Чтение онлайн

Трикс закрыл шторку своей ниши. Скорее всего у него послеобеденная дрёма. Любит он это дело. Мёд полулежит на кровати закинув ногу за ногу. Из-под слегка приоткрытого века левого глаза чуть ли не полыхает красное пламя — это он занимается работой с ИнфоСферой. Видимо, опять прочитал какую-нибудь новую исследовательскую статью и очередную хрень высчитывает.

Удивительно, что Дуос тоже в кубрике, а не на стрельбище или в тренировочном зале. Причём снайпер задумчиво изогнулся в позе роденовского мыслителя и что-то черкает пальцем на планшете. Планшет висит в полуметре от его

лица, и даже от дверей видно, что на нём два фото и какой-то список разделённый пополам жирной линией.

Только Дуосу может придти в голову мысль не составлять список в уме или открыть окно в интерфейсе нейрокома, а создать планшет из дополненной реальности да ещё и такой, что его видно всем.

– О, босс, - снайпер поманил меня пальцем.
– Скажи мне как всезнающий «инт» молниеносному «рефу», кого выбрать Олю или Надю?

– Да обоих по-очереди, - говорю на автомате и только затем понимаю, что речь идёт о двух девахах из борделя на которых Дуос последнее время запал. Показательно, что даже если бы я заранее подумал над ответом, то всё равно сказал бы то же самое.

Отлично. После крайнего приступа с потерей памяти не только глюки донимают, но и сила интуиции выросла. Раньше приходилось напрягаться чтобы отвечать интуитивно без вмешательства сознания, а теперь выходит до смешного просто.

– По-очереди, - пожевал губу Дуос.
– Отличная идея, босс. Но вот только чья сейчас очередь? Оли или Нади?

– Подбрось монетку, как я тебе показывал.

– Дело в том, что настоящей монеты у меня нет. А если я возьму монету в инфе, то одна из сторон выпадет не благодаря броску и силе тяжести, а в соответствии с протоколом генерации случайных чисел встроенных в инфу. Получается ИнфоСфера будет управлять моим выбором. А я не хочу быть рабом машины.

– Опять общался с Мёдом на философские темы?

– Да, - не стал запираться Дуос. Он, вообще, никогда не врёт боевым товарищам. Воспитание такое.

Дуос индеец. Но не из тех, что раньше жили на американском континенте, а из новых, федерально-колониальных.

На расстоянии чуть больше одиннадцати световых лет от Солнца есть оранжевый карлик Эпсилон Индейца. Ещё в моё время у учёных имелись основания предполагать, что на орбите этой звезды может быть землеподобная планета. И они не ошиблись. Таких планет нашлось аж две.

Первая называется «Колония человечества № 8» или коротко «Восьмёрка». Она довольно привлекательна для терраформирования. Люди полторы тысячи лет трудятся над созданием там идеальных условий жизни. На «Восьмёрке» уже можно дышать без фильтров, но климат основной части суши ещё не ахти. Хорошо обжита только зона вдоль экватора, где имеются солидные аграрные фермы и несколько туристических маршрутов. Теперь у среднего класса постепенно снова входит в моду путешествовать физически, а не виртуально.

Вся тяжёлая промышленность вынесена на орбиту планеты, чтобы не портить экологию. Население около двадцати миллиардов. И это всё законопослушные, желающие трудится на благо федерации граждане, которых отбирают по специальной программе. Абы кто на «Восьмёрку» не попадёт.

Вторая планета «Томагавк». Тоже подавала

надежды, но на неё развитие так и не выделили финансирование. Построили несколько куполов и дело заглохло из-за каких-то политических дрязг. Постепенно хорошие спецы и ответственные труженики перебрались на «Восьмёрку», а на «Томагавке» остались бесполезные раздолбаи. Потом на него и вовсе стали ссылать неугодных, ссылать неофициально, понятное дело. А закончилось тем, что там поднялся местечковый бунт. И если бы к тому моменту планета хоть что-то из себя представляла, на неё бы направили войска, а так выделили переговорщиков, которые что-то там переговорили. И колония Томагавка обрела определённые свободы. Призрачные и неясные, естественно.

Толком колония ничего не производит. Зависит от «хорошего настроения» метрополии. Население около шестисот миллионов, что по нынешним меркам — деревня. Живут без изысков, впроголодь. В конечном итоге на «Томагавке» установился некий аналог порядков древней Спарты — там выросло несколько поколений людей помешанных на войне. Они называют себя «индейцами» по аналогии со своей звездой.

Бойцов индейцы готовят с младенчества. Самая главная мечта любого пацана — попасть в армию. Те кто не подходит по росту или другим причинам, организуют наёмные банды, которые правительство тоже находит где использовать. Конфликтов в обитаемом космосе хватает.

В общем, первое время от Дуоса вполне можно было услышать фразу: «Отдадимся же битве всецело, побратимы» (побратимы — это каждый кто воюет на его стороне) или «Я охотник ниспосланный битвой». И прочее пафосное дерьмо. Постепенно мы его отучили от этих выкриков посреди боя, но мозги у снайпера слегка набекрень с детства.

Дуосу важна победа, но главнее всё же сама битва и доблесть схватки. Хотя какая к чертям может быть доблесть в современных реалиях боя, хрен его знает. И ладно бы он тут был один такой. Так нет, индейцев очень охотно берут в армию, всех подряд, лишь бы рост подходил. Их тут тысячи. Только в нашей роте пятеро, и все «рефы», кстати.

Одно мне в Дуосе определённо нравится — беспрекословное подчинение приказам старших по званию. Иногда кажется, что если ему приказать спрыгнуть с обрыва — он спрыгнет. Проверять я, естественно, не решаюсь, а то господин майор мне потом мозг соломинкой высосет. Короче, приходится над каждым приказом для Дуоса раздумывать особо, чтобы чего не вышло. Стараюсь ему лишний раз и не приказывать вообще, от греха подальше.

– Это ты зря, - усмехаясь заваливаюсь в свою нишу.
– Теперь значит сам решай, как настоящий индеец со свободой выбора.

– Этим и занимаюсь, но интересен взгляд со стороны, - планшет висящий в воздухе немного повернулся в мою сторону.
– Вот смотри... Это Оля, это Надя.

Дуос стал перечислять понравившиеся ему черты жриц любви. Я, естественно, кивал потихоньку, молча глядел в потолок и искренне думал о своём. Нафиг мне сдались его идиотские мучения? Какая разница в этих девках? Я их, если честно, и не различаю толком. Сам же, каждый раз выбираю новую, чтобы ни к кому не привязаться. Для меня работницы борделя — череда однотипных лиц, не более.