Чтение онлайн

— Значит, он скрытен? — мягко подсказал я, беспокоясь, что молчание скоро станет неудобным.

— «Скрытен» не охватывает и половины, — сказала Денна, поднимая глаза к небесам. — Однажды какая-то женщина предложила мне денег за сведения о нем. Я сыграла дурочку, но потом, когда рассказала ему об этом, он сообщил, что это была проверка: насколько мне можно доверять. В другой раз мне угрожал мужчина. Полагаю, это была еще одна проверка.

Этот «покровитель» показался мне весьма подозрительным — не то беглец от закона,

не то человек, скрывающийся от своей семьи. Я уже собирался это сказать, когда заметил, что Денна тревожно смотрит на меня. Она беспокоилась, волновалась, что я могу хуже подумать о ней за потакание капризам какого-то параноидального лордика.

Я припомнил свой разговор с Деочем о том, что как ни тяжела моя участь, ее куда тяжелее. Во что бы ввязался я, если бы мог получить покровительство богатого вельможи? Что бы сделал я для обретения человека, который даст мне денег на струны для лютни, присмотрит за тем, как я одеваюсь и что ем, и защитит меня от подлых мелких негодяев вроде Амброза?

Я проглотил свой предыдущий комментарий и выдал Денне понимающую ухмылку:

— Пусть уж он будет богатым, чтобы оправдать твои надежды, — сказал я. — Мешки денег. Горшки и ведра!

Уголки ее губ изогнулись вверх, и я почувствовал, как ее тело расслабилось: она радовалась, что я не осуждаю ее.

— Ну это было бы здорово! — В глазах Денны плясали искорки, говорящие: «да». — Он и есть та причина, почему я здесь оказалась, — продолжала она. — Он велел мне засветиться на этой свадьбе. Она оказалась куда более сельской, чем я ожидала, но… — Денна снова пожала плечами: молчаливый комментарий необъяснимым причудам знати. — Я ожидала, что мой может-быть-будущий покровитель будет здесь… — Она остановилась, смеясь. — Это вообще звучит хоть сколько-нибудь осмысленно?

— Просто придумай ему имя, — предложил я.

— Придумай ты, — сказала она. — Разве вас не учат именам в Университете?

— Аннабель, — предложил я.

— Я не буду, — отсмеявшись, сказала она, — называть своего потенциального покровителя Аннабель.

— Герцог Кучаденег?

— Ну, теперь ты просто так болтаешь. Попробуй еще раз.

— Просто скажи мне, когда я наткнусь на что-нибудь, что тебе понравится… Фредерик Болтливый. Фрэнк Щедрый. Феран Дикий. Форю Жалостливый. Фордейл Раздольный…

Она отрицательно качала головой всю дорогу до гребня холма. Когда мы наконец вышли на вершину, нас встретил резкий порыв ветра. Денна ухватилась за мою руку, а я поднял ладонь, прикрывая глаза от листьев и пыли. И закашлялся от неожиданности, когда ветер запустил лист прямо мне в рот. Я задохнулся и начал плеваться.

Денна нашла это невероятно смешным.

— Прекрасно, — сказал я, наконец выудив изо рта лист — желтый, в форме наконечника копья. — Ветер решил за нас. Мастер Ясень Пепельный. Или просто Ясень. Или просто Пепел.

— Ты уверен, что не мастер Вяз? — спросила

она, разглядывая листок. — Их часто путают.

— На вкус ясень, — уверенно сказал я. — Кроме того, вяз — женское дерево.

Она серьезно кивнула, но глаза ее искрились весельем.

— Тогда Ясень.

Когда мы вышли из-под деревьев и перевалили через холм, ветер напал на нас снова и, забросав еще большим количеством мусора, утих. Денна отступила от меня на шаг и потерла глаз. Моя рука, на которой только что лежала ее ладонь, вдруг очень замерзла.

— Почернелые руки, — выругалась она, почесывая веко. — Мне соринка в глаз попала.

— Не соринка, — возразил я, оглядываясь с вершины холма. Меньше чем в пятнадцати метрах от нас стояла группа обугленных строений, которые прежде, видимо, были фермой Маутенов. — Пепел.

Я привел Денну к маленькой рощице, где можно было укрыться от ветра и вида фермы. Мы присели отдохнуть на упавшее дерево, и я дал Денне свою бутылку с водой, чтобы промыть глаз.

— Знаешь, — нерешительно сказал я, — тебе не обязательно идти туда. Я могу поискать твои вещи, если ты мне скажешь, где ты их оставила.

Она чуть прищурилась:

— Вот не пойму, ты такой заботливый или заносчивый…

— Я не знаю, что ты видела прошлой ночью. Так что не представляю, насколько мне стоит быть деликатным.

— Как правило, я не нуждаюсь в особой деликатности, — резко заметила она. — Я не рдеющая маргаритка.

— Маргаритки не рдеют.

Денна посмотрела на меня, моргая покрасневшими глазами.

— Возможно, ты думала о «скромной фиалке» или «робкой девице». В любом случае, маргаритки белые. Они не могут рдеть…

— А вот это, — ровным голосом сказала она, — была заносчивость.

— Ну, я подумал, тебе надо показать, как она выглядит, — сказал я. — Для сравнения. Чтобы не путать, когда я пытаюсь быть таким, а когда эдаким.

Мы глазели друг на друга некоторое время, потом Денна отвернулась, потирая глаз.

— Ну ладно, — согласилась она, потом откинула голову назад и плеснула себе в лицо водой, яростно моргая.

Промокнув лицо рукавом рубашки, она сказала:

— Я на самом деле не очень-то много видела. Я играла перед самой свадьбой, потом еще раз, когда готовились к ужину. Я все ждала появления своего… — она бледно улыбнулась, — мастера Ясеня, но не решалась спросить о нем. При всем том, что я знаю, это могло быть очередной его проверкой.

Денна умолкла, нахмурившись.

— У него есть способ подать мне сигнал. Способ дать мне знать, когда он где-то поблизости. Я извинилась, отошла и встретилась с ним у амбара. Мы ненадолго прогулялись в лес, он меня все время расспрашивал. Кто там был, сколько людей, как они выглядели… — Она задумалась. — Теперь мне кажется, что это была настоящая проверка. Он хотел посмотреть, насколько я наблюдательна.