Импорт правосудия

На экране прибора прослушивания заморгало обозначение вызова и номер телефона, с которого он поступил. Человек перед прибором щелкнул указателем «мышки» по символу «поиск», и через секунду на мониторе всплыло окошко с мелким текстом справочной информации. Звонок показался наблюдателю настолько необычным, что он тут же включил запись и сосредоточился на содержании предстоящей беседы.

— Господин Беляев?

Голос в трубке показался Беляеву странно знакомым.

— С

кем имею честь? — осторожно спросил он.

— Кононов Олег Федорович, — ответил собеседник.

— A, lupus, волчье племя?! — в голосе атланта не было враждебности, только ирония. Он взглянул на присутствующего в кабинете седого, но крепкого и подтянутого человека с серебряной серьгой в мочке уха и жестом приказал ему поднять трубку параллельного аппарата. — Как продвигаются дела без краденых знаний?

— А как вы пользуетесь уцелевшими знаниями без Проектора? Считываете их с кристаллов при помощи подсветки фонариком? — не менее ехидно поинтересовался человек-волк. — Давайте признаем, что наш конфликт вокруг Павлиньего Глаза исчерпан, поскольку библиотеки больше нет, а сам прибор после его похищения с аукциона так и не найден.

— Что же заставило вас позвонить?

— Крайняя необходимость, — заверил Олег Федорович. — После того как пара приматов вмешалась в наши взаимоотношения и уничтожила плоды трудов двух древнейших цивилизаций, прошел почти год, который мои коллеги провели в неустанных поисках как Проектора, так и ненавистных сыщиков.

— Похвальное упорство, — заметил Беляев, — хотя вы могли бы позвонить мне пораньше и просто спросить об этом. Где Проектор, я не знаю, но сыщиков выследил еще шесть месяцев назад.

— Вы их… устранили? — почти шепотом спросил Кононов.

— Зачем? — .удивился атлант. — Наблюдение за ними более полезно.

— Все еще надеетесь найти Проектор? Но он не у сыщиков, я почти уверен, — сказал Кононов. — Скорее всего его уже разобрали на составляющие и продали, как в свое время вами почти успешно был продан его ремонтный комплект.

Возможно, — согласился Беляев и снова спросил:

— Так что же у вас за дело?

— В процессе поисков мои сотрудники столкнулись с весьма деликатной проблемой. Помните Великую Хартию три тысячи семьсот пятнадцатого года до рождества Христова?

— В общих чертах, — признался Беляев.

— Тогда между вашими и нашими лидерами был заключен мир и даже подобие союза…

— Неужели? — не удержался от сарказма Беляев.

— Как ни странно, — не отреагировав на его тон, подтвердил оборотень. — Поводом для этого шага послужило крайне активное поведение наших всеобщих соседей. Существ из-за Предела…

— Я всегда считал это сказкой, — с показным сомнением сказал Беляев, хотя на самом деле прекрасно знал, что это чистая правда. — Существа, сотканные из чистой энергии, но в то же время разумные? Мне кажется, это выдумки…

— К сожалению, нет. Перед лицом опасности наши предки были вынуждены согласиться на союз и сообща остановили дерзких Существ. С тех пор прошло пять тысяч лет, и никто уже толком не помнит деталей сражения или точного смысла Великой Хартии. Ясно одно: активность Существ тогда была соразмерна той, что обнаружили мои следователи сейчас, когда случайно наткнулись на некоторые доказательства. Мы не замечаем изменений, но они происходят, причем

ежедневно. Существа из-за Предела концентрируют в разных уголках мира огромные силы. Они проникают в наше пространство каждый день и захватывают все больше боеспособных «носителей». Причем в их власти оказываются не только приматы, но и наши с вами сородичи. Вы когда-нибудь убивали себе подобного, господин Беляев? Я — нет. Потому что людей-волков чрезвычайно мало, и враждовать внутри нашего узкого круга равносильно самоуничтожению всего вида. Думаю, у вас все так же. А теперь, представьте себе, что такой же, как и вы, атлант одержим Существом из-за Предела, или в современном варианте — из Бездны, и стремится вас убить…

— Как вы предполагаете остановить процесс подчинения наших сородичей Существам? — по-деловому спросил Беляев.

— Так же, как это сделали наши предки, — при помощи древней науки. Способ был записан на том же свитке, что и текст Великой Хартии. После победы над Существами в знак дружбы иерархи наших общин разделили свиток надвое, и каждый поклялся хранить свою половину в самом святом для своего народа месте. Наша часть пролежала все это время в Первом Логове, далеко в дебрях сибирской тайги, а вот где хранилась ваша — мне доподлинно неизвестно…

— Вы предлагаете повторить подвиг наших предков? — уточнил Беляев.

— Да, а что?

— Но вы пока не представили никаких убедительных доказательств, что Существа готовятся к новому штурму нашего пространства и накапливают какие бы то ни было силы.

— Я уже направил вам подробные отчеты своих следователей по электронной почте. Я вас не тороплю: прочтите, обдумайте… А потом, если это вас убедит, позвоните мне. Идет?

— Я постараюсь выкроить время, хотя конкретно ничего обещать не могу… — пытаясь подчеркнуть скептическое отношение к рассказу Кононова, ответил атлант.

— Хорошо, только учтите, что люди без нашего участия с проблемой не справятся, ведь у них нет для этого ни знаний, ни средств. Когда писалась Хартия, они были дикарями, а потому не участвовали в том сражении и не помнят о нем абсолютно ничего.

— Учту, — пообещал Беляев и положил трубку. Беспокойство человека-волка удивило его даже более самого факта беседы. Враг предлагал сотрудничество, причем Беляев, как ни старался, не смог выделить в его речи ни одной нотки фальши. Было ли это тщательно продуманной ловушкой? Или Кононов на самом деле обеспокоен расширением присутствия Существ из сопредельного пространства?

Атлант встал из-за стола и подошел к компьютеру. Немного поколебавшись, он включил монитор и вывел на экран текст присланных Кононовым отчетов. Убедившись, что они существуют на самом деле, Беляев подошел к окну и задумчиво уставился на весенний пейзаж.

— Это очередная провокация? — сдержанно поинтересовался седой.

— Не думаю, — через плечо ответил Беляев. — Вторая часть древнего свитка действительно существует. Она хранится в одном из Храмов ацтеков, в том, который до сих пор не найден ни людьми, ни кем-либо другим. Если волки хотят выследить нашего курьера, который отправится за реликвией, чтобы выкрасть ее, то предложение Кононова обретает привычный смысл. А если угроза на самом деле реальна и в противостоянии наших рас вновь наступил особый период? Тогда, выходит, волкам следует доверять.