо, подернутое легкой дымкой. Неужели они провели в саду Стредфорд всю ночь?
Эл отметила про себя, что даже не хочет спать и ни капли не голодная.
Выйдя на утреннюю, пустынную улицу, взгляд Эл привлек мотоцикл, припаркованный через три дома от них, и, прищурившись, Эл узнала нарисованную серебряную молнию, обведенную красной краской сбоку.
– Вот, гад! – громко сказала она.
– Что? Очень даже милый старичок! – Вэл подошла к машине, дожидаясь пока Эл откроет ее, и, не замечая, куда у сестры устремлен взгляд, продолжила, размахивая руками: – Ну, вот почему ты вечно всеми недовольна? Он очень добрый, и я даже сказала бы, что он сказочный. Он так тепло отзывался о наших родителях. А его странность кажется привлекательной и смешной. Эл! – Вэл обернулась. – Ты что, не слушаешь меня?
И Эл рассказала сестре про неприятного молодого человека, который так некрасиво сделал, высказалась, что она о нем думает и сделала вывод, что он следит за ней, чтобы сильнее позлить.
– Мне нужен отпуск, – протянула Эл, когда девочки ехали домой.
– Отпуск? – удивилась Вэл.
– Конечно! Столько всего происходит, я не успеваю во все вникнуть! Куда не глянь – везде странности, как от такого не устать? – сокрушалась Эл и эмоционально взмахивала рукой.
– Согласна, очень насыщенные два дня, – усмехнулась Вэл.
Эл еще половину пути возмущалась, а Вэл под голос своей сестры, погрузилась в дрему, окутанная всеми событиями. Ей снились
Зайдя в дом, они поняли, что Джек их даже не потерял, а возможно, его и самого дома не было. Предвкушая дневной сон, девочки даже завтракать не стали, сразу же отправились по спальням. Вэл уснула так крепко, что ни какие сны ее не тревожили, а возможно, она просто о них забыла.
А вот Эл снился очень странный сон. Она снова была в мире под номером двести девяносто четыре. Только в этом мире она могла чувствовать все, что угодно, не ограничиваясь лишь чувством спокойствия. Она блуждала среди плавающих цветов и красочных полей, цветы демонстрировали свою красоту, кружась рядом. Поворачивали свои разноцветные головы-бутоны в ее сторону и словно нашептывали что-то. Пахло медом и корицей, и Эл тянуло вперед, будто неосознанно она знала, куда идти. Знала, что увидит и что почувствует.
Впереди показался островок, на котором был один единственный цветок, похожий на мак, своей рубиново-красной окраской слепивший глаза. Цветок был огромным и заполнял весь небольшой островок, раскинув свои лепестки. Островок покачивался в воздухе, а маленькие цветочки выстроились в лесенку, позволяя подняться по ним. Эл легко забралась и села прямо в центр. Лепестки нежно закачались и окутали ее, полностью скрывая. Эл закрыла глаза, наслаждаясь блаженством уединения, но тут порыв воздуха заставил открыть глаза. Кроваво-красные лепестки разлетелись в стороны, а Эл увидела вдалеке лишь ускользающий со скоростью света мотоцикл, из колес которого вылетали искры.
Когда она проснулась, полная возмущения и недовольства, еще долго бухтела себе под нос, каким нужно быть ужасным человеком, чтобы испортить такой сон. С таким же причитающим настроением она спустилась вниз и обнаружила, что в гостиной никого нет. А ей ведь даже в голову не пришло заглянуть к сестре в комнату.
Поправив свою красную пижаму, Эл решила перекусить в одиночестве, пока остальные не присоединяться к ней. Время шло к вечеру, и в окна проступал вечерний свет. Камин нежно потрескивал. Потягиваясь, Эл сидела на пушистом ковре и всматривалась в огонь. Мысли ее снова унесло в недавний сон. «– Какой странный и красивый цветок там был, – думала она, – вот бы мне такой же».
– Доброе утро, точнее вечер, – так углубившись в свои мысли Эл даже не заметила, как к ней присоединилась Вэл и уже сидела в кресле.
– Я потерялась во времени, мне кажется, – сказала Эл.
– И я, – зевнула сестра, – где Джек?
– Может, он уехал? И больше не вернется? – с надеждой произнесла Эл.
– Размечтались, – за их спинами раздался смешок.
Джек стоял в своей обычной гладко выглаженной одежде. Волосы уложены и сияющая улыбка, не сходившая с лица.
– А-а-а, это ты? – протянула Эл и улыбнулась.