Иллюзии
Шрифт:
Несмотря на явную неловкость, он ответил ей тоже по-английски:
– Зачем?
В прихожей было темно. Его волосы отливали золотом во мраке, как дикие желтые ирисы – эти цветы в Англии называют «желтый флаг» – на фоне бурого мха. Он не пошевелился, когда женщина наклонилась и поцеловала его в губы.
– Вам не по себе оттого, что придется предать своих друзей, дорогой? Но полагаю, что нам не хватает немного огня.
Светловолосый мужчина ничего не ответил, продолжая пристально смотреть на нее. Его красные влажные губы резко выделялись на белом лице. Пьер бесстрастно наблюдал
Она наклонилась ниже и зашептала ему на ухо:
– Дом, который показался таким подходящим для вашего маленького торгового предприятия, – тот самый, рядом с дворцом Пале-Рояль, – совершенно не устраивает меня.
Слова, вылетавшие из его чуть припухших губ, звучали неразборчиво.
– Какая досада. Мне стоило больших трудов снять его.
Ее угольно-черные брови слегка приподнялись.
– Вашей миссии придется переехать в другой дом. Я тут вспомнила об одном местечке. Оно и вам может показаться превосходным.
– Я в этом не сомневаюсь. Как мне вас теперь называть, дорогая? Или вы сейчас в Париже под новым именем?
– Не паясничайте, – сказала она. – Меня называют Прекрасной Дамой. Что еще?
Он рассмеялся:
– Итак, прекрасная и не знающая жалости дама, какая роль во всем этом отводится мне?
Женщина взяла его за подбородок и заставила посмотреть себе в глаза. Она опять перешла на свой безукоризненный французский:
– Вы, мужчины, считаете себя очень смелыми. Посмотрим.
Фрэнсис и Найджел без лишнего шума покинули Лондон, переправились через Ла-Манш в лодке контрабандиста, а затем быстро пересекли Францию. В течение всего путешествия он держался вежливо, но отстраненно. И всегда, даже на дне лодки, они спали врозь.
Их экзотическая кавалькада – аккуратный обоз из крытых телег – внезапно возникла из окутанного туманом леса, как будто джинн из арабских сказок воплотил в жизнь мечту бедного рыбака о богатстве. Фрэнсис с замиранием сердца смотрела на роскошные индийские ковры. Найджел совершил набег на склады Ост-Индской компании, позаимствовав там шелка, пряности и другие богатства Востока. Впервые она ясно осознала, какая власть и деньги находятся в распоряжении маркиза. Это немного смущало ее.
Фрэнсис остановила своего гнедого жеребца среди мокрых от тумана деревьев и стала смотреть, как Найджел объезжает повозки, отдавая короткие распоряжения. Его волосы и плащ потемнели от влаги. Он сидел верхом на лошади, которую Фрэнсис впервые увидела в Фарнхерсте. Покрытая золотыми и серебряными пятнами шкура животного отливала металлическим блеском и как будто растворялась в тумане. Фрэнсис почувствовала, как у нее защемило сердце, переполненное желанием и странной неизбывной тоской.
Когда они въезжали в Париж, за их кавалькадой следовала орущая и гогочущая толпа уличных мальчишек. Найджел отвечал им смехом и шутками. Фрэнсис опять ощутила беспокойство: ее знаний французского языка, полученных в школе, явно не хватало. Найджел, Лэнс и Уиндхем владели им, как родным.
– А почему не Лэнс? – внезапно спросила она.
Найджел посмотрел на нее и удивленно вскинул бровь.
– Почему вы никогда не предполагали,
– Ланселот Спенсер? – Он рассмеялся. – Лэнс в этом смысле оригинал. Он бережет свою чистоту для женитьбы.
– А вы находите это смешным?
– Нет, я нахожу это очаровательным. Его невеста, вне всякого сомнения, согласится со мной.
– Лэнс помолвлен? – Фрэнсис самой было непонятно, почему она так удивилась.
– Уже несколько лет. Мисс Марш живет в графстве Суррей. К сожалению, целая череда смертей престарелых родственников, умиравших один за другим в самое неподходящее время, воспрепятствовала свадьбе. Но этим летом он непременно женится.
– Он любит эту мисс Марш?
– Достаточно, чтобы оставаться девственником ради нее. Спросите его, если хотите. Мы уже почти приехали.
Фрэнсис отвела взгляд. Над ее головой вздымались вверх высокие здания: необычное сочетание белых оштукатуренных стен, железных решеток и крутых темных крыш. По булыжнику улиц грохотали подковами кони и колеса повозок. Пахло мочой и лошадиным потом с примесью запаха мокрого камня и мха. Это был Париж – культурная столица Европы, а теперь трамплин, с помощью которого Наполеон рассчитывал снова покорить континент, если никто его не остановит.
Фрэнсис почувствовала запах дыма, а затем увидела руины. Недалеко от Пале-Рояля, там, где должен был находиться снятый для них дом, дымились одни головешки. Рядом собралась небольшая толпа. Когда Найджел и Фрэнсис приблизились, люди принялись рассматривать ее индийские шаровары и шелковую чадру. В облике Найджела не было ничего благородного. Камзол не слишком ловко сидел на его плечах, волосы немного длинноваты. Это оказалось весьма существенным. Он выглядел не английским лордом, а богатым французским купцом после долгого и утомительного путешествия.
Найджел спрыгнул с лошади и вступил в беседу с толпой, чисто по-галльски размахивая руками и пожимая плечами. Через несколько минут он вернулся к Фрэнсис, едва сдерживаясь, чтобы не рассмеяться вслух.
– Это случилось ранним утром. Во всем виноват повар. Он был уволен. Нанявший его дворецкий тоже уволен. Работавших с ними горничных тоже уволили. Уволили слуг и конюхов. Джентльмен, который снял дом, исчез. Никто их не видел.
Разумеется, он говорил по-французски. Найджел представился собеседникам как месье Антуан. С этого момента изо дня в день они должны были играть каждый свою роль.
Толпа зашумела, и послышались громкие крики:
– Вот он! Вот он!
Фрэнсис повернула коня и увидела скачущего к ним Лэнса.
– Бог мой! Месье Антуан! Воистину, дьявольские времена…
Фрэнсис пыталась перевести слова Лэнса, который стал что-то быстро говорить Найджелу по-французски.
– Проклятый повар! Этот негодяй поджег кухню. После возвращения Наполеона в Париж здесь почти невозможно снять дом. Мы потратили уйму денег, чтобы найти этот. – Лэнс потер шею, избегая смотреть в глаза Найджелу. – Но мне удалось найти другое место… Пока мы не приедем туда, я не могу рассказать тебе об остальном. Это место не… Очень надеюсь, ты не будешь возражать.