Чтение онлайн

— Бред. Ты предъявил капитанские полномочия?

— П-прикалываешься?

Да, пожалуй. Ситуация великолепная — и почему-то ни разу не удивительная. Наверное, потому что не бывает таких подарков судьбы, как «Сегоки», и чтобы без подвохов.

— Записи наших скафандров?

— П-пустые.

— Блоки памяти «Сегоки»?

— Отф-форматированы.

— Косвенный допрос?

— Уклоняется.

— Угрожал стереть?

— Н-не действует.

Я подергала себя за нижнюю губу. Обормот в кратчайшие сроки опробовал все методы, чтобы разговорить свой виртуальный

интеллект, правда, это были стандартные процедуры, да и сложно вообразить себе что-то сверх того. Никому же, право слово, не придет в голову разрабатывать методы допроса кухонного комбайна или медицинского кибера.

ВИ — это не ИИ, и вот тем не менее.

— Значит, есть некие строгие ограничения на уровне ядра программного комплекса, — подытожила я, чувствуя себя последней дурой. — То есть, изначально кораблю запретили сообщать тебе определенные вещи.

— Это п-понятно, — устало отмахнулся Синдзи. — Но почему?

— Есть еще один очевидный ответ. Твои пропавшие пять лет — далеко не самые скучные годы.

Синдзи ничего не ответил. Он так и сидел в своей нелепой майке, в не менее банальных флотских брюках, и, что еще обыденнее, — он держался ладонями за виски. Такой весь обычный-обычный малый, который ухлопал не пойми что из зазеркалья и даже не может вспомнить, как.

А самое противное — это когда тебя предает твой корабль, и ладно бы взорвалось что-то или сгорело в самый неподходящий момент, но чтобы вот так… Да, когда у твоего судна появляются секреты — это, что ни говори, очень грустно, чувствуешь себя, наверное, лишним и обманутым. Но это все отвлечения, а вот по сути выходит забавно. Выходит, что мой капитан угнал корабль с очень веселой биографией. А может, и не угнал, но тогда выходит бред, и думать об этом смысла нет.

Вопреки своим же заверениям, я некоторое время ломала голову над вопросами порядка «что за ерунда?», и опомнилась только когда Синдзи встал.

— П-посмотри еще вот на это.

На экране отображался какой-то лог — старого образца текстовый лог общения обманутого капитана с машиной-обманщицей. Похоже, напуганный кэп счел за благо отрезать мятежный ВИ от всех средств коммуникации.

Так, ну это логин, пароль. «Ого, да ты параноик, сорок два знака, три уровня защиты!.. А это что?»

— Синдзи?

— Мм?

— Что это за «код проекта»?

Он наклонился к экрану рядом со мной. Теплый, зараза, — не смотря ни на что мне это нравится.

— Ну, я н-не помню. К-какая-то часть пароля. Да ты не т-то смотришь…

— Да нет же, — я поморщилась. Внезапные посторонние мысли о теплом обормоте мешали и упорно не хотели уходить. — Это отдельный пункт входа в систему, программа требует указать принадлежность к организации. Ну, чтобы знать, что тебе показывать, а что — нет…

Я потихоньку начинала соображать. Синдзи говорил, что когда он очнулся после пятилетнего забытья, виртуальный интеллект был обнулен.

«Обнулен. Обнулен, черт побери…»

Я протянула руки, вызвала голографический интерфейс

ввода и, не глядя на текст обиженной переписки, из-под учетки капитана вбила одно слово. Logout.

— Аска!! Что ты творишь?!

Освещение мигнуло, и через мгновение рубка ярко засияла. Я-то знаю, что я творю, а вот ты, балбес, временами, похоже, даже сам не понимаешь, что делаешь. Вернее, так: ты не понимаешь, что ты что-то делаешь.

— Вперед, — сказала я, отодвигаясь от консоли ввода и делая приглашающий жест.

— Что вперед?! Что ты наделала? Я не знаю пароль!

Ты смотри, никак голос прорезался? Но это ничего страшного, я и сама не из тихих.

— Ты сраный паникер, Синдзи! Вводи пароль, быстро!

— Но я…

— Ты идиот! Если ВИ был обнулен, как ты мне заливал, то ты должен был ввести верный пароль, чтобы его запустить!

Я замолчала и с удовольствием наблюдала за эффектом. Вы когда-нибудь говорили смертельно больному человеку, что он болен, но не смертельно? Я — не говорила, но вроде должно быть похоже.

— П-погоди, но запал-карта…

— Я не буду называть тебя идиотом, а ты сам допрешь, ага?

Mein Gott, ты же капитан, хоть каким рохлей выглядишь! Ну как тебе запал-карта поможет? Модуль управления и авторизация — это две отдельные вещи.

— Короче, вводи пароль, — устало сказала я. — Хочешь, я не буду подглядывать?

Синдзи несмело улыбнулся, я с неудовольствием почувствовала еще одну волну приятного тепла, и все исчезло. Собранный парень, хмурясь, взялся за дело. У меня появилась еще целая куча поводов подумать, а вообще было дико обидно: что-то эпичное прошло мимо меня, мимо везучего обормота, и даже вылечив одну маленькую проблему, я и на шаг не подошла к ответам. Вот разве что…

— Аска, п-получилось!

«Что? А, ну да».

— Поздравляю. Слушай, — сказала я, игнорируя светящееся от удовольствия лицо, — получается, что ты не помнишь событий тех пяти лет, но у тебя остались навыки, моторика и кое-какие факты. Так?

— Н-ну… Да.

— Хм. Делаем так.

Я подошла к консолям и открыла доступные видеологи. Не тот ракурс, не то время, это вообще что? Ага, вот ты где. Давя в груди ворсистый комок страха, я смотрела, как разворачивается за парящими обломками огромная туша — последние секунды перед отключением систем. На экранах парил рубленый торс без всяких конечностей, какие-то огрызки, какое-то размазанное пятно прямо посреди «груди» — и шквал лент, дикая насмешка над крыльями.

Оно, конечно, отложить бы, продумать бы, но в жопу благоразумие. Я же с ума схожу, ага?

Я уже четко видела весь нехитрый план, и руки сами выписывали пируэты по контрольной панели. Выставить допуски, экраны, данные сканеров — откатить. Программу симуляции гравитационных возмущений по параметрам — запустить. Теперь виртуал «Сегоки» будет искренне полагать, что у нас снова есть враг: приборам врать вроде ни к чему, да и не может проверить — одно программное ядро без сенсоров.

— Аска, что это?