Интуиция
Шрифт:
— Он записал меня на прием, но я не пошла, опять впала в депрессию. Валик поехал сам. Он никогда не оставлял дела нерешенными, привык добиваться результата. Врач не видел меня. Наверное, Валентин рассказал о том, что волновало его, о моих срывах. И врач назначил лекарство исходя из этого. Такое ведь возможно? — Лина вопросительно посмотрела на Диму.
Тот кивнул, скорее всего, так и было. Препарат, который назначали Лине, часто применялся при истерии и сопутствующих расстройствах. Вздохнув, и отбросив на стол пустую пачку из-под сигарет, Дмитрий притянул к себе девушку, очень надеясь, что она не оттолкнет
— Я люблю тебя, Лина. Разреши мне помочь тебе. Я знаю, как это сделать, честное слово. — Дима говорил негромко, целуя ее скулу, мягко гладя шею. И радовался, что девушка не отстраняется, позволяет обнимать, даже сама тянется к нему. Это давало надежду.
Но, одновременно с этим, в душе мужчины закрадывалось сомнение и… ревность. Понимание того, как сложно будет отвоевать любимую у ее прошлого, у Валентина, у зависимости от этого мужчину. Он сделает все, что будет в его силах. Все, и больше. И будет молиться, чтобы этого оказалось достаточно, решил Дима про себя, накрывая ее губы, своими.
Димка стоял на кухне, открывая дверцы шкафов, в безнадежных поисках новой пачки сигарет. Хотя, и сам знал что, только что, докурил последнюю сигарету. Да уж, зависимость страшная сила. Привычка… От нее практически невозможно избавиться. Уж очень много усилий прикладывать надо. Много стараться.
Хлопнув дверцей шкафа, но, удержав ее в последнюю минуту, чтобы резкий звук не разбудил, лишь недавно заснувшую, Лину, мужчина подошел к окну.
Вдыхая прохладный воздух, он рассматривал ночной пейзаж. Где-то вдалеке, скорее всего за городом, мелькали зарницы молний. Наверное, опять будет гроза. У них так часто бывало, когда недели засушливой и изнуряющей жары, сменялись проливными грозовыми дождями. "Прямо тропики, а не средне — степная полоса", — усмехнулся Димка, ловя себя на том, что пальцы сжимаются, от желания затянуться.
Он чересчур много курил в последнее время. Наверное, стоило с этим завязывать. От привычек и зависимостей надо избавляться, тем более, от таких… вредных.
Дмитрий уперся лбом в торец окна, размышляя о том, что узнал сегодня.
Прошлое Лины было таким непростым, что Дима терялся, думая о том, как помочь ей перебороть это.
У девушки, так же, была своя зависимость. Он хотел бы, чтобы она смогла преодолеть ее.
Что ж, возможно, им стоило попробовать сделать это вместе. Побороть свои привычки.
Мужчина, еще раз, глубоко вздохнул предгрозового воздуха, пытаясь унять потребность в никотине. Так он и сделает. Дмитрий решил, что бросит курить, и сможет помочь Лине, полностью избавиться от зависимости от Валентина. Они смогут сделать это вдвоем, помогая друг другу.
Отойдя от окна, он присел на стул, на котором недавно сидела Лина. Положив голову на скрещенные руки, Димка попытался придумать, что же делать дальше. Но, ничего особо умного в голову не приходило.
Ему так и не удалось убедить любимую выпить таблетку вечером. Да, и не особо мужчина уговаривал, если честно. Казалось кощунственным настаивать на этом, когда она так явно ужасалась любых новых препаратов. И мужчина не мог бы упрекнуть ее в этом страхе. Он был в той больнице, где находилась Лина столько месяцев. Но, Дима всегда мог свободно уйти оттуда, а вот она — не могла.
Он уложил ее
Какой-то неясный звук привлек внимание мужчины, заставляя поднять голову с рук. Звук шел из сумки Лины, которая так и осталась стоять в коридоре. В принципе, не сложно было догадаться, что могло издавать его.
Дмитрий наклонился, доставая телефон, на дисплее которого светилось «Валик». Посмотрел несколько секунд, а потом, и сам не до конца понимая, зачем он это делает, нажал на прием.
В трубке стояла тишина, словно тот, кто звонил, понял, что не Лина взяла трубку.
— Перестань звонить ей. — Тихо произнес Дмитрий. Он не хотел, чтобы девушка проснулась.
— Так. — Валентин ответил насмешливо, но спокойно, и это удивило Диму. — И кто ты такой?
— Я ее друг. — Присаживаясь на пол, ответил мужчина.
— Друг? — Переспросил Валик, растягивая голос. — Интересно. Дай ей трубку….друг.
— Лина спит. И я не буду будить ее из-за тебя. Она тебе все четко и ясно сказала. О чем еще ты собрался с ней говорить? — Стараясь сохранять равновесие, ответил он. Но, это было трудно. — Да у нее сотрясение мозга, черт тебя побери! — Не сдержался от обвинения Димка. — Понимаешь?! Ты уже достаточно сделал. Оставь ее в покое.
Его собеседник выругался в трубку. Тяжело вздохнул. Димка услышал щелчок зажигалки, и понял, что Валентин затянулся сигаретой. Черт, ему самому хотелось закурить. Но он отгородился от этого желания.
— Дай ей трубку. — После минуты молчания, повторил мужчина, когда Дмитрий уже готов был нажать на отбой.
— Не дам. И перестань мучить ее. Перестань звонить.
— Это Лина тебе сказала, что я ее мучаю? — С издевкой, уточнил Валентин.
— Нет, она чересчур сильно боится тебя, чтобы сказать такое. — Спокойно ответил Дмитрий. — Оставь ее, дай ей жить.
— Так я и даю ей жить, мать твою! — Рассердился Валик. — Если бы не я, она бы уже не жила! И не тебе упрекать меня, кем бы ты ни был, черт возьми!
— Возможно, — не мог не признать Дима, удивляясь тому, что сидит у себя в коридоре, и разговаривает по телефону с этим человеком. И какой, спрашивается, смысл этой беседы? — Только я не заметил, чтобы она была уж больно счастлива от такой жизни. — С намеком произнес он. — Отойди.
— И не надейся. Лина — моя. Я ее не отпущу никогда. Запомни это, на будущее. — Валентин казалось, уже совладал со вспышкой своего раздражения. А Диме оставалось только удивляться, отчего же он не мог так хорошо успокоиться раньше, когда Лину толкал. — Ты — никто для нее. Ты ничего не сделал. Не ты вытягивал ее раз за разом. И не тебе говорить мне, чтобы я отошел. Она вернется ко мне.
— Сомневаюсь. — Дмитрий не собирался допускать этого. Он будет бороться за Лину.
— Посмотрим. — Валик говорил насмешливо, но Диме казалось, что он слышит, как стучат пальцы собеседника, выбивая дробь раздражения.
Он не видел смысл продолжать эту беседу.
Аккуратно положив телефон на столешницу, мужчина глубоко вздохнул, и пошел к Лине. Он лег рядом со спящей девушкой, успокаивая себя. Напоминая, что именно с ним она была сейчас. Воскрешая в памяти недавние ласки, слова.