Чтение онлайн

Лисьев заливался соловьем, как бы это забавно ни звучало, и я его почти не слушал, пока краем уха не уловил потрясающее: боярин вдохновленно рассказывая, что их уникальная доменная печь никогда не останавливается.

— Да? — негромко удивился я. — А мне всегда казалось, что доменные печи в принципе не останавливаются из-за особенности технологического процесса.

— Какого? — оживилась Василиса.

— Когда доменная печь остынет, то шлак там встанет намертво. Можно будет выкидывать эту и покупать новую. Я же прав? — спросил я, обернувшись

на боярина.

— Э-э-э, — немного растерянно протянул Лисьев. — Да, э-э-э в целом князь совершенно прав.

На этом трель в сталелитейном цехе закончилась, и мы перешли в машиностроительный цех, а затем в оружейку и напоследок заглянули в испытательный центр, где при минус полтиннике морозилась машинка с ракетной установкой вместо кузова.

По ходу экскурсии по заводу я почти молчал, а вот Василиса задавала все приходящие ей в голову вопросы. А также несколько тех, которые я еще перед поездкой попросил ее задать. Хорошенькая девушка с горящими глазами спрашивала и спрашивала боярина, охала, ахала, пока я рассматривал имущество.

В целом, все было неплохо. Цеха в хорошем состоянии, оборудование — тоже, сотрудники…

Вот как понять, насколько хорошо предприятие относится к своим рабочим? Пойти спросить? Так правду в любом случае не скажут. Или побоятся, или преувеличат.

— Ну, а сейчас у нас как раз время обеда, — начал сворачивать обратно к банкету Лисьев, — предлагаю подкрепиться и продолжить беседу.

— Прекрасная идея, — широко улыбнулся я. — Как раз Василиса хотела посмотреть столовую.

— Э? — опешил боярин.

Да что там боярин, вся его группа сопровождения выпала в осадок от такой идеи.

— Давайте сначала заглянем в конференц-зал, там уже для нас все приготовили, а потом и в столовую… — попробовал сделать еще один подход к снаряду Лисьев.

— Но мне хочется сначала в столовую! — капризно надула губки Корсакова.

— Вот видите, Прокофий Константинович, невеста желает приобщиться к поданным. Как я могу ей в этом отказать? — я посмотрел на боярина так, как смотрел на подчиненных на плацу, когда у тех вдруг возникала амнезия на субординацию.

Мужик нервно поправил галстук, но спорить со мной было бесполезно. Я все-таки князь, причем не какой-то залетный, а его непосредственный.

Итак, столовая завода.

Я зашел и сразу уловил этот до боли знакомый запах дешевого общепита. М-м-м, рыгаловка! Василисе это было в новинку, и она уже не изображала щенячий восторг, но дружелюбно улыбалась сотрудникам.

Рабочие косились на нас ошарашенно, не совсем понимая, чего ждать от явившегося начальства в компании каких-то малолеток. Еще больший шок у публики случился, когда я подошел к линии раздачи, взял плохо помытый поднос и попросил положить мне всего по порции.

Женщины на раздаче не испытали ко мне никакого трепета, да и перед начальством тоже не робели. Все-таки кухарки — это особенные представители любой экосистемы, их вообще нельзя смутить или шугануть. В принципе, стояние целый

день у огромных чанов и раскаленных плит закаляет не меньше работы у доменной печи, так что…

Я взял свой поднос и, окинув зал, выбрал столик, за которым было всего одно место. Туда и сел.

— Александр Владимирович, так вот же целый стол… — промямлил мужик, но я отмахнулся.

— Ну и садитесь, кто вам мешает.

Василиса все подряд набирать не стала, взяла обычный обед и, опытным женским взглядом определив бухгалтерию, направилась к перманентно сплетничающим женщинам.

Столовая еще пару секунд постояла в относительной тишине, а потом гул человеческих разговоров нахлынул с новой силой. Бесполезно стесняться начальства — помещение слишком огромное, чтобы все время коситься на него.

Я поковырялся в чахлом салате, порцию которого можно было обозначить емким сравнением «как украли», потом в горячем — где в мясной подливе оказалось два с половиной кусочка сухого мяса, и картофельном пюре из порошка. А после спросил:

— Что-то невкусно, да?

— М-м-м… — многозначительно протянули рабочие.

— Но сегодня, наверное, просто неудачный день? — я поднял глаза от своего обеда.

Рабочие снова многозначительно протянули «М-м-м», но по лицам все было понятно — день как день. Может, даже и получше, начальство же приезжает, вдруг чего.

Хотя никому в голову, конечно, не пришло, что «вдруг чего» — это сам князь зайдет покушать в столовую для простых рабочих.

Из столовой мы все вышли довольно быстро и в многозначительном молчании. Разве что Василиса щебетала, какие приятные девушки считают зарплату рабочим — обсудили и платье, и ноготочки.

Лисьев шел мрачнее тучи, а я размышлял.

С одной стороны, дела у завода шли неплохо — прямо скажем, хорошо шли. Госзаказ я перед визитом просмотрел, там Его Величество обеспечил все мощности работой в режиме трех смен без остановки. Цеха тоже в приличном состоянии. С другой стороны, что это у нас получается? Что если очень хочется поэкономить, то лучше экономить на фонде оплаты труда? Или социальных пакетах?

— Прокофий Константинович, у вас же наверняка какие-то предложения по дальнейшей работе уже подготовлены? — спросил я, разбавляя гнетущую тишину.

Боярин оживился.

— Да, да, конечно! Может быть, пообедаем нормально и обсудим?

— Мы уже пообедали, — усмехнулся я. — Давайте поступим так — вы мне передадите свои предложения, я с ними ознакомлюсь и дам вам знать. Договорились?

— Договорились… — вяло отозвался Лисьев, жопой чувствуя, что ждет его не рассмотрение предложений, а зверский аудит.

Впрочем, если работа идет хорошо, возможно, даже предложения разумные. Только где-то посередине часть средств технично подвергается усушке и утряске. Не хочется свое княжение начинать с мандюлей, но что поделать. Спустишь одному — остальные решат, что ты не просто молод и глуп, но еще и бесхребетен. А это опасно в текущих реалиях.