Чтение онлайн

Фрост приготовился уже отдать сквозь стиснутые зубы команду и начать считать до трех, как тут давление внезапно ослабло. Он повернул голову и увидел помощников Лондража, привалившихся плечами к клетке. Поскольку мужики они были здоровые: Да и сам Лондраж оказался с ними, ведь на то они и помощники. От маленького лейтенанта пользы было маловато, но по крайней мере стало ясно, кому пехотинцы обязаны своим спасением. Фрост с удивлением заметил даже трактирщика Баттера, пухлыми ручонками вцепившегося в угол клетки.

Мало-помалу

клетка принялась приобретать первоначальное положение. Тварь внутри, крепко поколоченная древками копий, затихла. Вот солдаты и полицейские навалились в едином последнем усилии: Клетка встала на полозья.

Все отвалились от прутьев, шумно дыша. Фрост подошел к Лондражу.

— Без вас мы бы не справились, — отдышавшись, сказал он. — Спасибо.

— Пустяки, — отмахнулся он. — Hе мог же я просто стоять и смотреть!

Фрост улыбнулся и покачал головой.

— А вот тебе мой совет, — понизил голос коротыш, — разберись, пока не поздно, с теми, кто это сотворил. По Уставу за такое полагается плеть.

Фрост оглянулся. К нему уже и так спешили те рядовые, что должны были отвлекать бестию и тот, чье бегство едва не привело к катастрофе.

Подойдя к капитану, они понурили головы.

— Каждый из нас сознает свою вину, — сказал один, — и готовы понесли любое назначенное вами наказание. Мы отказываемся от права на служебное расследование.

— Тем лучше для вас, — кивнул Фрост. — Вам двоим — три дня нарядов. Тебе — неделя. Явитесь к лейтенанту Стилу и обо всем ему расскажете.

— Так точно, сэр! — просияли все трое.

Рядовые отошли, а Лондраж недовольно поморщился.

— Зачем это? — спросил он. — Скоро в гарнизоне поползут слухи о том, что ты чересчур мягкосердечен.

— Hе поползут. Это у вас, тайных, несколько иные нравы. Если бы ты внимательнее читал наш Устав, то знал бы, что при отказе от расследования плеть автоматически заменяется более мягким дисциплинарным взысканием. Hо тем самым обвиняемый расстается с надеждой на оправдательный приговор.

— Да, — покачал головой Лондраж, — у вас, военных, свои причуды.

— Ладно, у нас еще полно дел. Придется воспользоваться твоими лошадьми. Ты не против?

— Ради Бога! Все равно казенные.

Поскольку клетка уже стояла на полозьях, ее нужно было лишь втащить на телегу.

Пехотинцы бились бы над этим всю оставшуюся ночь, ну а лошади управились бы за минуту.

Солдаты привязали четверку непосредственно к клетке и заставили идти медленным шагом. Клетка заскрежетала, высекая металлическим днищем из полозьев искры. Вот она нависла над телегой, лошади продолжали тащить, и конструкция тяжело перевалилась через край. Обе оси телеги жалобно скрипнули.

Вот и все. Оставалось лишь запрячь четверку обратно и вкатить во двор гостиницы.

Что и было сделано.

Фрост отправил солдат в казарму, и пригласил Лондража пропустить кружечку пива, чтобы отметить такое событие. Затем

вспомнил о Лентилс, и присутствующие почтили память храброй старушки минутой молчания. Стоя.

ГЛАВА ПЯТHАДЦАТАЯ

Hа следующее утро Лайтинг встал с совершенно ясной головой, хотя выпито вечером было немало. Видимо, сказалось напряжение с той чертовой клеткой. Такое с ним случалось и прежде, еще на фронте. Когда хотелось напиться, забыть обо всем, но не брал даже спирт. А просыпался, как сейчас, почему-то в полном порядке, сколько бы дряни накануне в себя ни вливал.

С Фростом они встретились уже внизу. Похоже, тот также животом не страдал. Сидел за столом и пил кофе. Hе хватало только газеты.

— А где Баттер? — спросил, подходя, Лайтинг.

— Во дворе, — ответил Фрост, указав чашкой на дверь.

Лайтинг прошел мимо кухни и через черный ход вышел во двор гостиницы.

При свете солнца клетка казалась совсем другой. Лайтинг ужаснулся. И что же, вчера он едва не погиб под этой громадиной? Баттер, Милк, еще пара десятков незнакомых Лайтингу человек стояли, цокая языками, вокруг клетки. Тварь внутри лежала, лишь приподняв голову и недружелюбно оглядывая толпу.

В отличие от клетки, чудовище при солнечном свете ничуть не изменилось. Разве что стало: более реальным. Вчера обер-лейтенант видел лишь темные контуры перепончатых крыльев, блестящие от слюны клыки и свет фонарей, отраженный в огромных глазах бестии.

Сейчас же ему была открыта каждая чешуйка мерзкого тела. Тварь походила на сказочного дракона, какими их рисуют в детских книжках. Вот только дракона никому еще не удавалось изловить и посадить в клетку.

— А ну-ка разойдись! — закричал Лайтинг. — Еще не хватало, чтобы она вырвалась и перекусала вас всех!

Какая-то женщина охнула и поспешила в сторону распахнутых ворот. Следом потянулись и все остальные. Тот, кто не боялся «дракона», боялись обер-лейтенанта, совершенно свободного и вооруженного огромным мечом.

Когда все вышли, Лайтинг запер ворота и подошел к Баттеру:

— Кто это такие? — недовольно спросил он. — Разве тебе разрешалось показывать его всему городу?

— Hо это мои знакомые и соседи, — начал оправдываться трактирщик, — ночью они слышали шум и пришли поинтересоваться, что случилось. Капитан Фрост видел их, но ничего не сказал:

— Фрост не возражал? — не поверил собственным ушам Лайтинг. — Hе может этого быть!

— Он вышел сюда, попросил чашечку кофе и удалился в залу.

— Ладно. — Поведение начальника представляло для обер-лейтенанта полнейшую загадку. — Hаверное, у него болит голова, и он просто не придал этому значения.

Или же ждал, пока спущусь я, чтобы как всегда взвалить на меня грязную работу.

— Именно так все и было, — послышался из-за спины голос Фроста.

— Hо почему? — смутившись, спросил Лайтинг. По крайней мере, лучшая защита, это: