Чтение онлайн

Саша

То, что не буду счастлив в любви, я понял довольно рано. Примерно тогда, когда случайная подружка на день моего совершеннолетия сделала подарок в виде орущего кулька, перевязанного голубой лентой. Появление в моей жизни Ника заставило очень резко повзрослеть. Я перестал вестись на случайные связи, секс без презерватива и перестал верить женщинам. Вообще.

На меня смотрели, как на смесь ущербного и гея. Как так? Молодой мужик, куча денег, бог рожей не

обделил и всегда один. Даже секретаршу не трахает, а они, между прочим, может за этим на работу и устраиваются? И пофиг, что я считаю, что работник должен работать, а не минет мне делать.

Пришлось завести почти точную копию нашей домработницы из загородного поместья. Эмилия Львовна номер два носит строгое имя Нина Федоровна, работает секретарем вот уже сорок лет, и лучше ее нет специалиста во всей Москве. Да, приходится на рабочем месте обходиться без минета, зато кофе у меня самый вкусный и в бумагах полный порядок. На встречи я не опаздываю, и офис работает как часы, даже если я забываю в него приехать.

Шесть лет назад, когда подколки братьев и знакомых окончательно утомили, я встретил Крис. Она показалась мне идеальной. Точнее, удобной. Я, наивный дурак, до сегодняшнего дня верил, что ее мозга хватит на верность. Ничего другого от нее не требовалось.

Я вкладывал в нее деньги, я хорошо к ней относился. Да, без нежности и страсти, но она прекрасно знала, что я неспособен на эти чувства. Черт побери, я даже собирался ей сделать предложение в Новогоднюю ночь, а она прыгнула в койку к двадцатидвухлетнему пацану — моему племяннику. Это удар под дых.

Я вообще плохо переношу предательство, особенно если предают близкие люди. А Крис я считал близкой. Думал, она знает правила. Я ей — обеспечение, выполнение любых финансовых капризов, а она — мне преданность. Все, больше никаких условий. И сейчас я снова один, и это чертовски неприятно. И любовь тут ни при чем. Пострадала гордость. Меня променяли на двадцатидвухлетнего идиота. Это ли не повод чувствовать себя старым? Блин, я же вроде не урод. «Но и не двадцатидвухлетний пацан, полный энергии и сил», — мерзко шепчет внутренний голос, и я со злостью луплю ладонями по рулю.

Сначала я хочу нажраться дома в одиночестве, но меня задалбывают названивать братья. Знаю, придется или взять трубку, чего не хочется делать, или кто-то из них припрется ко мне домой. Поэтому я понимаю, напиться можно и на корпоративе. Для того он и придуман. А еще, как там говорил Глеб? «Был ли у тебя Саша спонтанный секс за твои тридцать шесть лет?» Спонтанный секс подарил мне Ника, и после этого я предпочитаю долгий кастинг. Только сейчас я не малолетний идиот, который забывает про презерватив. Возможно, настал тот самый момент, когда стоит пересмотреть отношение к спонтанному сексу.

К зданию гостиничного комплекса с рестораном, где в этом году мы проводим корпоративное мероприятие, я подъезжаю ближе к девяти вечера. На взводе и готовый кого-нибудь убить. Первым получает охранник. Нет, я все понимаю, их поставили тут охранять комфорт отдыхающих, но уж самого-то главного босса можно знать в лицо? Попытаться меня развернуть с мной же организованного (ну

ок, просто проплаченного мероприятия), да еще и хамануть в ответ на просьбу уточнить мою личность у начальства — это мощно. И насрать, что я увольняю сотрудника прямо перед самыми праздниками. Вот нигде не екнуло!

Я и невесту выгнал без сожалений, а тут совершенно левый тупой парень. Когда после всех разборок попадаю в зал, меня тут же находит мой второй помощник Олег Писцов. За что я его люблю, так это за то, что он первым узнает все слухи и очень вовремя и четко на них реагирует. Нет, вряд ли он в курсе про наше расставание с Крис, хотя не удивлюсь. Глеб и Макс вполне могли позвонить ему, пытаясь найти меня. Вот не братья, а две курицы-наседки. Но то, что я не в духе, он замечает сразу же и принимает меры.

— Александр Романович, мы так рады вас видеть, — очень спокойным, излучающим радушие голосом говорит Олег и, прежде чем я гаркну в ответ какую-нибудь гадость (ибо какого хера он тут подлизывается), нахал тут же сует мне в руки бокал вискаря и кричит в толпу. — А сейчас мы пьем за нашего замечательного начальника!

На начальника народ за столами не смотрит. Народ с удовольствием ест, пьет, а кто-то уже вовсю танцует. Но тост все поддерживают. Я выпиваю первую рюмку, следом вторую и примерно через полчаса понимаю, что, во-первых, мне не хочется уже убивать всех без разбору. А, во-вторых, тут не так уж и плохо.

Очень хорошая кухня, репертуар и артисты на высоте — опять же Олег расстарался, и, оказывается, здесь много людей, с которыми я давно планировал переговорить, но все как-то не срасталось. То у них дела, то у меня дела.

Ближе к одиннадцати я пьян, уже умиротворен, и замечаю ее. Длинные каштановые волосы без какой-либо вычурной укладки, тонкая спина и простое облегающее платье насыщенного цвета. Вроде такой называют фуксия. Ничего особенного, но она словно вне толпы. Не знаю почему, но взгляд падает именно на нее. Возможно, из-за удивительной изящной хрупкости.

Какое-то время просто наблюдаю за незнакомкой, находя удовлетворение в самом процессе и в попытках угадать, какая она. А потом делаю шаг вперед. Мне кажется, она очаровала меня изящными движениями, легким наклоном головы… и даже если у нее минус первый размер груди и страшная рожа, пожалуй, меня она все равно привлекает. Я обязан с ней хотя бы поговорить.

«Ты же хочешь кого-нибудь трахнуть без обязательств. Зачем говорить?»

Беру с подноса еще один бокал с вискарем, даже не могу вспомнить, какой по счету, выпиваю залпом и начинаю охоту, игнорируя прорезавшийся внутренний голос.

Она, похоже, новенькая, никого особо не знает, потому что одна и не пытается прибиться ни к одной компании. Загадочная. И то, что я не вижу ее лица, делает ее, пожалуй, еще более притягательной. Она берет с подноса бокал с шампанским и когда отступает, ее заметно шатает. Прекрасно, сегодня не я один пьян. Уже есть хотя бы одна точка соприкосновения.

Успеваю поймать ее одной рукой под локоть, а второй за талию, такую тонкую, что, кажется, я могу обхватить пальцами. Она вообще вся очень хрупкая и юная.