Чтение онлайн

– Передать контр-адмиралу Хоменко направить на этот участок часть судов с десантом.

Вскоре к берегу стали подходить сразу несколько кораблей после того как они пристали на берег стали высаживаться солдаты 117-й дивизии. В других места побережья также успешно проводилась высадка десанта. Высадка только началась, а мы уже потеряли транспортное судно, ещё три были повреждены, одно из них серьёзно. Общие потери в людях тоже были значительны, по донесениям составляли около двухсот человек. Таких потерь на первом этапе высадки не было ни при одной десантной операции, проводимые нами с февраля месяца. Всего же при захвате города и его окрестностей, десант потерял убитыми 163 и около 800 ранеными.

Несмотря на отчаянное сопротивление турок, наши войска вели бой

уже в городе. Что в таком случае оставалось делать простым жителям, когда пули летят со всех сторон, или прятаться где-то в темных закоулках своих домов, или спешно покинуть город. Но перешеек был занят нашими войсками, и выхода из города не было. Кто не успел просочиться через узкий перешеек, попробовали вырваться из города на лодках через бухту, несмотря, что там находились наши боевые корабли. Из города потянулись несколько десятков, а возможно и сотни всевозможных плавсредств заполненных перепуганными людьми, но были и драпающие защитники города. Через два часа после того как на берег высадился основной десант, город был в наших руках. В плен попало около 3000 турецких солдат и около 50-и человек немецкого контингента - советников и помощников. Наши трофеи составили; 6-ь не повреждённых 280-мм орудий на береговых батареях и 5-и 152-мм там же, было ещё с дюжину полевых орудий и столько же пулемётов, не считая стрелкового вооружения. Кроме того наши солдаты освободили три концентрационных лагеря, где содержались не только военнопленные союзников, но были и наши. Ещё в одном из лагерей в близь города содержались мирные жители: армяне, греки, их там было около 15 тысяч.

После того как город был нами полностью захвачен, а порт находился в наших руках, туда вошли суда с военными грузами для десанта и приступили к его выгрузке, после приняв раненых направились к берегам Крыма. После обеда я решил посмотреть город, побывать на береговых батареях. Взяв с собой - не считая своего адъютанта - ещё пару офицеров с линкора и отделение матросов из караульного взвода, сошел на берег. Мне уже доложили, что на береговой батарее - которая столько нам насолила - расчеты в большинстве состояли из немцев. Да и батареей командовал немец, лейтенант Георг Хопп - который был ранен в этом бою. Отдать должное они хорошо стреляли, нечета другим. Немец, он и есть немец, а не турок. Прибыв на батарею, мы убедились, что и наши комендоры стрелять тоже могут. Всё вокруг было изрыто огромными воронками от наших снарядов. Из трех орудий одно было уничтожено прямым попаданием, чей снаряд в него попал наш или с “Пантелеймона”, это не самое главное, главное то, что мы заставили её замолчать. После осмотра батареи наша процессия направились в город. Мы старались, по городу без нужды не стрелять, так что он практически не пострадал, но вот маленькому разграблению и насилию подвергся. Армянский батальон пронесся по нему как пираты Карибского моря, я имею ввиду не киношных, а тех из 16-го века берущих один из приморских городков на шпагу. Идя по одной из улиц захваченного нами города, мы увидели, как из окна второго этажа одного из домов выбросили турка, и оттуда же слышались женские вопли, по голосу совсем молодой, возможно девочки. Послав своего адъютанта с двумя матросами, выяснить, что там происходит. Через пару минут вопли прекратились, но раздался револьверный выстрел. Мне пришлось послать ещё двоих матросов на подмогу. Через пару минут, из дома мои ребятки выволокли двух упирающихся армянских добровольцев, а следом лейтенант вывел невысокую женщину, укутанную с ног до головы в темное покрывало, так что определить возраст я не мог.

– Лейтенант докладывай, что там случилось.

– Ваше превосходительство пойманы на месте совершения преступления. Это мародёры убийцы и насильники. Там в доме кроме этого - Сергей показывает на труп, который выпал из окна - там ещё убитые старик со старухою и женщина, а вот её попытались изнасиловать, а она совсем ещё ребёнок не более 14-ти, да мы вовремя пришли.

Два мужика зло поглядывали на меня. В их взгляде не было страха, я знал, что это просто месть с их стороны к туркам кто бы они небыли. Месть за

всё содеяно над их народом за последние два года, не считая ещё четырехсотлетнего притеснения. Обломали весь кайф мужикам - подумал я про себя.

Забираем их с собой, поищем какого-либо начальника, да сдадим их, пусть разбираются.

Мы направились вдоль улицы, в сторону перешейка надеясь встретить любого офицера. Нам ещё не раз по пути попадались мародёры и не только из армянского батальона, но и казаки и просто солдаты. Каждый что-то тащил из домов покинутыми жителями, да и если они были не покинуты, жители смерились со своей участью. Пусть берут, это право победителей, лишь бы в живых оставили. Завидя нас, вояки пытались быстрей исчезнуть с наших глаз. Больше мы никого не стали задерживать, так как я опасался, что их наберётся столько, что нас просто сметут со своего пути.

Наконец-то мы встретили первого офицера. Господин прапорщик - окликнул лейтенант Никишин вывернувшего из соседнего переулка офицера с двумя солдатами - подойдите сюда. Прапор быстро подбежал, придерживая шашку, чтобы не колотила его по ноге.

– Прапорщик Протопопов, ваше превосходительство - представился офицер вытянувшись перед нами.

– Вот что прапорщик, вы знаете, где сейчас может находиться генерал-майор Лобачевский или полковник Воробьёв?

– Так точно, ваше превосходительство, Тут недалече, минут 10-ь вот по этому переулку, как раз в дом местного паши и упрётесь. Тот дом генерал под штаб организовал. Так они сейчас там находятся.

– Проводи-ка нас братец к нему.

– Ваше превосходительство я не могу, у меня срочное поручение, но я дам в сопровождение солдата.

Мурашов - позвал прапор одного из своих солдат.

– Я вашблагородь.

– Вот что солдат, проводи его превосходительство до генерал-майора.

– Есть!

Через 15-ь минут, я уже разговаривал с полковником Воробьёвым, которого встретил на крыльце весьма приличного в этом времени двухэтажного большого дома. С полковником я познакомился ещё в Крыму на первой стадии подготовки его дивизии к транспортировке через море. И он показался тогда вполне компетентным начальником дивизии.

– Господин полковник, я тут прошелся по городу, надо что-то делать. Грабят! ну это ещё полдела, но вот то, что убивают мирных жителей и насилуют, это уже никуда, ни годиться. Мне пришлось задержать тут неподалёку парочку таких; убийц, мародёров и насильников, все в одном лице.

– Ваше превосходительство, неужели это кто-то из моих.

– Не беспокойтесь, это пока не ваши, а из армянского батальона. Но я и не удивлюсь Николай Васильевич, что и твои “Гаврики” промышляют мародерством, так как нами были замечены шарящих по домам солдаты. Надо что-то предпринять насчет убийств. Кто командует Армянским добровольческим батальоном?

– Да есть один такой по фамилии Канаян, но в этом батальоне его все называют - “Генерал Дро”.

– Надо пригласить этого “Генерала” на беседу и предупредить, если его люди будут и дальше заниматься такими вот делами, то придётся парочку другую расстрелять, чтобы другим неповадно было.

– Его сейчас в городе нет, он отправился в тот самый лагерь где турки содержали его соплеменников и я не уверен что после того что он там увидит, будет сдерживать своих людей. Мне докладывал штабс-капитан Завьялов - это его батальон занимал тот лагерь - там поблизости в огромной яме десятки разлагающихся трупов, едва присыпанные землёй. А сами узники больше похожи на мертвецов, чем на людей.

– Полковник я всё понимаю, и их, и вас. Но надо прекратить бессмысленные убийства в городе. Нам тут надолго придётся задержаться, а зачем нам в городе, эта вонь от разлагающей плоти, потом не дай Бог приключится какая-то эпидемия. А армянский батальон вывести из города, пусть готовят оборону на прибрежной дороге на той стороне бухты, к востоку от города. Если что, то корабли его поддержат артиллерией.

– Ваше превосходительство, это вам надо к генералу Лобачевскому с этим вопросом.

– Ну что ж Николай Васильевич тогда у меня к вам просьба, сейчас зайдем к генералу Лобачевскому там и обговорим.