Чтение онлайн

– Но Витива… - Иллар прикусил язык, но было уже поздно.

– Что сказала тебе Витива?
– резко обернулся к нему Интар.

Иллар побледнел, потом покраснел:

– Извините, милорд, я не должен был…

– Что сказала тебе Витива?
– настойчиво повторил Интар.

Иллар вздохнул.

– Рисунок. Она сказала, что леди Лейне стало плохо из-за портрета на рисунке. Милорд, разве такое возможно?

Интар внимательно посмотрел на него.

– Что это? Простое любопытство?

– Да, - медленно произнес несчастный Иллар и отвернулся.
– Мне было просто непонятно, -

повторил он.
– Я прошу прощения, милорд.

– Ты никогда не отличался любопытством, Брайт.

– Тогда почему вы тогда спросили?

– Чтобы понять, насколько тебя это интересует.

– Милорд, - Иллар поднял голову, - я не знаю, как это назвать, любопытство или что-то другое, но я не могу понять, как из-за простого портрета человеку может стать дурно. Поверьте, я искренне огорчен тем, что леди Лайне стало плохо и не могу понять, как это может случиться из-за портрета. Я понимаю, это не мое дело и опять прошу у вас прощения.

Интар некоторое время молчал.

– Возможно, ты и прав. Со стороны это выглядит немного странновато, а утаить все равно ничего не удастся. Послушай меня, - Интар пристально взглянул на Иллара, - вчера днем леди Лайна, укладывая Овету спать, случайно обнаружила у нее рисунок со своим портретом. Наша дочь любит и умеет рисовать, у нее этот дар от матери, но она не могла нарисовать этот портрет. Я согласен с твоим удивлением, - усмехнулся Интар, видя вытянувшееся от удивления лицо своего оруженосца, - этого недостаточно для обморока. Но дело в том, что на рисунке изображена брошка, которая слишком дорога леди Лайне и которую она никогда не носила с тех пор, как пропал наш сын. Более того, Овета никогда и не видела эту брошь, леди Лайна хранит ее у себя в шкатулке и вынимает только в одиночестве. Когда-то, - голос Интара зазвучал глухо и даже как-то суховато, - этим украшением любил играть наш сын, леди Лайна бережет ее, как память о нем.

Интар ненадолго замолчал, затаил дыхание и Иллар. Брошку в виде бабочки он рисовал всегда очень тщательно, образ матери был неотделим от этой маленькой драгоценности. Дело действительно шло о его рисунке, и вопрос о его обнаружении был почти решен. Почему девочка до сих пор ничего не сказала, он не мог понять. Между тем Интар ответил на этот вопрос сам.

– Леди Лайне показалось, что сын нашелся, и она лишилась чувств. Но потом оказалось, что Овета брала брошку без спросу.

Иллара бросило в жар. Девочка солгала матери, чтобы не раскрыть их тайну.

– Это она так сказала?
– тупо спросил он.

– Да, и няня подтвердила, что малышка как-то сунула свой любопытный нос в шкатулку матери. Няня поругала ее за это, на этом все и закончилось.

– Значит теперь все в порядке?!
– переспросил обрадованный Иллар, не веря, что его тайна остается при нем.

– Да. Не считая того, что леди Лайне теперь тяжело придти к мысли, что ее вспыхнувшая надежда - всего лишь фантазия.

Интар опять помолчал.

– Вот и вся история, - сказал он, наконец.
– А придворным и слугам не следует знать, что моя дочь роется в вещах своей матери, и из-за этого леди Лайне становится плохо.

Иллар ничего не сказал

в ответ, да принц и не ждал ответа.

– Я отправил их в Варнийку. Им обоим необходимо придти в себя. Да и разговоры таким образом утихнут сами собой, - добавил он под конец, подводя итог разговору.

Действительно, когда леди Лайна с дочерью вернулись, все давно уже забыли о происшедшем. А так как леди Лайне и до этого частенько нездоровилось, этому не придали большого значения. Иллар даже пришел к выводу, что по настоящему, что произошло, интересовало исключительно его.

Поэтому, когда вернулись Стенли с Тарлином, он не стал им ничего говорить, тем более что они, судя по всему, были в неведении об этом маленьком происшествии.

Но с этого момента Иллар стал более внимательно приглядываться к Овете. Она выполнила свое обещание, не рассказав ничего ни отцу и матери, и Иллар был признателен ей за это. Но по-прежнему старался не попадаться на глаза ни ей, ни матери.

И ничего у него из этого не вышло. Овета сама нашла его, когда он был один в кабинете отца. Принц Интар был с Ордатом, в тренировочном зале. Иллар в такие моменты неизменно покидал свое место рядом с ним. Этим и воспользовалась Овета, внезапно появившись рядом с мальчиком.

– А ты поможешь мне нарисовать мамочку?
– с ходу огорошила она Иллара.

– Почему вы здесь?
– не на шутку перепугался тот.

– Я пробовала, у меня мамочка получается не такая красивая, как у тебя.

Она протянула ему листок. Иллар машинально взглянул на него. Леди Лайна на портрете была как живая, но очень печальная. Иллар вспомнил свои рисунки. Там мама была счастливая. Она тихонько улыбалась и светилась от счастья. А здесь она грустила.

Иллар смущенно посмотрел на девочку. Вся обида на сестру, на то, что она забрала любовь их матери испарилась без следа. Мать никогда не улыбалась сестре, как когда-то ему, она по-прежнему любила его и грустила без него, маленькая девочка не заменила ей пропавшего сына.

– Вам нельзя находиться здесь, - только и мог сказать Иллар.

– Не бойся, папы долго не будет. Так ты покажешь?

Иллар нерешительно взял листок из рук Оветы. Рядом с рисунком девочки он нарисовал глаза матери, так, как и всегда рисовал. Они получились немного прищурены, но они излучали радость, а на портрете Оветы они были печально прикрыты.

– Видишь?
– спросил Иллар, протягивая листок обратно.

– Ой, дай-ка я попробую.

– Нет, - остановил девочку Иллар, - не здесь, иди к себе.

Овета ненадолго нахмурилась.

– Ладно, а можно я скажу маме, что ты хороший, и она разрешит мне с тобой играть.

– Нет, что ты, - всерьез перепугался Иллар, - тогда она спросит, почему вы так решили и нам попадет обоим.

Он решительно повернул девочку к двери. Но когда она уже уходила, не выдержал и спросил:

– Леди Овета, вы действительно видели ту брошку?

Девочка обернулась и кивнула головой.

– Да, и няня меня сильно ругала, - и добавила, надув губки.
– Мама мне никогда не показывала бабочку. А она такая красивая! Но я теперь не буду ее рисовать, а то мамочка так расстроилась…