Чтение онлайн

Джефсон тоже поздравил его и сказал: «Тогда мы должны позволить тебе особый сеанс связи. Это будет сюрпризом, когда „Дарвин“» будет перед нами. Папочка Стюарт стал дедушкой».

Седрик хотел что-то ответить, когда Массиму крикнул: «Время настало. Шутки в сторону. Приготовься, Дамар."

Зонд вплотную приблизился к борту.

Дамар вошел в шлюз. Это было небольшое помещение на бортовой стенке, которое в случае чрезвычайной ситуации могло принять четырех человек. Здесь находилась также катапультирующая установка, с помощью которой можно было выстреливать информационные зонды. Запуск происходил посредством пружины, которую

можно было установить на разные значения давления.

Они переговаривались по радио. Дамар выпустил воздух из шлюза. Через два крошечных окошка Седрик и Джефсон могли видеть, как он закрепил трос на своем скафандре. Затем он медленно отворил люк. О каждом своем движении он сообщал Массиму по радио. Через две минуты шлюз опустел. Дамар закрыл его снаружи, сам же он выплыл в пространство.

Из сада они могли видеть, как он появился из-под нижней части корабля. Он подобрался вплотную к их иллюминатору и мог бы увидеть их знаки, но его внимание было приковано к зонду. Реактивная установка приблизила его к блестящему шару. Джефсон и Седрик с напряжением наблюдали его движения. Бесформенный скафандр Дамара сверкал в солнечном свете. В левой руке он держал сеть, в которой он должен был переносить зонд. Несмотря на то, что они достаточно хорошо знали это парящее состояние, все же движение в открытом космосе давалось им трудно. Он взлетел по вертикали, и они могли видеть лишь трос, который вяло двигался перед иллюминатором словно змея.

В командной рубке Массиму комментировал все слова Дамара центру управления.

— Он вплотную подошел к зонду, — сказал Массиму. После паузы: «Он у Дамара. Он задвинул антенны, уложил его в сеть. Все отлично получилось. Дамар возвращается к космическому кораблю. Здравствуйте, доктор Мезенцев, я сейчас прервусь, Дамар в любой момент может войти в шлюз. Я снова выйду на связь, когда он будет на борту.

Массиму выбрался со своего места и направился к шлюзу. Он переговаривался с Дамаром через маленькую рацию размером с ладонь, спросил его, все ли прошло гладко, и получал явно удовлетворительные ответы. Со времени выхода Дамара прошло три с половиной минуты. Седрик ждал у окна шлюза. У него забило в виске. Что было в зонде? Это могли быть новые данные об изменении траектории, но и другое тоже было возможно — может быть, прощание, последнее послание… Была гробовая тишина. Снаружи что-то ударилось о бортовую обшивку. Дамар находился непосредственно под ними. В любой момент он мог открыть внешний люк.

Массиму вдруг нетерпеливо выкрикнул имя Дамара. Седрик обогнул его.

— Что случилось?

— Черт возьми, отзовись! — воскликнул Массиму и на мгновение прислушался. Он постучал по микрофону.

— Давайте, быстрее, готовьтесь к выходу, с Дамаром что-то случилось!

Пока они в спешке проверяли скафандр Mассиму, тот сказал: «Я только понял, что он теряет кислород. Он висит под нами между антеннами».

Когда манометры показали предписанное давление, он поспешил в шлюз. Он открыл входной люк. Маленькое помещение моментально наполнилось кислородом. Из-за мгновенной разницы в давлении на секунду образовалась дымка. Джефсон нахлобучил на себя гарнитуру с микрофоном и наушниками и спросил, все ли в порядке.

— Да, — ответил Массиму, — сообщи в центр. Я выхожу.

В этот момент в контрольной рубке что-то зажужжало. Земля выходила на связь. Седрик подошел к микрофону. Он услышал, как диктор из центра подтвердил

сообщение Массиму и поздравил команду с тем, что они подобрали зонд. Седрик сообщил об инциденте. Он едва мог говорить. Он бегло посмотрел на Джефсона. Тот стоял перед шлюзом и тихо говорил с Массиму.

— Что с ним? — шепотом спросил Седрик.

— Я не знаю, — ответил Джефсон, — тише, пожалуйста, иначе я ничего не пойму.

Они могли видеть в оба иллюминатора, как Дамар был просунут в шлюз, затем появился Массиму и закрутил люк. Джефсон снова пустил давление в шлюз. Бесконечные секунды прошли до того момента, пока измерительные приборы не показали компенсацию. Когда вышел Массиму, Джефсон испустил крик ужаса. Массиму держал на руках безжизненного Дамара, лицо которого было едва различимо за забралом его гермошлема, забрызганного кровью. У него через плечо висела сеть с зондом.

Они могли освободить Дамара от скафандра только в лазарете. Здесь, непосредственно перед шлюзом кровь, которая лилась у него из рта и носа, попала в во все помещения, ее частицы сталкивались бы, распадались, пока весь космический корабль не был бы наполнен этой капельной дымкой. Седрик и Джефсон осторожно сопроводили пострадавшего в лазарет. Между тем Массиму отправил первое сообщение в центр. Он не хотел говорить, был ли Дамар еще жив или нет. Трудное общение, когда между вопросом и ответом постоянно проходило от шести до семи минут, делало их положение еще более безвыходным.

В лазарете, совершенно изолированной части космического корабля, находился санузел, небольшая моечная установка, обширная аптечка с простыми хирургическими инструментами и кислородные баллоны для различных случаев. На бортовой стенке была откидная подставка, которая удерживала больного в состоянии равновесия. В этом помещении находились и информационные зонды, которые могли были быть выпущены в случае чрезвычайных ситуаций.

Они открыли скафандр Дамара. В нем еще оставался небольшой запас кислорода. Сколько, измерительные инструменты не показывали. Они были неисправны. Вследствие чего? Как мог кислород вообще мог вытечь? И в какой момент он вытек? Появлялись вопросы, но никто не мог дать на них ответ.

Они знали только, какие последствия мог повлечь за собой этот несчастный случай. Утечка кислорода и вместе с тем также атмосферного давления из скафандра сначала вызвала высотную лихорадку, за которой последовала потеря сознания. Давление продолжало усиливаться, кровь начала вскипать, и если помощь не подоспевала быстро, лопались соединительные ткани и кровеносные сосуды, легкие расширялись до разрыва. Было похоже на то, что у Дамара было уже это последнее состояние. Седрик очистил ему лицо. Он склонился над ним, но не заметил никаких признаков жизни.

— Я думаю, он мертв.

Генри Джефсон перекрестился. Затем он сложил ладони и начал молиться. Вошел Массиму. Он сначала посмотрел на Джефсона, затем на Седрика.

— Что с ним такое — он сошел с ума?

— Оставь его в покое, — сказал Седрик, — что они там говорят на станции?

Мое сообщение дойдет только через полторы минуты, и затем пройдет еще вечность, пока они ответят, черт. Он дышит?

— У него рот полон крови.

Массиму потряс Джефсона за плечо.

— Прекрати ныть! — накричал он на него. — Ступай в рубку, дождись ответа. Расскажи им, что произошло.