Чтение онлайн

Это был угловой кабинет с панорамным видом на Нижний Манхэттен и гавань Нью-Йорка за ним. В спускавшихся на город сумерках вдали поблескивали огни кораблей, которые стояли на якоре к северу от моста Верразано-Нэрроуз.

– Закройте дверь, – приказал Маккарти, сидевший за массивным столом, заваленным газетами и заставленным бумажными стаканчиками с остатками черного кофе.

Джей толкнул дверь, и она с щелчком закрылась за ним.

– Давайте сразу договоримся о двух вещах, – начал Маккарти. – Не зовите меня «мистер Маккарти» или «сэр». Зовите меня Билл. Это коллегиальная компания.

Маккарти говорил с сильным южным акцентом, и Джею приходилось тщательно вслушиваться, чтобы понимать его.

– О'кей... Билл.

– И не целуйте меня в задницу из лживого уважения. Да, стою больше

пятисот миллионов долларов. Собственно, много больше. Как отсюда до Северного полюса. – Он хмыкнул. – И я каждые два-три дня беседую со старшими советниками президента. А также с администрациями губернатора и мэра. Они все время обращаются ко мне за советами. Статья в «Форбс», которую вы, вероятно, читали, готовясь к интервью, точна, хотя в ней не дана вся картина. У меня даже лучшие связи, чем там написано, и на то есть две основательные причины: я почти всегда прав в своих советах и щедр на пожертвования. Давай политикам деньги, и они все сделают для тебя. В этом плане они – самые предсказуемые люди. – Маккарти затянулся сигарой «Дэвидофф» и швырнул вторую, подаренную Оливером, на свой захламленный стол. – А теперь садитесь, – снова приказал он, указывая на стул перед столом, и стал разгребать свои завалы.

Джей подошел к стулу и сел.

А Маккарти, роясь в бумагах, поглядывал на молодого человека. Джей был высокий, стройный, темный блондин; прямые волосы его были разделены косым пробором и спускались по лбу почти до черных бровей, а сзади закрывали воротничок рубашки. У него было узкое, но сильное лицо с большими синими глазами, пухлые губы и слегка искривленный нос, – по всей вероятности, был сломан, решил Маккарти. Под одним глазом у него был еле заметный шрам длиной с полдюйма – единственный изъян на гладкой коже, которую до сих пор приходилось брить всего дважды в неделю, чтобы баки не разрослись. Но поразил Маккарти не физический облик молодого человека. На него произвело сильное впечатление и слегка обеспокоило то, какая стальная уверенность в себе чувствовалась в спокойных манерах Джея.

Маккарти выпрямился в своем кресле.

– Вам надо подстричься, – неожиданно объявил он.

– Извините? – Джей в это время любовался видом на гавань.

– У вас слишком длинные волосы. Я этого не люблю.

– Хорошо. – Джей исподтишка посмотрел на самого Маккарти, чьи волосы были отнюдь не короткими.

А Маккарти продолжал перебирать бумаги у себя на столе.

– Я знаю, что Оливер послал мне по внутренней почте ваше резюме, но я не могу его найти в этой куче мусора. – Он перестал рыться и откинулся на спинку своего большого кожаного кресла. – Так что изложите мне аудиоверсию в сокращенном варианте.

– О'кей. Я из Бетлехема, что в Пенсильвании. На прошлой неделе исполнилось шесть лет, как я окончил Лихай с дипломом по английскому языку. И с тех пор я работаю в Нэйшнл Сити Бэнк оф Нью-Йорк в качестве специалиста по финансовым операциям с корпорациями.

Маккарти вынул окурок изо рта и ткнул им в Джея.

– Вы хотите сказать, что работаете в качестве сотрудника, выдающего займы?

– Прошу прощения?

– Все, работающие в коммерческих банках, именуют себя специалистами по финансовым операциям с корпорациями, – запальчиво произнес Маккарти. – Я же считаю специалистом по финансовым операциям с корпорациями того, кто гарантирует размещение национального долга и совершает сделки на основе оценки, чего – готов поставить кучу денег – вы никогда не делали. Вы давали займы, так?

За шесть лет работы в Нэйшнл Сити Джею никогда еще не приходилось перед кем-то оправдываться или видеть, чтобы кто-то подвергал сомнению его способности. А у «Маккарти и Ллойда» такое случилось с ним уже трижды за последние двадцать минут, хотя официально он даже еще не был их сотрудником.

– Я внес свой вклад в заключение сделок, – спокойно ответил он.

Маккарти подумал было копнуть глубже, но потом решил этого не делать.

– Буду прямолинеен. Оливер очень рискует, беря вас. Я говорил ему: надо нанять кого-нибудь из выпускников Принстона или Гарварда, но он хочет нанять вас. – Маккарти пожал плечами. – У Оливера отлично развит инстинкт. Он возглавляет отдел арбитража и за последние пять лет заработал для меня кучу

денег. Если он хочет вас попробовать – его дело. Но позвольте кое-что вам сказать. – Маккарти пригнулся к столу. – За вами будут пристально наблюдать, и репутация Оливера пострадает, если вы не пройдете испытания. Он принес мне немало денег, но прошлое меня не слишком интересует. Меня интересует настоящее. Запомните это, – подчеркнуто произнес Маккарти. – На Оливере лежит огромный груз, как и на всех, кто тут работает. Но за это у Оливера есть дом для отдыха на Карибском море, летом он плавает на своей пятидесятифутовой яхте, которая стоит в яхт-клубе в Уэстчестере, он ездит на дорогих машинах, его ребенок ходит в лучшую в округе частную школу, и о том, как он отдыхает, большинство людей знают лишь из рассказов Робина Лича. – Маккарти с силой ткнул тлеющий конец сигары в стоявшую на кипе папок хрустальную пепельницу. – Оливер хочет гарантировать вам миллион долларов в январе. Я лично не понимаю почему. Однако у него есть свой бюджет, и он имеет право им распоряжаться. – Маккарти поднял руку. – Бюджет-то его, но деньги в конце концов мои. Если у вас не будет отдачи, вы уйдете, а у Оливера будет большая проблема, потому что я терпеть не могу терять деньги. Для меня это все равно как звук от ногтей, медленно скребущих по аспидной доске. У меня по коже идут мурашки. – Маккарти помолчал. – Оливер ради вас положил голову на плаху. Он дает вам такой шанс, за какой многие люди готовы пойти на убийство. Так что цените это.

– Я и ценю, – спокойно произнес Джей. Теперь он понял, почему взорвался Оливер при мысли, что Джею понадобятся две недели на то, чтобы расстаться с Нэйшнл Сити. Сотрудник «Маккарти и Ллойда» должен незамедлительно приносить доход. И после того, как прозвенит звонок, возвещающий начало операций, темп будет лихорадочный и будет лишь ускоряться. С потерями тут не мирятся. – Я не забуду, что он для меня сделал.

– Отлично. – Маккарти взглянул на свои часы. – Мне надо ехать на ужин в «Уолдорф-Асторию». Есть у вас вопросы?

– Только один. – Джей поднял указательный палец. – Каково это – иметь полмиллиарда долларов?

Маккарти несколько секунд гневно смотрел на Джея, потом поднялся с кресла, обошел стол и встал перед молодым человеком.

– Возможно, вы это когда-нибудь узнаете, – прохрипел он и, не выдержав, улыбнулся. – Рад видеть вас в нашем клубе, мистер Уэст. – И пожал Джею руку.

Джей поставил свой кейс на стол в отделе арбитража, снял пиджак и аккуратно повесил его на спинку кресла. Джей, Баллок, Эбби и секретарша сидели по эту сторону перегородки, тогда как Оливер находился по другую сторону компьютеров и телефонов, рядом с административным помощником. По обе стороны Оливера было два незанятых места. Он несколько раз говорил о том, что собирается нанять людей на вакантные места, однако Джей работал у «Маккарти и Ллойда» уже больше месяца, а ничего не происходило, и он начал подозревать, что Оливер на самом деле не намерен никого нанимать. Нанять людей значило бы поделить капиталы, а Оливеру это никак не улыбалось.

– Здравствуйте, Эбби, – весело произнес Джей.

Было рано – семь тридцать с минутами, и она была единственным сотрудником, находившимся в отделе. Джей взглянул поверх компьютеров, но так и не понял, приехал ли уже Оливер. Мятый пиджак висел на спинке его кресла, но Джей заметил, что это тот же, что Оливер носил накануне.

– Как вы себя чувствуете в это прелестное июльское утро?

Эбби перестала стучать по клавиатуре и оторвала взгляд от кривой индекса Доу Джонса, зигзагообразно ползшей слева направо по экрану одного из ее мониторов.

– Жарко.

– Я вас понимаю. – В Нью-Йорке наступила томительная жара, и в метро, когда Джей ехал в поезде номер 2 из своей квартиры в Верхней части Вест-Сайда через пол-Манхэттена на Уолл-стрит, было душно и тяжко. – Жара стоит немыслимая.

– Особенно если у тебя кондиционер пошаливает.

Джей посмотрел на Эбби. Маленькая – всего на несколько дюймов выше пяти футов, кожа оливкового цвета, темно-каштановые волосы с рыжинкой, приветливая улыбка и роскошная фигура. У нее было некрасивое лицо, но вечная улыбка делала ее необыкновенно привлекательной.