Чтение онлайн

— Надо было ему на подарок скинуться. Если Инга не выйдет, нас ему могут передать, — высказалась Алевтина.

— Инга — это птица Феникс. После праздников появится как миленькая, — возразила Алёна, и по её интонации нельзя было понять, осуждает она Ингу Олеговну или восхищается её несгибаемостью. Никогда бы не подумала, что Алёна знает про символ бессмертия и возрождения, может, она какое-нибудь кино смотрела, хотя прежде я думала, что подобная информация Алёну не цепляет.

А затем мы стали шуршать принесенными Петровичем подарками. Подарил, конечно, ерунду —

упаковка дороже. Какие-то ёлочные пластмассовые гномы и шариковые ручки, чтоб не забывали о работе. Но это лежало у всех, в моём же подарке, завернутая в шуршащую бумагу, была коробка французских духов. Настоящие, дорогие, запечатанные слюдяной бумагой французские духи.

— Не фига ж себе! — обалдела Алёна. — Ну, теперь хочешь не хочешь, а придётся.

— Может, он чего перепутал, собирался начальство поздравить, а принёс мне, — с надеждой в голосе высказала я свою трактовку событий.

— Именно, начальству нёс. Вот Вам Пал Палыч и Сергей Иваныч подарочек — женские духи, — съязвила Алевтина. Никогда раньше не думала, что у неё есть чувство юмора. Видимо, подарок Петровича, всколыхнув, поднял со дна её души все сокрытые там чувства, в том числе и умение иронизировать.

Следующим откровением судьбы был звонок от Анатолия.

— Машенька, на праздники я уеду, поэтому поздравляю заранее. Чтобы наступающий год принёс тебе и твоим родным только радость.

— Спасибо, тебя также! И твоих родных! — машинально ответила я.

— И ещё, какие бы недоразумения не возникли между нами, я хочу, чтобы ты знала, что ты мне очень дорога, и в любой ситуации ты можешь обратиться ко мне. Я всегда буду рад тебе помочь, — торжественно завершил поздравление Анатолий.

Я поблагодарила за поздравление, но, лишь нажав отбой, задумалась о том, что было названо недоразумениями, возникшими между нами. Вот умеет Анатолий грамотно сказать. И тут осознала, что больше не обижаюсь на него, мне просто стал безразличен его обман. Все это не имеет теперь никакого отношения к моей жизни, у меня совсем другой сюжет. Я встречаю Новый год на даче у Князева, куда приедут его друзья и, может быть, даже родные. Какая же я счастливая!

Вот здесь и пришло сообщение от Князева: «Вынужден уехать по делам. Вернусь после праздников». И всё — ни целую, ни обнимаю, ни люблю. Я начала набирать текст ответного сообщения о том, что буду ждать и скучать, но слова находились какие-то неудачные. Прямо хоть Анатолия проси текст составить. Наконец, всё написалось, отправилось, но ответа не последовало.

Новый год я встречала с мамой. Дашке после многократных моих созвонов с родителями Насти было разрешено провести праздник с подругой. Перед уходом дочь протянула мне сверточек с сереньким медвежонком и трогательной открыткой «Дорогой мамочке!». Я же вынула огромный подарочный пакет с белой кожаной курткой. Дашка изумленно смотрела на дорогую вещь, гладила мех, трогала пуговицы.

— Ты примерь, — не выдержала я.

Дашка осторожно надела обновку,

пошла к зеркалу — и началось кружение, гримасничанье, весёлое щебетание. Я смотрела на Дашку и переполнялась счастьем. Да может ли быть что-то дороже, чем радость ребенка! Спасибо, Мишенька, спасибо тебе большое!

— Мам, можно я в ней к Насте пойду?

— С ума сошла, сейчас столько пьяных на улице! А гулять пойдете — петарда какая-нибудь упадет.

— Мамочка, какие пьяные? Я в соседний подъезд!

Как и всегда, Людочка была права: лучше было купить для девочки менее дорогую, но более практичную вещь.

— Ладно, иди. Только аккуратно. И от Насти мне сразу позвони, что дошла.

Дашка радостно завизжала, расцеловала меня и умчалась. А я вновь посмотрела на мобильный: принимает ли? От Князева третий день никаких известий. Ну, ничего, в двенадцать ровно позвонит, под бой курантов.

Перед уходом включила компьютер. Конечно, меня ждало поздравление из Петербурга:

Михаил

Маша, поздравляю тебя с наступающим Новым Годом. Пусть сбудутся все твои мечты и желания. Здоровья, счастья, удачи в Новом году тебе и твоим близким.

Захотелось написать что-нибудь очень теплое, но вместо этого наскоро вывела:

Спасибо большое!

Тебя и твоих близких тоже с Новым годом! С Новым счастьем!

У мамы всё было как всегда. На часах почти одиннадцать, а она, ещё в халате, забыв, что всю неделю жаловалась на давление и головные боли, натирает овощи для очередного салата.

— Мам, обязательно на Маланьину свадьбу готовить? Всё же останется. Иди одевайся. Скоро старый год провожать.

Но мою маму не собьешь с пути.

— Новогодний стол должен символизировать изобилие, чтобы наступающий год был бы сытным во всех отношениях.

— Да у тебя любой стол символизирует изобилие. Надо же рассчитывать, сколько нормальный человек может съесть.

Наши препинания о целесообразности приготовления этой обжираловки заканчиваются, как и обычно:

— Мама, мне не продуктов, а тебя, твоего труда жаль.

— Тогда помоги, если жаль.

Я повязываю фартук и принимаюсь шинковать овощи для какого-то восточного блюда. Это могло продолжаться до полуночи, но на счастье приехала мамина подруга Валентина и прогнала нас с кухни:

— Я тороплюсь, переживаю, что вы за столом меня ждете, а у них ещё дым коромыслом. Вера, прекращай этот пищевой разврат готовить. Давайте бегом под ёлку.

Без десяти двенадцать мама, красивая, в новой кофте, в лакированных на высоченных каблуках туфлях приглашает нас за ломящийся от блюд и салатников стол. Мы торопливо провожаем старый год, благодаря его за всё хорошее. Я очень благодарна уходящему году за подарок, который он мне преподнес под самый свой занавес.

— Машуля, у тебя роман. Вся светишься. Рассказывай, не томи, — улыбается Валентина, весёлая, бесшабашная, я её всегда только такой и помню.