Интересные времена
Шрифт:
– Отлично, возьмем по лошади и… – жизнерадостно начал Ринсвинд.
– Лошадей возьмем всех. Они нам еще пригодятся.
– Но… одна для меня, одна для тебя… А остальные зачем?
– А как же завтрак, обед и ужин?
– Но это ведь несколько… несправедливо! А как же они? – Ринсвинд ткнул пальцем в сторону растерянных пленников.
Коэн усмехнулся усмешкой человека, который никогда в жизни не ощущал себя узником – даже когда его запирали в темницу.
– Я освободил их, – отвечал он. – Впервые в жизни они свободны. Наверное, поначалу это слегка шокирует. Они ждут кого-нибудь, кто укажет им, что делать дальше.
– Э-э…
–
– Э-э…
– Ну ладно, ладно. Эй вы, там! Ка-амне! Ше-велллись, быстрейбыстрей, чоп-чоп!
Бывшие пленники торопливо подбежали к Коэну и в ожидании остановились у его лошади.
– Говорю тебе, здесь неплохо. Это страна больших возможностей, – произнес Коэн, пуская лошадь в легкий галоп. Растерянные свободные люди трусили сзади, стараясь не отставать. – И знаешь что? Мечи здесь запрещены. Только солдатам, аристократии и Имперской Страже разрешено иметь оружие. Я сначала даже не поверил! Но кое-какая сермяжная правда тут есть. Мечи объявлены вне закона, поэтому только те, кто вне закона, имеют мечи. Нэпго, – Коэн сверкнул улыбкой, окидывая взглядом раскинувшийся перед ним ландшафт, – мне очень подходит.
– Но… но тебя ведь заковали, – осмелился возразить Ринсвинд.
– Спасибо, что напомнил, откликнулся Коэн. – Н-да. Но сначала отыщем ребят, а потом я найду того, кто мне это устроил, и побеседую с ним по душам.
Тон, которым это было сказано, без сомнений подразумевал, что тот, с кем Коэн собирался побеседовать, вряд ли сможет ответить ему что-нибудь кроме: «Еще, еще! Твоя жена – форменная корова!»
– Ребят? Каких ребят?
– У одиночного варварства нет будущего, ответил Коэн. – Я… В общем, сам увидишь.
Обернувшись, Ринсвинд окинул взглядом тащившихся следом за ними «свободных людей», снег и Коэна.
– Э-э… А ты, случаем, не знаешь, где тут находится Гункунг?
– Знаю. Главный город. Мы туда и направляемся. Вроде как. Сейчас он в осадном положении.
– В осадном положении? Это когда… кругом войска, а внутри едят крыс, да?
– Верно, но, видишь ли, мы на Противовесном континенте, у них все шиворот-навыворот, так что и осада у них другая, вежливая. Хотя осада она везде осада. В общем, старый император умирает, и вокруг города собрались все главные родовитые семейства – ждут, когда можно будет въехать на освободившуюся территорию. Главных шишек у них пятеро, и все они следят друг за другом – никто не хочет первым наносить удар. Тут все иначе делается, сразу и не разберешься, но скоро ты привыкнешь…
– Коэн?
– Да?
– Что, черт побери, ты задумал?
Лорд Хон наблюдал за чайной церемонией. Она длилась уже три часа, однако чай – дело такое, тут спешить нельзя.
Одновременно он играл в шахматы – сам с собой, то есть с поистине достойным противником, с которым было не грех помериться силами. Однако на данный момент игра зашла в тупик: обе стороны ушли в защиту – надо сказать, блестящую и талантливо выстроенную.
Порой лорд Хон мечтал о том, чтобы встретить врага, который был бы так же умен, как и он сам. Ну, или (о, лорд Хон действительно был очень умен!) врага, почти такого же умного, гения стратегии и тактики, но который бы тем не менее иногда совершал непоправимые ошибки. Тогда как сейчас его окружали полные дураки, которые умели просчитывать не больше чем на дюжину ходов вперед.
Покушения и убийства были главным
Разумеется, лобовое убийство императора рассматривалось как дурной тон. Ловким ходом считалось поставить императора в такое положении, когда его можно было контролировать. Однако на этом уровне всякий ход был сопряжен с большой опасностью. Сильные мира сего могут сколько угодно грызться между собой, но стоит появиться кому-нибудь, способному подняться над стадом, как они мгновенно объединятся. Поэтому лорд Хон избрал другую стратегию: он успешно внушил своим соперникам, что самым очевидным кандидатом на должность императора является, безусловно, каждый из них… ну и он, лорд Хон, всего лишь альтернатива, запасной вариант. Влияние лорда Хона росло как на дрожжах.
Забавно, неужели они и вправду думают, будто ему нужен этот императорский жезл?…
Оторвавшись от шахмат, он поймал взгляд девушки, занимавшейся приготовлением чая. Она покраснела и отвела взгляд.
Дверь беззвучно распахнулась. На коленях вполз один из его людей.
– Да? – произнес лорд Хон.
– Э-э… О мой господин…
Лорд Хон вздохнул. Хорошие новости с фразы «о мой господин» не начинаются.
– Ну, что случилось? – спросил он.
– Тот, кого зовут Великим Волшебником, прибыл, о мой господин. Его видели в горах. Он прилетел верхом на драконе ветров. По крайне мере, так люди говорят, – быстро добавил гонец прекрасно осведомленный, как лорд Хон относится ко всяким предрассудкам.
– Отлично. Но?… Полагаю, есть какое-то «но».
– Э-э… исчез один из Лающих Псов. Помните, из новой партии? Которую вы велели испытать. Мы не вполне… то есть… мы думаем, что, наверное, на капитана Три Высоких Дерева напали из засады… Поступает противоречивая информация… Наш… гм-м, осведомитель утверждает, что… видимо, это Великий Волшебник и его магия виноваты… – Гонец припал к земле.
В ответ лорд Хон еще раз вздохнул. Магия… В империи она популярностью не пользовалась, к ней прибегали лишь для сугубо приземленных и практических целей. Она считалась чем-то некультурным. Магия – она же не знает отличий. А благодаря ей власть может попасть в руки человека, который даже ради спасения собственной жизни не сможет написать приличную поэму. Прецеденты уже были. Поэмы не получилось.
Лорд Хон верил в совпадения, но не в магию.
– Очень странно, – произнес он.
Встав, лорд Хон снял со стойки меч. Меч был длинным и изогнутым. Его выковал самый искусный кузнец в империи, и этим искусным кузнецом был лорд Хон. Люди говорили, нужно учиться целых двадцать лет, чтобы выковать более-менее приличный меч. Так что пришлось слегка поднапрячься. Лорд Хон уложился в три недели. Главное сосредоточиться на проблеме, вот и весь секрет…
Посланник в очередной раз уткнулся головой в пол.
– Офицера, я полагаю, казнили? – уточнил лорд Хон.
Посланник попытался было проскрести в полу дырку, но потом решил сознаться.
– Да! – пискнул он.
Лорд Хон взмахнул мечем. Послышался свистящий звук, напоминающий шуршание шелка. О пол что-то глухо ударилось, будто большой кокос. Звякнула посуда.
Гонец открыл глаза. Осторожно потрогал голову – она по-прежнему держится на плечах или отвалится при первом же удобном случае? О мечах лорда Хона ходили страшные истории.