Чтение онлайн

Но мой удар не пропал даром — пальцы, державшие Анхе, разжались, рука отдёрнулась, и девушка отскочила в сторону двери, хватая ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег! На левой ручище святого отца в это время повисла Моника! Пиранья отчаянно наносила удары ножом, в то время как её подруга прекратила всякое сопротивление, побелела, как мел и закатила глаза! Я бросился было на помощь, но рука бросившая Анхе, сграбастала меня, словно кошачья лапа мышь, и я оказался прижатым к груди нашего противника, явно желавшего раздавить мне кости!

Цветные круги поплыли перед моими глазами, но беда была не в этом, а в

том, что я не мог не только дотянуться до оружия, но даже пошевелиться!

Наверное, нас спасло то, что отец-настоятель решил не убивать сразу «Сатану и его дьяволиц», а для начала захватить их в плен. Только это объясняет, почему он не разорвал нас в клочья, хотя мог бы это сделать без особых усилий! Я уже почувствовал, что задыхаюсь, как вдруг великан отпустил меня, и я упал на колени у его ног. Сверху послышался какой-то треск, рык и резко запахло палёной шерстью! Я поднял голову и увидел, что львиная грива и борода отца-настоятеля горят, сам он машет руками, будто обороняется от роя пчёл, а под потолком мечется Огнеплюй и время от времени посылает в голову нашего противника «пламенный привет»!

Дурнота, вызванная стальными объятиями, ещё не окончательно покинула меня. Ища опоры, я инстинктивно ухватился за пояс монстроподобного монаха и тут же обнаружил на нём связку ключей привязанных кожаным ремешком! От этого открытия мои мозги мигом встали на место. Я подобрал свою саблю, которую выронил во время борьбы и одним взмахом срезал вожделенную связку!

Всё, о чём я сейчас рассказываю, произошло за несколько мгновений. Не вставая с колен, я огляделся. Анхе, похоже, начала приходить в себя и нетвёрдой рукой шарила за поясом в поисках пистолетов. Моника пыталась оттащить едва живую Пчёлку подальше, что в ограниченном пространстве монастырской кельи было почти невозможно. У отца-настоятеля горела уже не только голова, но и плечи.

Теперь он не просто рычал, а изрыгал далеко не самые благочестивые словеса и целые фразы. Я понял, что нам пора убираться отсюда, схватил пушку, которую оставил на полу ещё в начале схватки, направил её в сторону двери и плюнул в запальное отверстие!

Грохот выстрела потряс монастырские стены, которые заходили ходуном, как при землетрясении. Если звуки схватки в покоях главы монастыря ещё не достигли ушей монахов-стражников, то теперь мы точно разбудили всю братию! Но думать об этом было некогда. Задыхаясь от дыма и натыкаясь на углы, я почти на ощупь нашёл своих девочек, взял их, как уже проделывал раньше, подмышки и рванулся сквозь пролом!

Собственно здесь особых препятствий не было, так-как дверь вместе с обломками стола начисто вынесло в коридор. Только на лестнице, где облако дыма было не таким густым, я поставил девчонок на ноги, быстренько осмотрел их и, убедившись, что они могут двигаться сами, припустил вниз!

Я понимал, что на всё про всё осталось очень мало времени. Что ждало нас в монастырской темнице, было совершенно неясно. А вот, что угрожало по дороге к ней, было как раз очевидно. Топот монахов, разбуженных моим выстрелом, сотрясал весь монастырь. Сейчас они спешили на рёв и богохульства настоятеля, но когда выяснится в чём дело, вся эта толпа ринется за нами! Впрочем, если мы встретимся с ними сейчас, схватки тоже не миновать. Конечно же, так оно и случилось!

Едва мы достигли нижнего этажа, как носом к носу столкнулись с

патрулем, спешившим к лестнице. Четверо воинствующих братьев с факелами в руках выросли перед нами и замерли в изумлении, что возможно и спасло в очередной раз наши жизни. Первых двух я сбил своей разряженной пушкой, угостив одного чугунным стволом промеж глаз, а другого прикладом в солнечное сплетение. Двух других пираньи прирезали так быстро, что те даже не успели схватиться за мечи. Та же участь постигла и другой патруль, с которым мы столкнулись перед самой дверью в темницу. Из этих не выжил никто, так-как здесь я в схватку не вмешивался, и девочки всё сделали сами.

Но вот, наконец, нужный нам ключ нашелся, и тяжёлая дверь пропустила нас в небольшое помещение в дальнем конце, которого виднелся провал очередной лестницы. Эта лестница, ведущая вниз, ничем не уступала той, которую мы только что покинули. Оказывается, монастырь обладал помещениями, занимающими намного больший объем, чем это казалось при взгляде снаружи. Вот только помещения эти располагались под землёй и, судя по пыли и плесени на стенах, использовались не часто.

Сначала мы долго шли вниз, спотыкаясь о выщербленные ступеньки, освещаемые неровным светом трофейных факелов. Но вот лестница упёрлась в ровную каменную стену без выступов и трещин. Мы остановились перед этой стеной в полном недоумении, не представляя, что делать дальше. Попробовали понажимать на разные места, никакого результата! Попробовали простукать, но везде камень отзывался одинаково глухим звуком. Я уже подумал, что хитрый служка обманул нас и это обычный тупик, как вдруг заметил странные тонкие царапины, идущие по радиальным полукружиям от пола к потолку. И тут меня осенило! Сказав девочкам, чтобы они отошли на шаг-другой назад, я упёрся ладонями в стену, приклеившись к ней словно геккон, и нажал вперёд и вниз. Стена подалась на удивление легко. Ну конечно! То, что с лестницы виделось, как каменный квадрат, на деле оказалось диском с широким вырезом, который провернулся и открыл нам проход!

Мы очутились в широком коридоре со сводчатым потолком затянутым паутиной. На полу лежал слой вековой пыли настолько толстой, что она гасила звук наших шагов, словно пушистый ковёр. Только посередине тянулась цепочка, или точнее целая тропа оставленная множеством ног прошедших здесь совсем недавно.

Это было нам на руку! С первых шагов я понял, что проход имеет множество ответвлений ведущих в разные помещения подземелья, но теперь нам оставалось только пройти по свежему следу, чтобы найти место, где держат наших подруг.

Поворот, ещё поворот, а потом ещё и ещё! У меня создалось впечатление, что мы идём по заячьим петлям. Спрашивается — зачем надо было тащить девушек так далеко и глубоко? Неужели нельзя было просто запереть их до утра в какой-нибудь пустой келье?

Пока мы плутали по этим бесконечным поворотам, у меня вновь возникло впечатление, как и тогда в подземном ходе, что наш путь вышел за пределы монастыря и теперь мы находимся где-то в стороне, возможно под одним из соседних холмов. Если честно, то это место мне более чем не нравилось! Казалось, что огромная толщина камня и земли над нами, давит на сознание словно пресс. Здесь даже факелы горели не так, как на поверхности, но возможно это было следствие духоты.