Шрифт:
Чтобы проснувшись утром, вспомнить,
что нам снилось ночью, поймать обрывки
и остатки сна, плывя в темноте с закрытыми
глазами, и узнать, как живем мы во сне и что
спящее "я" сказало бы "я" проснувшемуся.
Ричард Бах
Эмма Смит была женщиной легкого поведения. Она была разведенной, но для того, чтобы вызывать у окружающих жалость, выдавала себя за несчастную вдову. От неудачного брака у нее было двое детей - мальчик и девочка. Однако они были ей в тягость и поэтому жили с отцом. Муж, с тех пор как они расстались,
Эмме Смит было сорок пять. Она была высокого роста, крепкого сложения, темноволосой и кареглазой. Ее воинственный характер отразился не только в ее грубоватых чертах лица, но и в поведении. Очень часто она участвовала в пьяных передрягах в городских кабаках. Смит любила выпить, и редко когда ее можно было увидеть абсолютно трезвой.
В тот Пасхальный понедельник все было для нее обыденным. Она покинула свою квартиру, когда уже стемнело, и отправилась в знакомый ей трактир на Брик-лайн, где собирались все ее приятельницы. У трактира "Фраинг Пен" была нехорошая репутация. Сюда приходили люди среднего достатка: гвардейцы, моряки, мелкие фермеры и мастеровые, - в общем, те, кто искали развлечений в компании таких женщин, как Эмма Смит.
– - Смотри-ка, Эмма, похоже, тот симпатяга положил на тебя глаз, - толкнув подругу локтем, кивнула Мэри в сторону представительного мужчины, сидящего у самого дальнего столика.
Смит бросила взгляд и рассмеялась.
– - Да что ты, Мэри. Он не похож на тех, кто платит за особые услуги.
– - Деньжата у него уж точно водятся.
– - Не спорю, он выглядит обеспеченным, но это еще не значит, что он готов потратиться на меня.
– - Ты только подмигни ему и увидишь, на что он способен.
– - Ну, смотри, подружка.
Эмма посмотрела в сторону обсуждаемого субъекта, поймала его взгляд и кокетливо мигнула. Она обрадовалась, когда тот кивнул ей, подзывая к своему столику.
– - Вот видишь, душенька, я была права, - смеясь, бросила Мэри вслед отдаляющейся подруге.
Смит, улыбаясь, подошла к столику незнакомца и, усевшись напротив, попросила его угостить чем-нибудь. Мужчина оказался на удивление щедрым, и Эмма загорелась в предвкушении более крупного заработка. Однако время шло, а он все молчал - то ли не решался сказать, то ли ему и вовсе не хотелось интима. Эта неуверенность больше всего раздражала Эмму. Она хотела оставить его и искать другого клиента, как вдруг незнакомец поднялся из-за стола и протянул ей руку. Смит вся засияла от радости - наконец, она дождалась своего момента. Взяв мужчину под руку, она вышла с ним из трактира.
– - Я живу тут неподалеку. Пойдем ко мне или...
– она вопросительно посмотрела на спутника.
Он, ничего не ответив, продолжал идти в известном ему направлении. Подумав, что у нового знакомого есть какое-то необыкновенное предложение, Смит молча следовала за ним. Ей было приятно идти по улице с видным мужчиной. Она довольно улыбалась прохожим, поглядывавшим на них, и чувствовала себя очень важной персоной.
Была уже полночь, а они все еще не достигли места назначения. Смит ни о чем не спрашивала незнакомца. Ей было все равно, куда они идут, главное, что ей было хорошо. Они свернули с Фаррант-стрит на Бурдетт-роад, и Смит заметила невдалеке свою соседку Маргарет Хэйс. Эмма гордой походкой прошла мимо соседки и на ее приветствие ответила легким кивком.
"А
Они прошлись до конца улицы, и неожиданно мужчина заявил, что тут им следует расстаться.
– - Что это значит? Я думала, что мы идем к тебе.
– - Я ничего такого не предлагал.
Эмма сильно рассердилась. Расстроенная из-за неудачной ночи, она в пылу гнева наговорила незнакомцу оскорбительных слов. Поток ее ругани был прерван пощечиной. Женщина вскрикнула от неожиданности и отпрянула от незнакомца. Застыла на мгновение в нерешительности и убежала прочь.
Эмма отправилась домой, зная, что после полуночи было сложно отыскать клиента. Всю дорогу она бранила и упрекала себя. Она была так занята самокритикой, что не заметила следовавших за ней трех парней. Их присутствие обнаружилось, когда один из них преградил ей путь на углу Брик-лайн и Уэнтворв-стрит.
– - Эй, дамочка, ты не оплатила свой должок.
– - Что ты сказал?
– изумилась она.
Она обернулась и заметила еще двоих приставал.
– - Какой еще должок?
– дерзко спросила Смит.
– Я ничего тебе не должна!
– - Как же? Разве ты не знаешь, что всякий прохожий должен платить нам? Эта наша улица.
– - Ну, так берите деньги у тех, с кого можно что-нибудь взять. У меня нет ни шиллинга.
– - Правда, а откуда ты возвращаешься? Не поздновато ли для прогулки благородной дамочки? Ты мне зубы не заговаривай, гони деньжата!
– он кивнул своим товарищам, и те схватили Эмми. Они держали женщину до тех пор, пока их дружок не обшарил все ее карманы.
– Два шиллинга?
– недовольно фыркнул парнишка.
– Ах ты, жалкая потаскушка! Это все, что ты можешь предложить нам?
– - Она, наверное, спрятала деньги в потайных карманах, - предположил один из парней.
Бандит хотел обыскать Эмму как следует, но та, пнув его ногой в пах и вырвавшись от двух других, перебежала дорогу. Они бросились за ней и догнали у одного из переулков. Смит была мужественной и сильной. Она не стала просить пощады, а принялась отбиваться от нападавших, как могла. Эмма не раз попадала в пьяные драки в кабаках, и ей было не впервой. Но численный перевес, да и ожесточенность бандитов не предвещали ей ничего хорошего. Однако неожиданное появление мужчины в этом нелюдимом переулке решило судьбу ночной стычки. Бандиты, не распознав того в темноте, подумали, что это полицейский констебль, и пустились наутек.
Эмма, обрадованная благоприятному стечению обстоятельств, хотела уйти, как вдруг почувствовала чью-то руку на своем плече. Обернулась и изумилась, узнав в мужчине того самого человека из трактира "Фраинг Пен".
– - Не верила, что ты передумаешь. Ну, раз уж ты решился, тогда пойдем ко мне.
– - Нет, здесь, - приглушенным голосом велел мужчина.
– - Здесь?
– оглядевшись по сторонам, изумилась Эмма.
В глухом переулке было темно и тихо. Поблизости не было ни души, и Смит отчего-то стало жутковато. Однако она не подала виду. Широко улыбнулась и попросила три шиллинга за услугу. Эмма изумилась, когда незнакомец протянул ей пятишиллинговую монету. За такую сумму она готова была выполнить все капризы клиента. Он отвел публичную женщину в самую глубь тупика и набросился на нее с животным инстинктом.