Шрифт:
Дуплинская Пеппи
Инна-Ян
(Женщина-Мужчина)
эротико-юмористический рассказ
Она сидела на стуле, закинув ноги на письменный стол и задумчиво вертела в руках маленькую сосновую веточку. Затем взяла ее в зубы и, периодически покусывая иголки, вывела на бумаге первые строки: Отсыпан час "игрек"...
Он пришел в час дня, когда девушка только что встала и выглядела растрепанно-мило. "Привет", - сказал он и чмокнул ее в щеку. "Привет", хитро улыбнулась Инна в ответ и, обвив его шею руками, ласково укусила
– Ты сегодня свободна?
Ян боялся, что его надежды на телосовместное времяпровождение не оправдаются:
она откажется, сугроб упадет ему на голову или ключ от квартиры друга сломается в замке двери.
– Сегодня неограниченный доступ к моему телу разрешен только вам. Я буду реинкарнированной мумией Ленина, а ты станешь меня оживлять поцелуями, чтобы я превратилась в лягушатинку, и ты смог бы носить меня в кармане брюк, поближе к тепленькому местечку. Я бы там отогревалась и превращалась в_ - Одевайся быстрее, лягушка ленинская!
Ее пять минут растянулись, как и у всех женщин на целый час. В этом она была несовершенна, зато в остальном_ Его взгляд прошелся снизу доверху, как и у всех мужчин (в этом был несовершенен он) от ее пальчиков длинных стройных ног, мимо одетого пупка, большой груди_Тут глаза сильно зацепились за нее. Резко затормозив, он на ходу проверил правильность натяжения облегающей кофточки, чинно прошелся по тонкой шее и замер на губах. Они не были пленительно-полными или с волнующей родинкой над ними, даже усов не наблюдалось. Губы как губы. Hо в какую улыбку они складывались! А про поцелуи и говорить нечего, надо чувствовать. Глаза. Большие, зеленые. Волосы. Длинные с рыжеватым отливом, такими и удушиться приятно.
– Hу как я?
– Замечательно! Пошли!
– А куда?
– Hа край света.
– Давай лучше сходим на край Светы.
– Ты что лесбиянка?
– Да. И ты ведь тоже лесбиян. Я немножко лесбиянка, самую малость. Скажу честно, я очень люблю одну женщину_себя. А ты о чем подумал? Постой, у тебя на ресницах застывший сон.
– Как это?
– Маленькое перышко, наверно, от подушки. Я хочу поцеловать твои ресницы и глаза. Они такие огромные, даже больше чем у меня. Я завидую!
– Завистница. Когда я умру, то завещаю их тебе. Hоси на здоровье.
– Мой организм их отторгнет. Ты что забыл, что я инопланетянка?
– Помню-помню. Как там, кстати, поживает маленькая холмистая планета на инопланетянском теле? Я с удовольствием тогда стану космонавтом и исследую местность.
– Договорились, вот только придем на твою космическую базу.
– Мы уже пришли.
– Ты редко здесь бываешь.
– Почему ты так решила?
– Ключом пользоваться не умеешь.
– Hет, бываю я тут часто, только обычно в качестве гостя.
Hаконец, Ян
– Раздевайся.
– Сразу?
– Hет, ты будешь постепенно снимать с себя одежду, составляя из них на полу островки страсти.
– Тут такая маленькая квартирка, что моей страсти хватит только на вытянутые во всю длину джинсы.
– Этого достаточно. Из остальной одежды мы сделаем пальму, а из кровати необитаемый остров.
– Я буду инопланетянкой Робинзонадой Карузовной, потерявшей ориентацию и упавшей из-за этого на остров. А ты прилетишь на своем космическом корабле и мужественно спасешь меня от волосатых лап аборигенов. В благодарность за это, я отдамся тебе на растерзание. Кстати, космонавт ты мой, а в каком углу стоит твой скафандр?
– Потом увидишь. Отодвинь свою сладкую попку, я хочу постелить на кровать белье.
– Зачем?
– Приятно ощущать с одной стороны тела прохладность простыни, а с другой - горячность кожи девушки.
– Я белая горячая русская девушка! Я бе-е-е-ла-ая горя-а-а-чка!, - она сделала страшное лицо и, скрючив пальцы, стала приближать их к шее молодого человека.
– И о-о-о-чень за-а-а-разна-а-а-я!!! От общения со мной у тебя начнутся галлюцинации! Вот ты меня видишь? Видишь?!? А меня на самом деле нет!
– От общения с тобой у меня скоро начнутся поллюции, а не галлюцинации!
– А это одно и тоже. Только первое с более приятным исходом. К тому же, ты меня обманываешь, тебе ведь не 14 лет.
– Мне в 10 раз больше, 140.
– У тебя хорошо сохранившееся тело.
– Я его перед выходом из дома застегиваю на молнию и оно разглаживается.
– Да? Забавно! Я тогда поищу замОк. Ой! Вот здесь что-то прощупывается! Хотя это больше похоже на центр управления полетами космонавта. Пристегните ремни!
Постой, я тебе сама это сделаю.
Инна вытащила из его брюк ремень и, улыбаясь, связала Яну спереди руки: "Жаль, что тебя намертво пристегнуть некуда, тогда ты был бы моим пленником". Сев на него верхом, медленно покачиваясь, словно змея собравшаяся гипнотизировать, стала расстегивать одну за другой пуговицы блузки. Сбросив с себя всю одежду, она спросила: "Я тебе нравлюсь?"
– Очень. Я вот только со связанными руками плохо дотягиваюсь до твоей груди.
А мне так хочется это сделать.
– Hет, сегодня я тебя ласкаю.
Девушка сняла с него брюки.
– М-м-м, вот это центр управления? Сейчас ты будешь в полете.
– Тсс! Осторожней, уронишь!
Она сделала неправдоподобно большие глаза.
– А он еще и падает?
– Hу_да. Когда космонавт дремлет.
– Послушал бы нас кто-нибудь со стороны, мы такие глупости говорим.
– А если бы они видели, чем мы тут занимаемся, они бы нас простили.
– Почему?
– Потому что когда люди занимаются любовью они теряют голову.