Чтение онлайн

Гильдар подошёл к Императору и, захватив его одной из своих ядовитых речей, повёл правителя куда-то в сторону, тем самым позволив Эрхену незаметно ускользнуть из тронного зала, избежав длинного и нудного разговора с отцом на тему того, как можно говорить о Едином Боге и как этого делать нельзя. Юноша уже дошёл до самых дверей, ведущих к спасению, как вдруг его окликнул знакомый голос.

— Плохой день? — поинтересовался лорд Балор, который тоже находился в зале. Он хотел поговорить с Элхартом о делах в Корантаре и ещё кое о чём, но чёртов инквизитор,

как всегда, влез со своими просьбами, заняв того на добрые полчаса. И эти полчаса лорд Соладара решил потратить на приятную беседу с мальчиком, для которого он стал наставником. — Опять поругались, что ли?

— Привет, дядя, — принц улыбнулся Балору, и улыбка эта была первой за весь день, — всё как всегда.

— Эрхен, чему я тебя уже лет восемь учу? М?

— Молчание — золото, — устало повторил Эрхен, — но нельзя же всё время молчать о своих мыслях и убеждениях. Как я стану достойным отца, если буду всё время молчать?

— Хороший политик не тот, кто без конца говорит всё, что ему в голову приходит, — многозначительно сказал Балор, — а тот, кто может сказать нужные слова в нужное время. Дай угадаю, ты опять что-то ляпнул про Бога?

— Да, — понуро склонил голову Эрхен.

— Ну и зачем ты это сделал? Ты ведь прекрасно знаешь, как твоей отец к этому относится. Это для него как красная тряпка для быка. Говори с Императором о чём угодно, только Бога не трогай, и будет у вас мир и покой в семье, а мне не придётся по двадцать раз на дню налаживать между вами мосты.

— Извини, дядя, — Эрхен взглянул в глаза Балору и увидел в них ту самую теплоту, которую последние годы так хотел увидеть в холодных глазах Императора. От этого сердце принца сжалось, и слова, которые он хотел сказать учителю, вылетели у него из головы.

— А разговоры про Бога оставь мне. Я знаю подход к Элхарту.

— Императору, — машинально поправил его Эрхен, забыв о том, с кем он говорит.

— Императору, конечно, — кивнул Балор, но в глазах его мелькнули озорные огоньки, — а теперь иди, погуляй где-нибудь. Твоего отца нельзя слишком долго оставлять наедине с Гильдаром. Этот человек определённо плохо на него влияет.

Эрхен кивнул и вышел из зала, а Балор направился к разговаривающим Императору и инквизитору. Подходя, он даже смог уловить обрывок их разговора:

— Но, милорд, — шептал Гильдар, — вы же не знаете, как глубоко может проникнуть ересь. Вы так неосмотрительно верите каждому слову лорда Балора, хотя он…

— Осторожнее, Гильдар, — нахмурился Император, — не забывай, кто из вас был предателем, а кто оставался верен мне даже в изгнании. Я простил тебя и даже оставил все твои привилегии, ведь Бог учит нас прощать прозревших, но я никогда не забуду твоего предательства, как не забуду и верности Балора.

— Так что, перефразировав нашего возлюбленного правителя, — бесцеремонно влез в их разговор лорд Соладара, — скажу тебе, Гильдар, — пошёл к чёрту. И без тебя проблем хватает.

— Да… милорд, — поклонился Гильдар, но Балор прекрасно видел, с каким трудом инквизитору дался этот

поклон. Когда тот вышел из тронного зала, Император посмотрел на друга, а затем сказал ему:

— Давно уже пора избавиться от этого пережитка прошлого. Он только и делает, что ноет о тех временах, когда страной фактически заправлял Гортан, а в руках инквизиции была сосредоточена почти абсолютная власть.

— Не самый разумный шаг, ваше величество, — Балор проследил за удаляющимся инквизитором и, когда ангатары захлопнули тяжелые двери, взглянул на Императора, - мы до сих пор не выкорчевали все те ростки, что дало предательство Гортана, и избавляться от такого удобного инструмента, как инквизиция, сейчас будет глупо.

— Да, они были «удобными». Судья прекрасно избавлялся с их помощью как от врагов веры, так и от тех, кто мог бы помешать ему захватить власть в Катарской Империи.

— Уверяю, он и близко к этому не подошёл.

— Близко или нет, но инквизиция всегда была слишком опасной для того, чтобы существовать, — покачал головой Император, — я не должен был позволять Блэрку такую вольность.

— Блэрк просто глупый толстяк, который только и может, что набивать себе пузо и пьянствовать, он всегда таким был и таким же и останется, но он верен вам, ваше величество, как и Гильдар. Они верят.

— Да, — сказал Император после секундного раздумья, — они верят.

После этих слов он подошёл к трону и, опустившись на него, по привычке взглянул налево, туда, где раньше сидела его Императрица — Алда. Иногда он думал о том, что бы она сказала, увидев его сейчас. Обрадовалась бы его жена тому, что он пришёл к истинной вере, или наоборот — осудила? Этот вопрос возникал в разуме Императора всё реже, но каждый раз заставлял его задуматься о том, верным ли путём он ведёт Империю. Но на этот раз для сомнений осталось совсем немного времени.

— У меня новости из Корантара, — сказал Балор и по голосу первого советника Император понял, что новости эти совсем не радостные.

— Предатели? — спросил он, уже прекрасно понимая, каким будет ответ.

— Да, милорд, — кивнул Балор, — Донак, человек, отказавшийся от титула маршала Империи, мутит воду. Пытается воздействовать на местное население, убеждая их в том, что власть Соладара… Кхм…

— Неважно, в чём он их там убеждает, — Император ударил кулаком по подлокотнику трона, — его голова должна лежать у моих ног, Балор. Никто не смеет сомневаться во власти Императора.

— Да, милорд, — кивнул Балор, — также я хотел бы поговорить с вами о Высшем Совете.

— А с ним что? — нахмурился правитель.

— Он состоится через неделю. И это будет первый совет за десять лет.

— Как это первый? Они каждый год собираются во дворце.

— Нет, — улыбнулся Балор, — каждый год тут собираются представители. В этот же раз во дворце соберутся все три лорда, посланец Торговых домов Нешорта и, конечно же, Патриарх и Маршал. Если вы помните, это будет первый совет за последние десять лет, проведённый полным составом.